Глава 8

263

кредиты на льготных условиях, финансируя кредитование через увели­чение денежного предложения. Это означало, что, вместо того, чтобы финансировать большие расходы государства через уплату налогов, граждане финансировали их, смиряясь с высоким уровнем инфляции и, таким образом, более низкой стоимостью своих денежных сбережений. В течение этого периода Франция была вынуждена трижды проводить девальвацию франка (пе считая тарифов, введенных в 1954 г., которые были призваны сымитировать эффект девальвации)²⁸. Но эти девальва­ции были нечастыми, и общественность принимала их безропотно.

Ситуация обострилась в 1980-е гг. Даже несмотря на то, что в 1981 г. Франсуа Миттеран пришел к власти с программой, предусмат­ривающей увеличение субсидий и повышение роли государства в эко­номике, среда изменилась. После отмены Бреттонвудского соглашения (подробнее об этом позже) в 1970-х гг. мобильность международного капитала повысилась. С приходом к власти социалистов и Миттерана из Франции началась утечка капитала — отчасти потому, что богатые убегали, опасаясь конфискационной политики со стороны социали­стов, а отчасти потому, что благоразумные бизнесмены предвидели: обменный курс начнет испытывать давление, когда социалисты про­должат свободную бюджетную политику. В 1981 г., а затем еще раз в июне 1982 г. Франция провела практически неизбежную девальвацию. К марту 1983 г. Франция снова была на грани исчерпания резервов, пытаясь защитить франк.

Дополнительное внешнее давление со стороны свободных потоков капитала вынудило правительство социалистов совершить резкую смену курса. Понимая, что придется либо полностью закрыть экономику для торговых потоков и потоков капитала, либо составлять взвешенный бюджет и перестать вмешиваться в функционирование экономики, пра­вительство выбрало последнее. Всего лишь через несколько лет после национализации всего банковского сектора французские социалисты стали активно поддерживать французскую финансовую систему, осно­ванную на принципах свободного рынка — настолько, что в 1986 г. они открыли в Париже самый яркий символ рыночной экономики — фьючерсную биржу!

264

Часть II

С уменьшением влияния государства конкуренция в промышлен­ном секторе и финансовом секторе может взаимно усилиться, когда экономика открыта и товарным потокам, и потокам капитала. Самые эффективные устойчивые компании будут способны использовать от­крывшиеся внешние рынки для получения финансовых средств. Эти компании, способные к конкуренции на внешнем рынке, не будут сильно обеспокоены появлением новых внутренних игроков и, следо­вательно, не будут противостоять развитию финансового сектора своей страны. По не столь успешным промышленникам внешняя конкурен­ция может ударить сильнее всего, но, тем не менее, они тоже будут поддерживать финансовое развитие — им потребуются финансовые средства, а их прежние финансисты не смогут больше предоставлять им займы на старых выгодных условиях²⁹. Проблемы с финансирова­нием приведут к тому, что эти компании начнут требовать введения большей прозрачности и большей доступности денежных средств, что­бы самим получать финансирование. В отличие от того случая, когда страна открыта только потокам капитала, влиятельные промышленни­ки теперь также станут способствовать финансовому развитию. Сопут­ствующая ему угроза появления в промышленном секторе страны но­вых игроков будет теперь казаться относительно незначительной, учи­тывая наличие конкуренции на рынках товаров и услуг.

Более того, когда финансовый сектор страны потеряет некоторых своих лучших клиентов, финансовые институты страны захотят найти новых клиентов среди еще не основанных или молодых производст­венных компаний, которые до сих пор не имели нужных связей и не могли получить финансирование. Поскольку с этими клиентами будет связана более высокая степень риска и они будут менее известны, у финансовых институтов будет только один выбор: добиваться повы­шения уровня раскрытия информации и исполнения контрактов. В свою очередь, это обусловит приход большего числа новых игроков и повышение конкуренции в финансовом секторе.

Это и есть недостающее звено цепи в истории с испанским фи­нансовым сектором. Спасительное сочетание открытых для торговли границ и появления иностранных потоков капитала в результате де­нежной интеграции в Европе дало мощный импульс реформам финан-