Глава 12

383

их молодых коллег заметно уменьшилась. В гонке за карьерным рос­том целое поколение не смогло взять барьер.

Другие рабочие места исчезают, потому что у покупателей теперь есть доступ к информационным технологиям и технологиям по осуще­ствлению сделок, которыми раньше владели только посредники. Бир­жевые брокеры использовали свой привилегированный доступ к ана­литическим докладам, чтобы переманить к себе клиентов, с которых получали крупные посреднические гонорары. Теперь интернет-бро­керы предоставляют клиентам всю необходимую аналитику и взимают минимальные комиссионные. Туристическим агентствам тоже все слож­нее вести бизнес, так как у клиентов не только имеется доступ к той же самой информации — зачастую авиакомпании и гостиницы напрямую предлагают им более выгодные цены. Это не значит, что брокеры и агенты бюро путешествий скоро переведутся, но многие из них потеря­ют работу, а остальные будут работать совсем не так, как раньше.

Технология также оказывает эффект дифференциации внутри профессий. Возьмем нашу собственную профессию — преподавание в университетах. Используя новые коммуникационные технологии, один талантливый преподаватель может учить множество студентов по всей стране. Технология повысит спрос на таких преподавателей-суперзвезд, по снизит спрос на просто хороших педагогов, а спрос на посредственных преподавателей просто прекратится. Преподавание ведется одними и теми же методами на протяжении тысячелетий, и носители этой профессии не боятся оказаться ненужными даже во время самых сильных дегрессий. Но это изменится. В условиях новой экономики спрос на образование повысится, но не всем нам найдется в ней место.

Вследствие технологического развития не только быстро устаре­вают определенные умения и навыки, но и появляются совершенно новые источники обнищания. С продвижением исследований в области генетики ученым будет проще выявлять тех, для кого высока вероят­ность умереть от определенной болезни в молодом возрасте. Это зна­ние дает важные преимущества: оно предупреждает людей о тревож­ных признаках и дает возможность врачам раньше поставить диагноз и начать лечение. Но тем, чья предрасположенность к серьезным за-

384

Часть IV

болеваниям будет выявлена, будет сложно сохранить работу, для ко­торой требуется длительное обучение со стороны работодателя, полу­чить страховку или даже поддерживать нормальные социальные взаи­моотношения.

Представьте, что вы получили плохие новости из медицинской лаборатории: у вас генетическая предрасположенность к неизлечимой болезни, лишающей трудоспособности. Сейчас вы можете хорошо себя чувствовать, но ваши экономические перспективы унылы. Вам нечего терять, а попытавшись исправить ситуацию посредством политических действий, вы можете получить все. Если вы объединитесь со своими товарищами по несчастью, вы станете серьезной политической силой просто благодаря своей численности. Маловероятно, что вы удовле­творитесь подачками, если существует возможность запретить техно­логию выявления болезни (просто предоставить людям право не рас­крывать информацию о своей болезни все равно не оставит им ника­ких шансов: при тщательном обследовании болезнь будет обнаружена, при этом тех, кто не будет раскрывать информацию о своем физиче­ском состоянии, будут автоматически считать предрасположенными к болезни). Если вы добьетесь запрета данной технологии, вы восстано­вите прежний статус-кво — и ваше беспокойство о получении меди­цинской страховки и хорошей работы испарится. То, что проиграет общество, а фармацевтические компании не получат данных, чтобы помочь будущим поколениям, не будет вас заботить — в конце концов для большинства пострадавших выгода пересилит любые альтруисти­ческие чувства.

Опасение, что на использование полезных новых технологий мо­гут быть наложены политические ограничения, не является беспочвен­ным. 21 штат США уже запретил использование генетических карт при приеме на работу, несмотря на то, что полемика по данному во­просу и сами генетические технологии все еще находятся в зачаточном состоянии.