Часть I

которого удалось избавиться от собственных инвесторов посредством действий, чья законность в лучшем случае находится под вопросом.

Тем не менее в сложной ситуации финансовые компании обычно терпят крах гораздо быстрее, чем промышленные предприятия, и это объяснимо. Современная финансовая компания может создать или уничтожить стоимость с гораздо большей скоростью, чем промышлен­ные компании. Возьмем, например, производные ценные бумаги. В чем-то они подобны динамиту. Как мы видели, они приносят огром­ную прибыль, если их правильно использовать. Но в руках некомпе­тентного или недобросовестного человека они мгновенно образуют та­кую дыру в бухгалтерском балансе, которую некомпетентному руково­дителю промышленного предприятия не создать даже за годы. 27 фев­раля 1995 г. обанкротился один из наиболее престижных английских инвестиционных банков — «Barings». На тот момент у него были фе­номенальные позиции по фьючерсам — виртуальные 27 млрд долл., в то время как его капитал составлял лишь 615 млн долл.¹ Банк сокру­шил один-единственный трейдер, Ник Лисон. В первые два месяца 1995 г. Лисон потерял 890 млн долл., вдобавок к 270 млн долл., кото­рые он потерял (скрыв это в отчетности) в течение предыдущего года. Такие крупные спекуляции были бы просто невозможны в производ­ственной компании — или даже в условиях неразвитого финансового рынка.

Что еще больше осложняет ситуацию, участники финансовых рынков отдают себе отчет в том, что существуют возможности для мо­шенничества и предпринимают меры для защиты от него. Участники рынка долговых обязательств с крайней неохотой предоставляют дол­госрочные займы финансовым компаниям, потому что знают, что пла­тежеспособность финансовой компании может мгновенно измениться². Они предпочитают давать очень краткосрочные займы, чтобы иметь возможность периодически проводить переоценку риска финансовой фирмы. И если появится хотя бы намек на неприятности, финансовая компания обнаруживает, что ее финансовые источники мгновенно ис­сякли, что только ускоряет ее крах. Инвестиционный банк «Salomon Brothers» чуть не разорился после того, как правительство начало рас­следование его попытки осуществить спекулятивную скупку на аук-

Глава 4

147

ционе облигаций Казначейства США. В 1991 г. банку пришлось про­дать активы на сумму более чем 50 млрд долл. в течение месяца, что­бы расплатиться с кредиторами. Если бы «Salomon Brothers» все-таки разорился, многие, без сомнения, усомнились бы в надежности бизне­са, который исчезает при малейшем намеке на нарушение закона.

Короче говоря, ликвидность, доступная на современных финан­совых рынках, и короткие позиции, возможные при наличии новых инструментов, действительно увеличивают масштабы потенциального ущерба от неправомерного поведения управляющих³. Но участникам финансовых рынков это прекрасно известно: они осуществляют стро­гий контроль, чтобы ограничить такое поведение. Стремительный крах «Enron» или «Barings» после того, как мошенничество стало явным, в определенной степени демонстрирует, сколь большое значение участ­ники финансовых рынков придают честности и самоконтролю, а не наоборот.

Конечно, крах таких компаний, как «Enron», заставляет предпо­ложить, что следует исправить некоторые недостатки, но всю финан­совую систему на основе этого обвинять нельзя. Более серьезными яв­ляются проблемы, которые охватывают всю систему: например, когда цены на акции взлетают так, как будто их ничего не удерживает, а за­тем рушатся вниз, как будто в пропасть; или когда вся банковская система одержима кредитной лихорадкой — так что финансирование получает автор сколь угодно идиотского плана, а после следует крах, и даже наиболее кредитоспособные не могут получить кредит. Крах означает, что предшествующий ему бум был погоней за химерой. Если финансовый сектор создает или усиливает эти колебания, его следует обвинить, во-первых, в неправильном распределении ресурсов, а, во-вторых, в создании ненужного риска для рядовых граждан. Может ли финансовый рынок совершить феноменальную ошибку? И снижается ли вероятность такой ошибки в процессе его развития? Эти вопросы мы и рассмотрим в данной главе.

148