Раздел III политические и правовые учения возрождения и нового времени

в собственном смысле слова является «или одно лицо, или же несколь­ко, сообразно законам и нравам того или иного народа» (с. 127-128)

Следовательно, носителем суверенитета в общем смысле слова становится государство как таковое, а сам суверенитет превращается в свойство государства независимо от смены правителей и даже форм правления.

Кроме того, выделение двух носителей суверенитета — в общем и особенном смысле слова — позволяет Грецию, с одной стороны утверждать, что верховная власть едина и неделима, с другой — рас­суждать о разделении властей. Суверенитет государства как совер­шенного союза един и неделим. А на уровне носителя суверенитета в собственном смысле слова разделение власти возможно, хотя мыс­лится оно Гроцием в духе античной смешанной формы правления. Он, явно симпатизируя монархии, все же продолжает следовать своей методологии и описывает все исторически существовавшие и сущест­вующие формы правления, признавая право на существование лю­бой из них. Ведь «в делах государственных нет ничего, что было бы совершенно свободно от каких-нибудь недостатков, а поэтому и право следует выводить не из того, что может показаться тому или иному наилучшим, но из воли, служащей источником самого права» (с. 141).

Государство независимо от конкретных исторических примеров и форм правления — это способ и форма бытия народа. В данном качестве государство представлено четырьмя элементами: народом, верховной властью, территорией и общим правом.

Народ, полагает Гроций, представляет собой некое целое, имеющее «единое бытие» или «единый дух» (с. 312). Существование народа и государства взаимообусловлено: пока существует народ — сущест­вует и созданное им государство, сам же народ существует до тех пор, пока сохраняются связывающие его узы — власть и право, рас­пространяющие свое действие на определенную территорию. При этом Гроций различает юридическую и политическую характери­стики государства. «Необходимо иметь в виду, — пишет Гроций, — что одна и та же искусственная вещь (а государство, так как оно создано людьми, является искусственной вещью. — И. К.) может иметь несколько форм: так, легион через одну форму управляется, посредством другой — сражается. Так же точно одну форму госу­дарства составляет союз права и власти, другую — взаимное соот­ношение тех частей, которые правят, и тех, которыми управляют. Последняя интересует политика, первая— юриста» (с. 314).

162

ГУГО ГРОЦИЙ

Гроций, как мы знаем, относит себя к юристам и поэтому анализирует государство в юридических терминах. Власть, принад­лежащая суверену в собственном смысле слова, рассматривается Гроцием как особая, но все же вещь, поэтому частноправовые ана­логии кажутся ему вполне уместными. Так, суверен может обладать властью на праве полной собственности, на праве узуфрукта и на праве временного пользования. Например, римские диктаторы по­лучали власть во временное пользование, римские цари владели властью на праве узуфрукта, некоторые же правители обладали ею на праве полной собственности (с. 135).

Власть на праве полной собственности приобретается либо путем справедливой войны, либо по воле самого народа, который, по мнению Греция, в целом ряде случаев может безоговорочно подчи­нить себя правителю. В этом случае правитель волен распоряжаться властью по своему усмотрению вплоть до ее отчуждения. Вместе с тем патримониальная теория государства плохо вписывается в общую канву рассуждений Греция. Его симпатии явно на стороне владения властью на праве узуфрукта. Такая власть всегда вручается по воле народа и никогда не может быть безграничной.

Во-первых, правитель не обладает правом отчуждения власти и государственной собственности, «доходы от которой предназначены на покрытие расходов государства и поддержания королевского достоин­ства». Во-вторых, если государь лишен возможности исполнять свои обязанности, то «регентство принадлежит тем, кому оно поручено основным государственным законом, или, при отсутствии последнего, согласием народа». В-третьих, власть правителя ограничивается обе­щаниями, которые он дает подданным или Богу (с. 138-139). В-чет­вертых, Гроций различает действия правителя как носителя верховной власти и как частного лица; в последнем случае на него распространя­ется действие всех внутригосударственных законов как на любого дру­гого члена государства (с. 376, 378). В-пятых, народ может ограничить власть правителя законами и все действия, совершенные вопреки им, «могут быть объявлены недействительными как полностью, так и от­лети, ибо народ в полной мере сохраняет свои права» (с. 376). Нако-^He", в-шестых, в случае смерти избранного монарха или прекращения Династии власть возвращается к народу (с. 314). Более того, бывают ^{моменты}, когда народу следует выразить свое мнение (с. 288).

Казалось бы, Гроций вплотную подошел к признанию идеи водного суверенитета. Ведь правитель-узуфруктарий является

163