Раздел I политические и правовые учения в древней греции и риме

полития является как бы смешением олигархии и демократии» (По­литика. 1293Ь. 25). Как понимать Аристотеля? Каким образом при смешении двух неправильных форм государства получается форма, наиболее близкая к идеалу? Речь идет о «смешении» бедности и богат­ства, т. е. о создании среднего класса. В каждом государстве сущест­вуют три части: очень богатые, очень бедные и стоящие посередине между ними. «Люди первого типа становятся по преимуществу наг­лецами и крупными мерзавцами. Люди второго типа часто делаются злодеями и мелкими мерзавцами. Сверх того, люди обоих этих ти­пов не уклоняются от власти, но ревностно стремятся к ней, а ведь то и другое приносит государствам вред» (Политика. 1295Ь. 10-15). Люди этих типов вообще не способны к политическому общению:

они не умеют властвовать и подчиняться одновременно. Иное дело — средние люди. «Так как, по общепринятому мнению, умеренность и середина — наилучшее, то, очевидно, и средний достаток из всех благ лучше. При наличии его легче всего повиноваться доводам ра­зума» (Политика. 1295Ь.5).

Крайности всегда плохи, а государство, состоящее из средних людей, имеет наилучший государственный строй, а само оно стре­мится к тому, чтобы его граждане были равны и одинаковы. Там, где средний класс многочисленный, государство наиболее устойчиво, в нем редко случаются раздоры.

Установить политию очень сложно. Государства чаще всего склоняются к двум основным формам: либо к демократии, либо к олигархии. «В силу указанных причин средний государственный строй либо никогда не встречается, либо редко и у немногих» (Поли­тика. 1296а. 35). Таким образом, полития — некая эталонная форма правления. Аристотель дает ряд вполне конкретных советов, следуя которым можно приблизиться к этой форме государства. Они отно­сятся, как пишет Аристотель, «к области устройства народного соб­рания, должностей, судебных установлений, войска и гимнастических упражнений» (Политика. 1297а. 15). Необходимо установление цен­зов, введение штрафов за отказ от участия в политической жизни и вознаграждений за участие в ней. Бедных нужно вознаграждать за исполнение гражданских обязанностей, богатых — штрафовать за уклонение от их исполнения. Имущественный ценз должен быть таким, чтобы число граждан, имеющих право управления государ­ством, превышало число людей, этого права не имеющих. Очень важно, чтобы бедные не терпели унижений со стороны богатых.

68

АРИСТОТЕЛЬ

дедо в том, что бедные, хотя бы они и были лишены почетных прав, все-таки остаются спокойными, если никто их не оскорбляет и не отнимает у них того, что им принадлежит» (Политика. 1297Ь. 5).

8 5. Проект идеального государства

Аристотель не избежал соблазна предложить свой вариант про­цветающего и счастливого государства. Счастье отдельного человека и государства тождественны, но Аристотель настаивает на том, что не может быть счастливым государство, в котором несчастны его граж­дане. «Итак, ясно, что наилучшим государственным строем следует признать такой, организация которого дает возможность всякому человеку благоденствовать и жить счастливо» (Политика. 1324а. 25).

Существует три вида благ: внешние, физические и духовные. Счастливые люди обладают всеми благами. Они добродетельны, разумны и поэтому совершают прекрасные деяния. Какая жизнь прино­сит больше счастья: практическая или созерцательная? Аристотель, разумеется, отдает предпочтение последней. Однако в том случае, когда предметом исследования является наилучшее государственное устройство, он подчеркивает ценность деятельной жизни. Полисная жизнь состоит из общения между людьми ради взаимной пользы, и тот, кто обладает большей добродетелью, должен быть и более дея­тельным. Повиноваться такому человеку справедливо. «Если все это так и счастьем должна считаться благая деятельность, то и вообще Для всякого государства, и в частности для каждого человека, наи­лучшей жизнью была бы жизнь деятельная» (Политика. 1325Ь. 15). Однако созерцательная жизнь также важна и ценна. Аристотель пи­шет, что «практическими являются не только идеи, применяемые ради положительных последствий, но еще большее значение имеют те теории и размышления, цель которых — в них самих и которые существуют ради них самих» (Политика. 1325Ь. 20). Он особо под­черкивает связь созерцательной и практической деятельности в усло­виях совершенного государства, ведь так или иначе идеи, мысли людей направляют их практическую деятельность.

Для создания идеального государственного строя должны иметься в наличии некоторые предварительные условия. В распоря­жении государственного деятеля, как и в руках ремесленника, долж­ка быть пригодная материя. Но государственный деятель имеет дело

69