Тема 3 человек в общественном контексте

Такой слегка «рассыпающийся» мир не может регулироватьсяобщими культурными нормами, как считал, например, Т. Пар-сонс, он строится на «акциях» и «интеракциях» (событиях и простейших социальных системах, с точки зрения Н. Лумана), которые возникают благодаря согласованию, здесь и сейчас, взаи­модействующих субъектов.

Поскольку «общество» Лумана состоит из «коммуникаций», комплексы которых самовоспроизводятся (это аутопойетические системы) и самоосознаются как соотнесенные к самим себе (самореферентные), люди играют в нем фоновую, контекстуаль­ную роль. В процессе социальной эволюции общества происходят такие изменения, как деление социальных систем и отдаление их от непосредственного межличностного общения. Это может быть проще описано как автономизация разных сфер общественной жизни и опустошение смысла (нарастание абстрактности) обще­ства как такового. Если на более ранних ступенях своего развития оно представляло более целостную систему и могло идентифици­ровать (самоинтерпретировать) себя как государство — при при­оритете политической сферы, или рыночное общество (развитое, развивающееся, слаборазвитое — все это экономические характе­ристики) — при приоритете экономической сферы, то теперь оно превратилось в чистую возможность коммуникации, повсеместно­го социального взаимодействия — мировое общество.

К чему приводит развитие этой тенденции? Конечно, к нарас­танию «космополитизма» и размыванию социальной идентичнос­ти. Атомизация общества проявляется не только в самозамыкании его отдельных подсистем и отрыве этих подсистем от «человека», но и в растворении самоидентичности этого отдельного человека, когда смещаются его ценностные установки и социальные крите­рии. Многие люди приходят к выводу: «Родина там, где мне хорошо». И это не просто эгоистический выбор — общество само перестает «стучаться в душу» каждому человеку, позволяя реали­зовать его индивидуальные решения, тотально не навязывая сис­темные социальные стандарты.

Свобода от принуждения — это «хорошо». Но вместе с ней приходит и свобода от соединяющей людей культуры (общих символов, правил поведения, нравственных норм, духовных цен-

160

СОВРЕМЕННОЕ ОБЩЕСТВО ГУМАНИЗАЦИЯ СРЕДЫ

постей). Как отметили социологи-нрикладники, мир переживает« кризис идентификации»: мониторинги показывают, что в разных регионах мира в разных группах населения за 10 лет в 2-—3 раза i-гало больше людей, которые вообще не задумываются о своей i оциальной принадлежности (к определенной семье, товарищес­кому кругу, поселенческой, статусной, профессиональной группе, и'носу, нации). В этом смысле мир современного общества ру­шится не только на макроуровне, но и на уровне микросвязей и отношений групповой принадлежности.

Известный современный социолог Э. Гидденс дает этому про­цессу аналогичное теоретическое объяснение: поскольку иденти­фикация ■— единственный способ включения субъекта в социаль­ные отношения и связи, разрушение комплексов самопричисления i пидетельствует об атомизации (распылении) современного обще-1тва. В то же время социальная напряженность в связи с этим отсутствует, т.е. речь идет в большей степени о депривации общества.

Другой современный исследователь, К. Кумар, делает вывод о гом, что в современном обществе, где социальное причисление человека зависит в основном от важности (престижности) его работы, идентификация носит синкретичный (обобщенный) ста­тусный характер, который человек рассматривает сквозь призму «благосостояния» в целом. А поскольку в это благосостояние иходит и интересная работа, и чистая среда обитания, и гуманис­тичная социальная структура, — люди обостренно реагируют на любые (даже незначительные) негативные изменения как на угрозу своему благосостоянию.

3. Фрейд считал, что идентификация есть отождествление не с «выгодным», а с «любимым» и, следовательно, вызывает агрессию по отношению ко всем другим («чужим»). Принимая эту логику «детского» механизма социального самопричисления, мы должны Ьудем признать, что разрушение групповой идентификации при-недет к снижению групповой и, возможно, усилению индивиду­альной агрессивности. Как считает российский социолог В. Ядов, основываясь на данных прикладных исследований, в нашем обще-i тве уровень толерантности примерно равен американскому, но у пас относительно более дисперсная, размытая «канализация» аг-

161

II - 1689

_{* Jk.}

I ем а 3 ЧЕЛОВЕК В ОБЩЕСТВЕННОМ KOHTEKCTF

рессивности (не такое жесткое деление на «черных» и «белых»,|«богатых» и «бедных»), что дает возможность направить массовую агрессию на любого врага, т.е. выше возможности социального манипулирования

Бихевиористы (предпочитающие поведенческий анализ в соци­ологии) рассматривают групповую идентичность как солидар­ность, возникающую ситуативно, по конкретному поводу и в зависимости от целей индивида — долговременных (стратегичес­ких) или тактических А так как в российском обществе ситуации и цели туманны, идет разлом социальной наследственности и прежней идентификационной матрицы

Представители социологии знания (когнитивисты) вообще считают, что люди идентифицируют себя вследствие концептуали­зации (т е. неких целостных осмысленных представлений: мы — «демократы», мы — «студенты», мы — «любители пива» и т.п.) Но эти концепты содержательно неясны, поэтому имеют скорее символическое, нежели реальное, значение.

Это странное постмодернистское общество, которое и является социологически современным, словно отпускает своих чад на «беспривязное» содержание, позволяя чудить, фантазировать, изо­бретать и забавляться, т.е. реализовывать все человеческие свободы, не противоречащие свободе государственной монополии и инте­ресам экономических корпораций (власти системы)

Ученый-футуролог Дж. Нэсбит называет заключительное деся­тилетие уходящего века периодом «новых триумфов индивидуаль­ного» В обществе происходит дистанцирование людей от крупных социальных институтов, возрождаются первичные общности: се­мейные, товарищеские, клубные, повышается интерес людей к искусству, нетрадиционным религиям. Социальная идентифика­ция как бы совершает ценностный кульбит: происходит откат от правил самопричисления, обусловленных сложившейся социаль­ной структурой и требованиями «общества», и устанавливаются более спонтанные, самопроизвольные, исходящие из индивидуаль­ности каждого человека правила причисления к группе и форми­рования социальных общностей.

В целом социологи высказывают две фундаментальные гипотезы относительно кризиса идентификации (т.е. осознанной упорядо-

162

ОСОБЕННОСТИ МОДЕРНИЗАЦИИ В РОССИИ

чснности социального мира). Во-первых, разрушаются одниосновы групповой идентификации, значит, возникают другие. Иными словами, процесс разрушения «общества» характерен не юлько для наций и народов, переживающих процесс системных изменений (модернизации, социальные трансформации, револю­ции), но для всего мира в целом, и это как бы подтверждает реальность «глобального» сообщества Во-вторых, изменение идентификации связано не только со шкалой ценностных крите­риев социального причисления, но и с социальными установками личности. Ученые отмечают, что меняется соотношение интер-нальность — экстернальность, т.е. количества людей, полагающих­ся в большей степени на себя, и людей, локус-контроль которых иынесен из личности («жертв обстоятельств»), В западных обще-i. гвах по сравнению с африканскими, в протестантских странах по i. равнению с католическими больше интерналистов, чем экстерна-листов. В России 90-х гг. доля интерналистов немного росла, причем за счет более активной и дееспособной молодежи (а в пожилых возрастных группах доля интерналистов несколько па­дала) .

Все это говорит о том, что на современное общество глупо t мотреть с вожделением ребенка, мечтающего повзрослеть, чтобы избавиться от детских проблем. На новой стадии социального развития у общества и у каждого конкретного человека возникают новые проблемы, даже более серьезного характера. («Маленькие детки — маленькие бедки», как сказали бы наши бабушки.)

Особенности модернизации 6 России

('пособна ли социология объяснить современное развитие россий-иоэго общества? Если да, то почему мы до сих пор находимся в неведении и 10 лет путешествуем «во тьме и безверии», как Моисей по пустыне? А если нет, то какой смысл изучать общество 11 ничего толком не знать о характере его сегодняшних состояний ? Это хорошие вопросы, которые в ходе учебного процесса могут (ч.ггь заданы «в обе стороны», и отвечающему (будь то препода-петель или студент) придется как-то выкручиваться из непростой i итуации.

163