Глава 8

261

дование, которое использовалось во Франции, было устаревшим, го­сударство запрещало открывать новые заводы, которые имели бы бо­лее высокую производительность и в потенциале повысили бы зара­ботную плату. Оно прямо субсидировало выплату зарплат, чтобы из­бежать остановок производства, и установило ряд ограничений против внешней конкуренции. Был организован фонд — исключительно для того, чтобы финансировать сохранение мелкого масштаба текстильной промышленности²⁴. Таким образом, целью было сохранить отрасль в ее устаревшей форме, предоставляя финансирование.

Со временем экономические возможности исчерпались, хоть и медленно. Уровень занятости в отрасли снизился, чему способствовало государственное финансирование, обеспечившее бесконфликтное за­крытие заводов. Основным направлением государственного вмеша­тельства теперь было обеспечение слияний, снова с приманкой в виде государственных кредитов. Вмешательство государства, без сомнения, предотвращало остановку производств, которые происходили бы в ус­ловиях открытости отрасли для конкуренции, но и продлевало агонию отрасли и снижало уровень ее производительности по сравнению с датскими или немецкими предприятиями. А когда в конце 1970-х гг. появилась конкуренция со стороны развивающихся стран, отрасль бы­ла совершенно не готова к ней. Государство снова вмешалось, еще бо­лее активно, чем в прошлом, поскольку решения о том, какие компа­нии следует спасать, принимались не кредиторами, а государством²³. Вмешательство неизбежно создает для себя будущее оправдание.

Таким образом, вмешательство государства в распределение кре­дитов было всеобъемлющим. Уже в 1979 г., по данным Банка Фран­ции, 43 % всех кредитов экономике выдавались в рамках каких-либо привилегий или субсидий, а 25 % кредитования негосударственных организаций прямо субсидировалось²⁶. В основном контроль осущест­влялся казначейством — небольшим органом примерно из 100 чинов­ников, избранных среди элиты. Как отметил французский бизнесмен, который начал свою карьеру в казначействе: «Вы пребываете в твер­дой уверенности, что Франция — это центр мира, Париж — центр Франции, а Казначейство — центр Парижа... Влияние и авторитет Казначейства распространяется на все области Франции. Оно пред-

262

Часть II

ставляет государство в трех крупнейших банках: «Credit Lyonnais», «Banque Nationale de Paris» и «Societe Generale». Оно словно в тисках держит финансы французского государственного сектора, одного из крупнейших на Западе, и правительственные субсидии»²⁷.

Короче говоря, государство может вмешаться для того, чтобы смягчить влияние внешней конкуренции, что может еще более снизить прозрачность финансовой системы и сузить доступ к ней. Таким обра­зом, одной открытости торговым потокам (т. е. открытости промыш­ленного сектора) может быть недостаточно для того, чтобы убедить одну или обе заинтересованные доминирующие группы поддержать финансовое развитие. Это предполагает, что па ситуацию в Испании оказывали влияние и другие факторы, которые отличали ее от более ранней ситуации во Франции, и поэтому в первом случае внешняя конкуренция подстегнула финансовое развитие, а во втором — спро­воцировала вмешательство государства.

Именно тогда, когда иностранные торговые потоки и потоки ка­питала не встречают препятствий, и промышленники, и финансисты получают стимулы положительно влиять на финансовое развитие. Влиятельным промышленникам требуются денежные средства: их прибыли снижаются, нужно проводить реструктуризацию, чтобы со­хранять свою конкурентоспособность. Но важно отметить, что в усло­виях свободного движения капитала через границы государство не сможет ответить, увеличив объемы кредитов влиятельным кругам: ко­гда уровень конкуренции на товарных рынках повысится, повысятся риски и информационные требования для предоставления займов, объем займов возрастет. Возможность серьезных ошибок, вызванных тем, что государство направляет потоки кредитных средств, увеличит­ся. Более того, возможность государства предоставить крупные креди­ты на льготных условиях компаниям-фаворитам сократится, когда мо­бильный международный капитал вынудит государство поддерживать сбалансированность бюджета. Роль государства в финансовом секторе станет менее важной.

Именно это и произошло, в конце концов, во Франции. В 1950 — 1960-х гг. французское правительство ограничило политическую цепу, которую ему пришлось заплатить за крупные «благотворительные»