Раздел V

ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ XX ВЕКА

включает правовые учреждения и процедуры, правовые ценности и правовые понятия и образ мыслей, равно как и правовые правила Оно включает то, что иногда называют "правовым процессом"» (с. 22)

Ученый в целом разделял определение права, сформулированное Л. Фуллером. Фуллер определял право как инициативу, предприятие по подчинению человеческого поведения нормам права (правовым правилам). Берман идет еще дальше и добавляет, что цель этого пред­приятия (инициативы) — «не только создание и применение пра­вил, но и другие способы руководства, включая подачу голосов, вы­дачу ордеров, назначение официальных лиц и вынесение суждений». У права, полагает мыслитель, есть и другие задачи, кроме руковод­ства в обычном смысле слова. «Право — это предприятие по облег­чению добровольных договоренностей через переговоры по сдел­кам, выпуск документов... и другие акты правового характера. Право в действии состоит из людей, занимающихся законотворчеством, отправлением правосудия, вынесением судебных решений, перего­ворами и другими правовыми действиями» (с. 22).

В отличие от сторонников правового этатизма Берман признает возможность существования правового плюрализма, особенно харак­терного для средневекового общества. Именно плюрализм «юрис­дикции и правовых систем» является, по его мнению, самой яркой чертой западной традиции права (с. 27). Будучи глубоким исследо­вателем истории формирования западной правовой культуры, уче­ный пришел к выводу о том, что правовой плюрализм проистекал на Западе из дифференциации церковной власти от светских властей. Церковь имела исключительную юрисдикцию по некоторым вопросам. Миряне, хотя и подчинялись в целом светскому закону, подлежали юрисдикции церковного суда в вопросах брачно-семейных отношений, наследства, духовных преступлений, договорных отношений и др. В свою очередь светское право разделялось на разные соперничающие виды, включая королевское право, феодальное право, манориальное право, городское право и торговое право. Таким образом, один и тот же человек мог подлежать церковному суду по одному делу, королев­скому суду — по другому, суду своего лорда — по третьему и т. д.

Характеризуя древнее народное право Европы с VI по XI в., Бер­ман отмечал, что оно не было навязанным «сверху» сводом правил, а являлось неотъемлемой частью народного сознания, «коллективной совестью» общины. Материальное право было пластично и в значи­тельной степени неформально. Права и обязанности не привязывались

478

ИНТЕГРАТИВНАЯ ЮРИСПРУДЕНЦИЯ

к букве закона, но служили отражением общинных ценностей, были «живым законом». Древнему правосознанию, по мысли Бермана, было присуще ощущение целостности жизни, взаимосвязи права со всеми ее сторонами, ощущение того, что «правовые учреждения и процессы, как и правовые нормы и правовые решения, составляют неотъемлемую часть вселенской гармонии. Право, как искусство, как миф и религия, как сам язык, было для народов Европы на ранних этапах их истории отнюдь не способом применения правил для опре­деления вины и вынесения приговора, не средством разделения лю­дей на основе набора принципов, — право было средством удержать людей вместе, оно было инструментом примирения. Право восприни­малось, прежде всего, как процесс посредничества, способ общения,

*-' ^й

а не как процесс создания норм и принятия решении».

Берман убежден в том, что хотя обычное право народов Европы VI-X вв. было слито воедино с религией и моралью, но это было право, правовое измерение общественной жизни. Согласно Берману, право есть там, где имеет место разделяемое членами любого сооб­щества (семья, квартал, школа) ощущение того, что «они связаны взаимными правами и обязанностями, исходящими от признаваемого ими всеми авторитета».⁵⁹