Глава 12

375

мыми серьезными политическими врагами капитализма являются не пылкие профсоюзные деятели, желчно критикующие систему, а руко­водители в деловых костюмах, даже своим дыханием превозносящие достоинства конкурентных рынков, но каждым своим действием пы­тающиеся их уничтожить. Адам Смит признавал непоколебимую тен­денцию к подавлению конкуренции, когда писал: «Люди, занимаю­щиеся коммерцией в одной области, редко встречаются друг с другом, даже для отдыха и развлечений, но при встрече их разговор обяза­тельно завершается заговором против общественности или хитроумным планом по повышению цен»². К сожалению, слишком часто и слит­ком во многих странах государство оказывает помощь заговорщикам, приводя в исполнение ограничения конкуренции.

Эти ограничения лучше всего проявляются в подавлении финан­совых рынков во многих странах на протяжении большей части исто­рии. Свободные финансовые рынки не только представляют собой проблему для влиятельных финансистов, но и порождают конкурентов для влиятельных промышленников — следовательно, возникает необ­ходимость либо их прямого подавления посредством законодательных актов, либо поддержания низкого уровня развития нужных для рынка институтов.

Маркс и Энгельс также понимали, что капиталисты заручатся поддержкой государства для укрепления своих позиций, когда писали в «Коммунистическом манифесте», что государство по сути своей яв­ляется «комитетом для решения общих дел всей буржуазии». Но Маркс полагал, что данная проблема свойственна только буржуазной демократии и решится сама собой в социалистическом государстве. К сожалению, социалистическая революция лишь поменяла состав элиты и усилила ее, уничтожив не только экономическую конкурен­цию, но и любое подобие политической конкуренции.

Учитывая все вышесказанное, капитализм свободного предпри­нимательства не является финальным этапом детерминистского про­цесса эволюции. Лучше представлять его в виде хрупкого растения, которое постоянно требуется оберегать от сорняков — крупных кор­пораций. Нужно выяснять, где могут в будущем прорасти сорняки, так как это поможет нам принять необходимые меры защиты.

376

Часть IV

Рынку угрожают две различные группы: влиятельные круги, ко­торые хотят сохранить свои позиции и поэтому имеют сильные стиму­лы подавлять все потенциальные источники конкуренции, и обездо­ленные, которые хотели бы изменить правила игры, ставшие причиной их неприятностей. Долгосрочная устойчивость свободного рынка зави­сит от снижения стимулов каждой группы действовать против рынков и ограничения их шансов на успех, если им все-таки удастся что-либо предпринять.

Для того чтобы ограничить шансы крупных корпораций на ус­пех, нужно не расширять власть государства, а сужать его возможно­сти принятия неэффективных экономических мер, направленных на поддержку меньшинства за счет большинства граждан. Аналогично тому, как неэффективные экономические объединения вынуждены по­вышать свою производительность в условиях конкуренции, государст­во можно заставить действовать более эффективно — не столько по­средством конкуренции на политической арене, где активное меньшин­ство может организовать противостояние воле большинства даже в ус­ловиях демократии, сколько вынудив его субъектов конкурировать в области экономики. Сильным инструментом в достижении этого может стать открытость границ торговым потокам и особенно потокам капи­тала. В этом случае капиталисты в стране почувствуют влияние пло­хой правительственной политики и начнут поддерживать хорошую рыночно-либеральную реформу. Переход многих стран за последние 30 лет от централизованно регулируемой экономики, держайщейся на личных связях, с жестко контролируемым финансовым сектором к рыночной экономике с динамично развивающимися финансовыми рынками можно отнести на счет увеличения и объемов торговли, и международных финансовых потоков во всем мире.

Но открытые границы сами порождают себе политическую оппо­зицию. Научно-технический прогресс и повышение уровня междуна­родной конкуренции создаст совершенно новые категории обездолен­ных. Можно ли сдержать политическую оппозицию? Каковы будут самые серьезные политические вызовы рынкам? Эти вопросы мы и рассмотрим в данной главе.