Раздел XI

ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ «РУССКОГО ЗАРУБЕЖЬЯ»

замкнутый круг. «Двигаясь по окружности в любом направлении проходя последовательно ее точки, неизбежно приходишь к исход­ной точке, — утверждал мыслитель. — Если же познание наше не есть замкнутый круг, то ссылки на "другое" не дают никакой твер­дой уверенности, что мы приближаемся к исходной точке, к определе­нию неизвестного. Напротив, при некоторых условиях мы можем при таком движении постепенно удаляться от исходной точки. И далее, если даже предположить, что направление ссылок выбрано удачно, что движение происходит путем приближения к искомому, то все же избрание такого пути, помимо того, что оно совершенно случайно, предполагает предварительное знание "другого", обладание поня­тием о нем...».' Таким образом, трудности, заключающиеся в вопросе о первоначальном определении искомого понятия, по мысли Алек­сеева, только отодвигаются. «Предположим, что Х не есть В. Но откуда же известно это В? Определить его можно опять-таки ссылками на новое "другое", на С. Но это последнее опять является неизвест­ным, снова требует новых ссылок. Если знание наше не есть замк­нутый круг, поставленный вопрос или приводит нас к необходимости признать, что проблема конечного определения неразрешима, так как ведет в бесконечность, или же мы наталкиваемся на некоторую послед­нюю данность, которую уже нужно принять как неопределимую, которую надо просто утвердить или описать» (с. 54).

Из этой идеи, согласно Алексееву, и исходит феноменологи­ческий подход к праву. Представители данного направления полагают, что существуют содержания чисто идеального характера, данные нам в непосредственном созерцании, как даны, например, дома и деревья. «Не понятие с необходимыми его излучениями, а различные данные объективно структуры предмета — вот что составляет отправную точку и принцип этой теории» (с. 54).

В этих структурах открываются некоторые безусловные связи, которые можно выразить в самоочевидных суждениях. Эти безус­ловные элементы предметного состава могут и не иметь характера всегда и везде существующего, всеобщего в смысле повторяемого;

возможно также и «индивидуальное всеобщее», т. е. безусловное утверждение чего-то совершенно единственного. Такие единичности не могут быть членами некоторой рациональной единой системы, и связь между ними не может быть связью основания с обоснованным.

I Алексеев Н. Н. Основы философии права. СПб., 1998. С. 53-54. — Далее ссылки на это издание даются в тексте главы.

790

ФЕНОМЕНОЛОГИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ ПРАВА Н. И. АЛЕКСЕЕВА

Гама I

Прообраз существующих здесь отношений следует искать не в отно­шениях логической связи, а в тех отношениях качественных данно­стей, какие наблюдаются в области красок, тонов, вкусовых ощущений, ценностей и т. п. Отношения ценностей, например, никак не схожи с отношениями логическими: большая по степени ценность не со­ставляет причину, из которой выводится меньшая. Качественный ряд просто существует, как некая необходимо данная структура.

Отсюда, как полагал Алексеев, вытекает необходимость отказа от метода рационального, логического построения как необходимо­го познавательного приема. Ведь предметные структуры и их соот­ношения «созерцаются, постигаются и схватываются». Для такого созерцания требуются не первоначальные понятия, а правильная установка способов созерцания, в первую очередь, полная сосре­доточенность умственного взора на том, что является искомым и полное отвлечение от «другого». Результатом будет выявление особой области правовых фактов (правовых феноменов) как некоторых первоначальных правовых данностей (с. 55).