Раздел V

ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ XX ВЕКА

он к этому обещанию относится (с. 188-189). При этом неважно, кто дает обещание: ангелы, черти или боги. Если есть обещания, есть требования и обязательства. Из сущности обещания Раинах выво­дил и следующий сущностный закон: требование (субъективное пра­во) может возникнуть только в лице адресата обещания. Априори исключено, что другое лицо может извлечь из обещания требова­ние. Априорными основаниями прекращения обязательства являются исполнение обязательства, отречение и отказ от обязательства.

Исходя из феноменологического подхода. Раинах анализирует не только различного рода обязательства, но и собственность (вещ­ные права), залоговое право, представительство, конструкцию юри­дического лица и др.

Поскольку эйдетическая редукция ведет к самоочевидным вещам, то требовать здесь дефиниций означает, по мысли Райнаха, свиде­тельствовать о собственной философской необразованности. Можно описать обещание как таковое, но определить его так же невозможно, как, например, определить, что такое красный цвет в отличие от других цветов (с. 232). Также и при анализе принадлежности (собственности), пишет Раинах, мы могли говорить о сущностно-закономерных пред­посылках и последствиях; мы назвали ее (собственность) отноше­нием, которое имеет место между лицом и вещью и из которого возни­кают все мыслимые права на вещи. Но проникнуть в само это отношение дальше, поставив, например, задачу выделить какие-то имманентные элементы, по мнению Райнаха, невозможно, так как речь здесь идет о чем-то предельном, что уже неразложимо далее на элементы. Ученый в этой связи приводит мысль Декарта, который полагал, что «...к глав­ным заблуждениям, которые только возможно совершить в науке, следует причислить заблуждения тех, кто хочет определить то, что можно лишь усмотреть» (с. 232).

На этом основании Раинах отказывался от попытки дать опреде­ления субъективным правам и обязанностям. Большинство подобных определений, полагал ученый, приспособлены к теории позитивно­го права и существеннейшим образом отличаются от субъективных прав, «сущностно-закономерно вытекающих из свободных актов воли — единственно задающих меру априорному учению о праве».

Раинах предлагает различать права, вытекающие из позитив­ного права, но не обязательно вызывающие непосредственно право­вые последствия через действия субъекта, и правомочия, которые реализуются в действиях субъекта, порождающих правовые последствия.

452

ФЕНОМЕНОЛОГИЧЕСКОЕ ПРАВОВЕДЕНИЕ: А. РАИНАХ

1

Такое различение «виртуального» и «актуального» в правовом учении Райнаха интересно и в рамках современной теории права.

Мыслитель подчеркивал также, что социальные акты не могут быть первичными источниками правомочности, так как эти акты сами предполагают соответствующую правомочность. Такой первичный источник правомочности Раинах видел в лице. Только лицо может обещать, налагать обязательства, принимать обязательства и т. д. Существенно здесь то, что осуществление таких актов лицом вызы­вает непосредственно правовые последствия, т. е. возникают тре­бования, обязательства и т. п. В этом «обнаруживается правомоч­ность, которая не может быть выведена из чего-то еще, но имеет свой первичный исток в лице как таковом». Ученый говорит о фунда­ментальной правомочности лица. Такая правомочность не может быть передана другому лицу. Поскольку она коренится в лице как таковом, она неотъемлема от него. «Она образует то предельное осно­вание, которое вообще только и делает возможным установление социально-правовых отношений» (с. 253).