89 Лебои г. Психология народов и масс сПб , 1995. С. 30.

!Ю Минаев Д Д. Евгений Онегин нашего времени / / Поэты «Искры». Т. 2. Л., 1955 С. 377.

И вообще расовый состав обществ практически никак не влиял на ход истории. От¬ставание обществ негроидов и монголоидов от западноевропейского, достаточно четко проявившееся к XIX в., никак не было связано с расовыми особенностями их челове¬ческого состава.

Наряду и вместе с реально-расистскими и этнорасистскими построениями полу¬чили распространение социорасистские концепции. Во Франции их разрабатывал видный представитель т.н. антропосоциологии Жорж Ваше де Ляпуж (1854 — 1936). Другим горячим пропагандистом социально-классового расизма был немецкий социо¬лог Отто Аммон (1842 — 1916). Согласно его взглядам процесс «сословного» (классо¬вого) расслоения всецело подчинен естественно-органическому закону отбора и вы¬живания более приспособленных и биологическому закону борьбы за существование.

Приверженцем социорасизма был русский религиозный философ Николай Алек-

сандрович Бердяев (1874-1948), восторженно отзывавшийся о труде Ж Гобино.9'

«Культура, — писал он в сочинении «Философия неравенства: Письма к недругам по

социальной философии» (1923), — не есть дело одного человека и одного поколения.

Культура существует в нашей крови. Культура — дело расы и расового подбора.

«Просветительное» и «революционное» сознание.. затемнило для научного познания

значение расы. Но объективная, незаинтересованная наука должна признать, что в

мире существует дворянство не только как социальный класс с определенными инте-

ресами, но как качественный душевный и физический тип, как тысячелетняя культура

души и тела. Существование «белой кости» есть не только сословный предрассудок,

это есть неопровержимый и неистребимый антропологический 92

Все рассмотренные выше идеи и прежде всего взгляды Ж.А. де Гобино легли в основу идеологии германского фашизма, что можно наглядно видеть на примере сочи¬нений Адольфа Гитлера (1889 — 1945) «Моя борьба» (1925; русск. переводы: Каунас, б.г.; М., 1998) и Альфреда Розенберга (1893 — 1946) «Миф ХХ века» (1930; русск. перевод: ТаПтп, 1998). Совсем недавно на русском языке появился сборник сочине¬ний известного немецкого расиста Ганса Фридриха Карла Гюнтера (1891 — 1968) «Избранные работы по расологии» (М , 2002), в который вошли такие перлы, как «Нордическая идея», «Расология немецкого народа», «Раса и СТИЛЬ», «Выбор супру¬жеской пары для счастья в браке и улучшения наследственности» и др.

Расизм, к сожалению, нельзя отнести к числу явлений прошлого. Он жив и сей¬час. И самое печальное, что идеи расизма активно пропагандируются сейчас и в нашей стране. Существует у нас и расистская историософия.

В качестве примера можно привести обширный опус кандидата философских наук Виктора Николаевича Безверхого, озаглавленный «Философия истории». Вот с чего он начинается-

«Подобно сверкающим звездам на небосклоне истории возникают и исчезают цивилизации, государства, народы, оставляя после себя исторические предания, памят¬ники культуры, которые неумолимое время доносит до нас через дымку столетий. К звездам первой величины относятся модели культур основного ствола белых людей: шумеров, хетто-троянцев, этрусков, скифов, сарматов, русских и его ответвлений: гре-

9' См Бердяев Н А Философия свободного духа М, 1994 С 35 1

92 Бердяев Н А Философия неравенства Письма к недругам по социальной философии / / Рус¬ское зарубежье Л, 1990 С. 113 ков, римлян, немцев, англичан. Материальная и духовная культура — это система искусственно созданных (внебиологических) средств и механизмов для адаптации к среде обитания мыслящих людей в борьбе за выживание как с силами природы, так и с себе подобными. Созданная белыми людьми культура усваивается желтыми людь¬ми, деградирует у черных людей и разрушается у ублюдков. Коллективная душа кровнородственного общества (моноэтнического концентрата) создает цветущие мо¬дели культур, а если моноэтнический концентрат находится в изоляте, побуждает чле¬нов общества к эавоеваниям. Завоевание других народов и спокойная жизнь в благо¬устроенном государстве разбавляют концентрат иными этносами и ублюдками, что приводит к гибели моделей культуры».93

Комментарии, как говорится, совершенно излишни. Перед нами концепция Ж. де Гобино, приправленная О. Шпенглером и дополненная идеями экологического детер¬минизма. Лучше она от этого не стала. Горбатого может исправить только могила.

И В.Н. Безверхий не одинок. Наряду с его журналом «Волхв» существуют газе¬ты, занимающиеся совершенно откровенной пропагандой расизма, прежде всего этно-расизма, и прямого фашизма. Примером может послужит газета «Штурмовик», кото¬рая в течение значителыюго числа лет издавалась в Москве под редакций К.Р. Каси¬мовского. Для ее редактора признаками нации являются кровь, вера и земля. Русская нация для него прежде всего «русская раса». И эта раса является высшей и поэтому призвана господствовать над всем миром.

« ... Мы призваны, — пишет К.Р. Касимовский в передовой статье своей газеты, — стать господами этого мира, потому что так захотел господь. И если для исполнения его воли потребуется утопить в крови пару миллиардов инородцев и иноверцев, — мы ни на секунду не задумаемся, гуманно это или нет, соответствует ли это правам чело¬века. Чушь! У человека, настоящего человека нет и не может быть прав. У него есть обязанности. Обязанности перед богом, перед нацией, перед империей»/4

Если националисты отстаивают этнорасизм, то наши «демократы» занимаются апологией социорасизма. Как утверждают они, наукой и опытом веков доказано, что только незначительная часть людей (8 — 12%) людей от природы одарена способнос-тыо заставить собственность приносить прибыль. Именно они и выдвигаются на вер¬шину социальной лестницы. Остальные же обречены им служить/5 Впрочем, не брез¬гуют «демократы» пропагандой и расорасизма, разумеется «белого».

Выше речь шла лишь о «белом» расорасизме. Но кроме него существует сейчас также и «желтый», и «черный» расорасизм. И последние разновидности расизма мало отличаются от «белого». Хотя «черный» расизм возник как своеобразная защитная реакция на многовековое угнетение и притеснение негров, особенно американских, вряд ли он в отличие от движения черных американцев, направленного против расо¬вой дискриминации, может заслужить положительную оценку. И здесь та же самая расовая спесь и «теоретические» изыски, имеющие целью обосновать превосходство своей расы. Все это ярко проявилось в проповедях Уолласа Делани Фарда, приняв¬шего имя Фарда Мохаммеда, и его верного последователя, основателя организации «Нация ислама» Элия Пула (Элия Мохаммеда)/б

91 Безверхий В.Н. Философия истории / / Волхв Журнал венедов. 1993 1(7). С. 3.

94 Касимовский К.Р. Беспощадный русский бунт / / Штурмовик 1997. № 1.

95 См., например: Вольский А. Социальный контракт: деноминация обязательств / / НГ. 03.08. 2000.

96 См Млечин Л Кто взорвал Америку? М., 2001. С 47-56.

Примером может послужить также получившая в США широкое распростране¬ние «афроцентристская египтология». Основные ее постулаты. древние египтяне были чернокожими, Древний Египет намного превосходил все древние цивилизации, древ¬неегипетская культура была истоком древнегреческой и тем самым всей европейской культуры, существовал и существует заговор белых расистов, ставящий целью все это скрыть.97

* * *

Теперь, когда проблема субъекта исторического процесса в принципе решена, можно перейти и к рассмотрению самого этого процесса, выявить основные его пони¬мания и истолкования.

97 См Нитобург Э Л Церковь афроамериканцев в США М, 1995 С 183-186, Вершовский М Другой расизм / / НГ 27 09 1996

2. ИСТОРИЧЕСКИЙ ПРОЦЕСС: ЕГО ПОНИМАНИЕ И ИСТОЛКОВАНИЕ (унитарно-стадиальный и плюрально-циклический подходы к истории, линейно-стадиальное и глобально-стадиальное понимания исторического прогресса)

2.1. ДВА ОСНОВНЫХ ПОДХОДА К ИСТОРИИ: УНИТАРНО-СТАДИАЛЬНЫЙ И ПЛЮРАЛЬНО-ЦИКЛИЧЕСКИЙ

Как было ранее выяснено, низшими, первичными субъектами истории являются конкретные отдельные общества - социально-исторические организмы, более высо¬кими, вторичными - системы социально-исторических организмов и, наконец, выс¬шим, третичным субъектом истории является вся совокупность существовавших и существующих социально-исторических организмов - человеческое общество в це¬лом.

Соответственно, существуют процессы истории отдельных социоисторических организмов (общин, племен, вождеств, стран), процессы истории систем социоисториче¬ских организмов (исторических регионов) и, наконец, процесс всемирной, или мировой, истории.

Сразу же отмечу, что такого взгляда придерживаются далеко не все. Никто не сомневается в том, что существуют отдельные социоисторические организмы и их ис¬тории, системы социоисторических организмов и их истории. Иначе обстоит дело с понятием человеческого общества в целом (или, что почти то же самое, человечества в целом) и понятием процесса всемирной истории.

Наряду с изложенной выше точкой зрения, согласно которой реально существуют не только отдельные социоисторические организмы и различного рода их системы, но и человеческое общество в целом, и, соответственно, процессы развития отдельных со¬циоисторических организмов и их систем, вместе взятые, образуют один единый про¬цесс всемирной истории, существует и прямо противоположная. Если первое понима¬ние можно было бы назвать унитаристским (от лат. unitas — единство), то второе — плюралистским (от лат. pluralis — множественный).

Суть плюралистического понимания истории заключается в том, что человечест¬во подразделяется на несколько совершенно автономных образований, каждое из ко¬торых имеет свою собственную, абсолютно самостоятельную историю. Каждое из этих исторических образований возникает, развивается и рано или поздно с неизбежностыо гибнет. На смену погибшим образованиям приходят новые, которые совершают точно такой же цикл развития.

В силу того, что каждое такое историческое образование все начинает с самого начала, ничего принципиалыю нового внести в историю 0110 не может. Отсюда следу¬ет, что все такого рода образования совершенно равноценны, эквивалентны. Ни одно из них по уровню развития не стоит ни ниже, ни выше всех остальных. Каждое из этих образований развивается, причем до поры до времени может быть даже поступа-телыю, но человечество в целом не эволюционирует, и уж тем более — не прогресси¬рует. Происходит вечное вращение множества беличьих колес.

История человечества, таким образом, полностю раздроблена не только в прост¬ранстве, но и во времени. Существует множество исторических образований и, соответ¬ственно, множество историй.Вся история человечества есть бесконечное повторение множества одннаковых процессов, есть совокупность множества циклов. Поэтому та¬кой подход к истории с полным основанием можно назвать не просто плюралистиче¬ским, а плюралъпо-циклическим. Исторический плюрализм неизбежно включает в себя циклизм.

Не составляет труда понять, что согласно такой точке зрения человеческого об¬щества как целостного образование не существует. Нет человеческого общества в целом. Существует лишь человечество как простая сумма множества полностью само¬стоятельных общественных единиц. Соответственно всемирная история — простая совокупность историй этих единиц. Процессы их развития не образуют одного все¬мирного процесса. Нет мировой истории как единого процесса развития. Соответст¬венно, не может быть и речи о стадиях развития человеческого общества в целом и тем самым об эпохах всемирной истории.

В последнее время выделяемые сторонниками такого понимания истории совер¬шенно самостоятельные исторические единицы чаще всего называются цивилизация¬ми. Поэтому такого рода подход к истории обычно именуется цивилизационным, что вряд ли можно считать удачным, хотя бы по той простой причине, что его основопо¬ложники использовали иные термины.

Так, например, Н.Я. Данилевский в работе «Россия и Европа» (1869), называл данные исторические образования культурно-историческими типами, а О. Шпенглер в первом томе своего «Заката Европы»(1918) — культурами, или великими культура¬ми. В труде последнего плюралистский подход к истории получил наиболее рельеф¬ное воплощение. Для него идея единства человеческой истории совершенно неприем¬лема. Культуры у него выступают как совершенно самобытные, неповторимые, замк¬нутые в себе индивидуалыюсти, связи между которыми отсутствуют. Каждая такая культура возникает, расцветает и гибнет совершенно независимо от других.

« ...У «человечества», — писал О. Шпенглер, — нет никакой цели, никакой идеи, никакого плана, как пет цели и у вида бабочек или орхидей. «Человечество» — это зоологическое понятие или пустое слово. Достаточно устранить этот фантом из круга проблем исторических форм, и глазу тотчас же предстанет поразителыюе богатство действительных форм... Вместо безрадостной картины линеарной всемирной исто¬рии, поддерживать которую можно лишь закрывая глаза на подавляющую груду фак¬тов, я вижу настоящий спектакль множества мощных культур, с первозданной силой расцветающих из лона материнского ландшафта, к которому каждая из них привяза¬на всем ходом своего существования, чеканящих каждая на своем материале — чело¬вечестве — собственную форму и имеющих каждая собственную идею, собственные страсти, собственную жизнь, волнения, чувствования, собственную смерть». 1

Говоря о культурно-исторических типах, великих культурах, цивилизациях и Т.П., сторонники плюралистского подхода имели в виду либо отдельные социально-исто¬рические организмы, либо, что гораздо чаще, те или иные совокупности социально-исторических организмов. Основанием для характеристики той или иной совокупно¬сти соцоисторических организмов как исторического единства была обычно общность культуры. Но никакого единого критерия общности культуры, а тем самым и границы