4. На примере различных нравов...

И поверь, дело станет еще очевиднее, когда ты рассмотришь поразительное разнообразие обычаев и установлений, принятых и одобряемых различными народами. Таких вещей бесчисленное множество, и, чтобы внести ограничение, я исключаю все то, что относится к религии. Известно ведь, что помимо нашей {религии], единственно истинной, существовало некогда и существует до сих пор великое разнообразие мнений, касающихся бытия, природы, единства, познания, промысла

==353

счастья и всего остального, что связано с божеством, и разнообразие культовых обычаев, связанных с почитанием божества, с молитвой, призванием его, умилостивленном и т. д. Эти вещи очевидны, и бессмысленно, по-видимому, говорить о них более подробно. Опуская это, обратим свои взоры к браку. У многих (народов] разрешено безбрачие, у других же оно воспрещается; поэтому и Ликург ²³¹клеймит позором тех, кто по достижении определенного возраста не вступает в брак. У многих [народов] позволено иметь лишь одну жену, у других же принято иметь многих жен, как и теперь на всем Востоке, и в древности у фракийцев, у которых разрешалось иметь до тридцати жен. У нас обычно родители не выдают дочь замуж без приданого, у китайцев же, наоборот, сами [родители] принимают выкуп. Эфиопы выбирают жен насколько можно более черных и курносых, персы же — самых светлых и с горбатыми носами. Одни бывают связаны с женами вечными, нерушимыми узами, у других допускается развод, как некогда у иудеев; иные же производят обмен жен, как некогда массагеты^231а, у которых, говорят, разврат был узаконен; иные имеют общих жен, как некогда лакедемоняне; этому подражал и Катон Утический, который уступил свою жену добивавшемуся ее Гортензию^2а2; бывает так, что жен продают и покупают, как некогда ассирийцы, которые девушек, достигших зрелости, выставляли на продажу на рынок, словно какую-нибудь скотину. У ливийцев было принято, чтобы женщина занималась проституцией до брака, а вступив в брак, жила целомудренно; этот обычай, говорят, и до сих пор существует в Калькутте. Птолемей²³³пишет, что у жителей Востока в древности было принято совокупляться открыто, а не втайне. У них, по его свидетельству, любовь к мальчикам вызывала отвращение, у европейцев же она одобрялась и не почиталась пороком. Он пишет также, что гадатель по звездам должен был оберегать италийца от брака с сестрой, который принят у египтян, или с матерью, который допускается у персов. У фракийцев наследник вместе с вещами покойного получал право и на его жену. Жители Ксанфа²³⁴носили имя не

==354

отца, а матери и т. д. Возьмем теперь погребальные обряды. Одни сохраняют покойников в домах, как некогда египтяне, другие предают их земле, как поступает теперь большинство людей, иные их сжигают, как это большей частью было принято в древности; иные зашивают покойников в шкуры и подвешивают на деревья,— так, якобы, было принято у колхидян, иные выбрасывают их в болота, как это рассказано о пэонийцах Диогеном Лаэртским в биографии Пиррона и т. д. У магов принято,пишет Цицерон,закапывать в землю тела своих близких не прежде, чем их растерзают звери.Он же сообщает, что в Гиркании всякий держит и кормит по возможности псов, которые должны будут растерзать его тело [после смерти].И это,— добавляет он, —считается у них лучшими похоронами²³⁶.Я уже не говорю о массагетах, которые пожирали тела своих родителей, полагая, что не может быть более почетного погребения. А что говорить о слезах! Это вещь столь обычная, что у некоторых оплакивают покойников особые нанятые лица. У локрийцев, однако, и на острове Косе было некогда принято с радостью выносить мертвых и устраивать пир. Стоит ли говорить о том, сколь обычно и естественно избегать смерти, и однако жители Кеоса, достигнув глубокой старости, имели обыкновение приглашать друг друга как бы на некий торжественный пир или жертвоприношение, и там, с венками на голове, они выпивали цикуту. Существовал и в Сардинии закон, по которому сыновья умерщвляли своих престарелых родителей; точно так же и все деррики убивали всех, кто был старше семидесяти лет — мужчин они зарезали, а женщин удушали. Следует ли напоминать, что у индусов женщины обычно восходят на костер своих мужей, что испанцы умирают вместе со своим королем или главнокомандующим, что то же самое рассказывают о татарах? Нужно ли приводить еще примеры? У тамоскифов был обычай закалывать иностранцев на алтаре Дианы; у греков неприкосновенными оказывались те, кто прибегал к алтарю. Жители Аполлониаты, следуя лаконскому закону, изгоняли чужеземцев из своего города; жители же Эпидавра давали всем возможность приезжать

==355

и селиться в их городе. Самым почетным местом за столом у греков было первое, у персов — среднее, у жителей Гераклеи — первое от среднего ложа, у римлян—крайнее. У нас невежливым считается сидеть в присутствии царственной особы, у китайцев же невежливым считается стоять и полагается сидеть. У нас прилично ходить с открытым лицом, азинаги же, африканское племя, покрывают лицо, как срамную часть ²³⁶. Стоит ли упоминать еще и про другое? Если захочешь до тонкости исследовать все в отдельности, то найдешь, что нет такой вещи, которую бы в одной стране не считали позорной и несправедливой, а в другой не признавали честной и справедливой. Нет такой вещи, которая не была бы у одних запрещенной, а у других дозволенной. Здесь уместно привести слова Корнелия Непота из его предисловия в книге о знаменитых полководцах²³⁷. Собираясь хвалить некоторые свойства греческих полководцев, которые вызвали бы неодобрение у римлян, — например, искусность в музыке и танце, что было присуще Эпаминонду и т. п., Непот полагал, что многие отнесутся к этому неодобрительно.Но это будут те,пишет он,кто несведущ в греческой литературе и признают лишь то, что согласно с их собственными обычаями. Если бы они научены были тому, что не все представляют себе одинаково честное и позорное, но судят об этих вещах по обычаю предков, то их не удивило бы, что мы верны обычаям греков, когда рассказываем об их доблестях. Женитьба на двоюродной сестре не принесла позора Кимону, великому афинянину, ибо и сограждане его поступали так же, а у нас это признается нечестием. В Греции считается похвальным, когда юноши имеют много любовников, в Лакедемоне же нет ни одной благородной вдовы, которая не показывала бы себя на сцене за плату. Почти во всей Греции считалось очень почетным одержать победу на Олимпийских играх, и показывать себя всему народу на сцене не признавалось у греков позором ни для кого; у нас же на все эти дела смотрят либо как на бесчестие, либо как на что-то унизительное или несвойственное благородным людям. Напротив, очень многие из тех вещей, которые у нас почетны, у

==356

них признаются позорными. Кто из римлян постыдится привести с собой на пир жену? Разве мать семейства не занимает первого места в доме и не пользуется уважением? В Греции все совсем по-иному: на пир ее приглашают лишь туда, где есть самые близкие люди; она проводит время в одной лишь внутренней части дома, которую зовут гинекеем и куда заходят лишь близкие родственники.Мы приводили до сих пор слова Непота. Говорить подробнее о разных нравах и обычаях мы не будем, поскольку ясно, что при таком разнообразии их ценность и достоинство не проистекают из их природы. Если остается какое-то сомнение, оно будет устранено в другом месте. Вернемся теперь к чувственно воспринимаемому.