Глава 5 интегральные правовые учения

Что же понимал под правом сам Сорокин? Право для него — совокупность определенных правил поведения. Однако право — это не просто нормы, но часть правовой жизни, имеющая свои отличи­тельные признаки, которые вполне можно было бы назвать комму­никативными. Эти признаки следующие: «Первая и основная черта правовой нормы поведения заключается в том, — пишет Сорокин, — что она является нормой, наделяющей одно лицо (субъекта права) тем или иным полномочием (правомочием), а другое лицо (субъекта обязанности) той или иной обязанностью. Иными словами, право­вая норма всегда устанавливает определенную связь между двумя правовыми центрами (субъектом права и субъектом обязанности) и указывает, что может требовать один и что должен сделать дру­гой... Это признак, состоящий в распределении полномочий (прав) одним и обязанностей (должного) другим, составляет основную, неизбежно присущую черту правовой нормы. Поэтому всякое пра­вило поведения, которое обладает этим признаком, будет нормой права (выделено мною. —А. П.)» (с. 14).

Но этого мало. С психической стороны правовая норма, по мысли Сорокина, отличается от других норм поведения тем, что она всегда двусторонняя: ее сознание или переживание всегда сопро­вождается приписыванием тех или иных полномочий (прав) одним и тех или других обязанностей другим. Однако, в отличие от своего учителя Петражицкого, Сорокин признает объективные проявления права. В частности, он полагает, что правовая норма дана не только в виде объективного психического явления, правового убежде­ния, но она проявляется и во множестве других объективных форм, например, во множестве поступков человека, понимаемых в широком смысле слова. К последним будут относиться речь, символические жесты, письменность и другие «поступки». При этом формы прояв­ления, или «объективирования», правовых убеждений или норм не ограничиваются перечисленными явлениями. Не только отдель­ные поступки людей, но все их взаимоотношения, весь уклад обще­ства или государства являются «застывшими овеществившимися правовыми нормами или убеждениями» (с. 29).

Ученый полагает, что в непростительную ошибку впадают те, кто «под правом привык понимать только мертвые, застывшие статьи официальных кодексов или "безжизненные измышления юристов";

вопреки мнению таких лиц, мы видим, что право — живая реаль­ность, окружающая нас со всех сторон. Оно, в виде убеждений, — в нас,

777

Раздел X теоретико-правовой ренессанс начала XX и

и в виде словесных и письменных формул, в виде поступков и общест­венно-правовых институтов — вне нас. Подобно электричеству, оно невидимо, но двигает людьми, вызывает к жизни акты борьбы и мира ненависти и любви, оно создает и свергает троны, возводит и разру­шает государственные и общественные организации. Короче, право _-социальная сила, и сила могучая» (с. 31-32). Уже в этом раннем на­броске правовой теории, созданном будущим великим социологом заключена целая программа, имеющая отчетливую феноменолого-коммуникативную направленность.