Раздел VI политические и правовые учения эпохи средневековья

миссия последнего в земной истории «Ромейского», христианского царства, предваряющего вечное Царство Божие, перешла теперь к Византии, столица которого— Константинополь уже в 381 г. (т. е. задолго до падения Римской империи, последовавшего в 476 г.) офи­циально получила почетный титул «Нового Рима». Византия стала вторым конкретно-историческим воплощением «неразрушимого» «Ромейского царства»; именно ей теперь была «вверена судьба христ­ианского царства и христианской Церкви, возникших с пришествием Христа и долженствующих пребывать до второго Его пришествия».¹⁸ Греки не желали проводить далее принцип передвижения «Ромейс­кого царства» и верили, что скипетр вселенской церковно-государ-ственной власти никогда не выпадет из их рук. Однако этому не суж­дено было сбыться: в 1453 г. Византия погибла под натиском турок. Таким образом, странствующее «Ромейское царство» интерпрети­ровалось как феномен, выходящий за границы эмпирической поли­тической реальности, не имеющий единственной и постоянной про­странственно-временной локализации. Оно неразрушимо в пределах земной истории, несмотря на временный и преходящий характер его конкретно-исторических воплощений. Его провиденциальная мис­сия в истории — защита основанной Христом Церкви.

Библейская теория мировых империй в последующем истол­ковании последнего земного царства как «Ромейского», возникше­го с рождением Христа, византийская концепция симфонии и выте­кающий из нее принцип имперского универсализма, а также принцип translatio imperil образуют тот сложный комплекс идей, ко­торые нашли свое выражение и творческое развитие в афористично сформулированной теории Филофея Псковского, созданной им под влиянием трагических событий церковно-политической истории XV в.

§ 3. Церковно-политический и историко-литературный контекст возникновения теории «Третьего Рима»

Происходившие в XV в. за пределами России события церковно-политической истории способствовали идеологическому оформлению указанных выше актуальных задач. Заключение в 1439 г. Ферраро-Флорентийской унии между православной и католической церквями,

" Малинин В. Н. Старец Елеазарова монастыря Филофей и его послания. Киев, 1901. С.419.

526

«ФИЛОФЕЕВ ЦИКЛ»

"лава 3

вынужденное политическими интересами Византии, и последовавшая в 1453 г. гибель христианской империи не только привели к измене­нию геополитической ситуации и ослаблению позиций константино­польской Церкви, но и способствовали изменению идеологического на­строя русских книжников.

В сочинениях второй половины XV в., созданных после гибе­ли империи, между этими двумя историческими событиями уста­навливается причинно-следственная связь: причина падения Ви­зантии — в отступлении от православия. Постепенно в литературе того времени формируется представление о Руси как о вселенском православном царстве, при отсутствии, однако, идеи translatio imperil, а также предпринимается попытка обоснования уже факти­чески осуществляемой автокефалии русской Церкви. Становление в произведениях данного периода царской титулатуры происходит при одновременном выделении главной функции князя-царя как за­щитника веры, что позволяет сделать вывод о том, что обоснование царского титула правителя было неразрывно связано с принци­пами симфонии. В связи с этим важно подчеркнуть, что симфония священства и царства формировалась в условиях противостояния активным попыткам со стороны папства распространить на Русь католическое влияние, а также в условиях противостояния унии и борьбы за независимость от Орды, что и актуализировало функции князя как защитника православия. В этом смысле симфония была исторической необходимостью.

Свержение ордынского ига в 1480 г. стало переломным мо­ментом в формировании политической идеологии XV в. До 1480 г. Русь проявляла осторожность в определении своего политического статуса. Обретение национальной независимости и усиление цент­рализации в последние десятилетия XV в. поставили перед полити­ческой мыслью того времени новые задачи: осмысление характера верховной власти, оценка места России среди современных госу­дарств и в мировой истории.

Возникновение и начало функционирования теории «Третьего Рима» происходило в контексте существующих связей России с тремя вставными частями тогдашнего римского (или претендовавшего на Римское преемство) мира — с «ветхим» Римом, столицей древней имской империи, а теперь центром католичества, «новым» Римом — онстантинополем, а также Священной Римской империей. Проблемы, "ашедшие выражение в концепции Филофея, не были предметом

527