20. Сыйда шапа - шапа на пиру

Тойда шапа кёп болса, Ашны татыуу кетер.

Если на пиру слишком много

шапа, Еда становится безвкусной.

Узунбилек шапаны атасына айып келир.

Тюзню тиги жокъ, Шапаны шинтиги жокъ.

Аман шапа адамлагъа артын буруп ашар.

Отец «длиннорукого» шапы стыда не оберется.

На равнине нет круч, У шапы нет стула. (Он не садится.)

Невоспитанный шапа ест спиной к гостям. (Тайком.)

Эринчек шапа аякъны толтуруп берир.

(Эрини бла биринчи аякъны толтурадыла.)

Ленивый шапа чашу наполняет до краев.

(До краев наполняли только первую чашу.)

Ашны-сууну ма деп берме. (Ма деп, ашны итге бередиле).

Шапаны аягъын алгъан тазирге

къалыр. (Боза, сыра къуйгъан аягъын.)

Подавая еду и питье, нельзя говорить: «На». (Так бросают еду собаке.)

Взявший ковшик шапы Подвергнется штрафу.

Большая ответственность лежит на прислуживающем за столом (шапа). Он должен быть не только расторопным и энергичным, но и внимательным - вовремя принести блюда, быстро и незаметно убрать со стола, аккуратно подавать бузу или «сыра» (темное густое пиво), быстро и точно исполнять распоряжения тамады и т. д. Он не имел права садиться в продолжение всего застолья, пить и есть при гостях. Если что-то он пытался сделать сидя, его тут же могли назвать «длинноруким», что расценивалось как упущение его отца, не научившего сына правилам обслуживания гостей. На свадьбе гости сидели за несколькими столами, и было несколько шапа, отвечавших каждый за свой стол. Если был порядок, то каждый четко выполнял свое дело. Но иногда, из-за нераспорядительности, возникала путаница, число шапа становилось велико, и они мешали друг другу.

Еще в двадцатые годы сохранялся обычай пить из одной большой чаши, которую, после тоста, пускали по кругу. Позже небольшие чаши стали ставить перед каждым из гостей. Поскольку гость никогда не берет еду сам и не наливает себе питье, это должен вовремя делать шапа. До краев наливали только первую чашу, а шапа должен был увидеть, у кого она пустая и вовремя подливать бузу или сыра (пиво) своим ковшиком, к которому никто не имел права прикасаться.

21. ЖЫР-ТЕПСЕУ - ПЕСНИ И ТАНЦЫ

Той этилмеген къууанч — Мухарлагъа жубанч.

Веселье без танцев Развлечение обжор.

Ючюнчю алгъыш белгиди: Ашны къой да, тойгъа чыкъ.

Третий тост — знак: Оставь еду и выходи на танцы.

Жырлай билмеген жарсыуду, Тепсей билмеген айыпды.

Не уметь петь — печально, Не уметь танцевать — стыдно.

Той болса — оюн болур, Къурманлыкъгъа союм болур, Къонакълагъа тоюм болур.

Будет пир — будут шутки, Будет жертвоприношение, Будет угощение для гостей.

Сыйны чырагъы жырды.

Иги шорпа — чырлы, Керти къууанч — жырлы.

Эсирип, тойну бузгъан — Ит кибик, жерге къусхан.

Светильник пира — песня.

Хороший бульон — с наваром, Настоящее веселье — с песнями.

Опьянеть и разладить свадьбу -Все равно, что блевать на

землю, как пес.

Смысл праздника, торжества, как оно и должно быть в любой устоявшейся культуре, заключался не в принятии пищи и напитков, а в веселье, радости и свободе открытого, доброжелательного общения. После третьего тоста по слову тамады все выходили во двор и начинались танцы под руководством распорядителя (бегеуюл). Не уметь танцевать считалось постыдным. Неслучайно слово той имеет четыре значения «пир»; «веселье»; «пляска»; «насыщение». Отсюда - около ста чудом сохранившихся (в записях) танцев и плясок, к сожалению, большей частью все еще не поставленных на сцене.

Не меньшее и не менее почетное место занимала в праздничной культуре карачаево-балкарцев песня. Умения петь от каждого не требовалось -не всем Бог дал хороший голос. Но все же, даже в недавнее время, среди представителей старшего поколения умевших и любивших петь было много. Ныне положение и здесь плачевное: почти утрачено то, что придавало народной музыке особую силу и красоту - певческая традиция. Большая часть исполнителей народных песен сегодня упрощает и искажает мелодию.

После шестого тоста, перед тем, как на стол подадут мясо жертвенного животного, старшие начинали петь, передавая черед друг другу, под басовое сопровождение присутствующих. Шапа по распоряжению тамады приглашал к столу юношей, которые слушали стоя, стараясь запомнить слова и мелодию песен. Вероятно, именно благодаря этому обычаю мы и сохранили, пусть неполностью, огромное песенное богатство своих предков.

Кроме того, были также и особые песенные состязания (жыр эришиу). Одно село могло пригласить к себе песельников из другого. Кто-нибудь из состоятельных сельчан готовил для них угощение, к назначенному сроку собирались и зрители. Пели поочередно. Условие было одно - каждую песню исполнять до конца. Один из старожилов рассказывал, что он присутствовал на таком состязании в селении Кашхатау, куда приехали песельники из Безенги. Оно продлилось до самого утра, и победу одержали безенгиевцы, исполнив напоследок колыбельную, на которую их соперникам ответить уже было нечем, весь репертуар они исчерпали.