§ 3. Аксиомы правосознания

Нормальное правосознание, полагал Ильин, состоит в том, чтобы на его основе человек мог сам управлять своим поведением, но в соот­ветствии с положительным правом. Правосознание может стоять на высоте только там, где право организует жизнь как школу самоуправле­ния. Автономия личной воли и политическая автономия тесно взаимо­связаны. Поэтому, подчеркивал мыслитель, народ, ведущий темную и нетрезвую жизнь, неспособен к организованному самоуправлению.

Извечный вопрос о необходимости выбора между естествен­ным правом и противоречащим ему правом позитивным Ильин ре­шал, с определенными оговорками, в пользу права положительного. Он полагал, что развитое и зрелое правосознание соблюдает даже несовершенную форму положительного права как искаженную фор­му права естественного. Это не исключает борьбу за его отмену. Но действовать при этом мыслитель советует так, как действовал древне­греческий мудрец Сократ, смерть которого Ильин считал формой протеста против «неправого права».

Поставив вопрос о здоровом правосознании, мыслитель отмечал, что дело тут не только в сознании как таковом. Поскольку право имеет духовный смысл, в правосознании участвуют не только знание и мышление, но и воображение, воля, чувство, т. е. вся человеческая душа. Иными словами, правосознание коренится в определенном соотношении инстинкта и духа. «Правосознание есть особого рода инстинктивное правочувствие, в котором человек утверждает свою собственную духовность и признает духовность других людей» (с. 231).

819

Раздел Xf

ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ «РУССКОГО ЗАРУБЕЖЬЯ»

Отсюда Ильин выводил аксиомы правосознания, под кото­рыми понимал основные истины, основные способы бытия, мотиви­рования и действия (с. 309-310). Такими аксиомами правосознания мыслитель считал: 1) закон духовного достоинства; 2) закон автономии;

3) закон взаимного признания.

Закон духовного достоинства предполагает, что человек есть существо духовное и обладающее духовным достоинством. Чувство собственного достоинства есть поэтому знак духовного самоутверж­дения, без которого немыслимы ни борьба за право, ни политическое самоуправление, ни национальная независимость. Духовное само­утверждение заключается, по мысли Ильина, в том, что человек на­ходит правильное разрешение конфликта между духовным призва­нием и инстинктом самосохранения (с. 313). Именно сознание в себе духовного начала заставляет ценить право как необходимую форму духовной жизни, дорожить им и соблюдать его предписания. Это же чувство вызывает сознание своей ответственности, а «взаимность обязанностей и полномочий, взаимная связь правовых ячеек и соли­дарность всех в отношении к единому и общему правопорядку— вызывают... в душе непреклонную волю и живую готовность к блю-дению своих обязанностей» (с. 318).

Ильин тонко подметил, что человек, уважающий себя лишь потому и лишь постольку, поскольку его уважают другие, — по сути, не уважает себя. Его снедает чувство собственной малоценности, тщеславие и жажда внешнего успеха. И если этот успех проходит, он перестает чувствовать свое духовное достоинство. Такой чело­век постепенно приобретает душевный уклад раба, для которого внешний бунт является единственно возможной формой протеста.

Правосознание подобных людей, отмечал мыслитель, страдает серьезными недугами. Например, в основе всякой продажности лежит, по мнению Ильина, духовная слепота и отсутствие собственного духовного достоинства. Слепота ведет к неразличению ранга цен­ностей, а дефект духовного достоинства создает расшатанную волю. Вот почему политический режим, не взращивающий в народе чув­ство собственного достоинства, обречен на то, чтобы разложиться однажды от торжества частной корысти над общим интересом и по­шлости над духом (с. 329). Отсюда возникают все тирании и худшая из них — тоталитарное государство.

Автономия, или самозаконность, свобода — вторая аксиома правосознания. Духовное достоинство предполагает возможность

820

ЕСТЕСТВЕННО-ПРАВОВАЯ ТЕОРИЯ И. А. ИЛЬИНА