6.2. Систематика ископаемых гоминоидов

Учитывая все вышесказанное, можно представить систематику гоминоидов в следующем виде (табл. 85).

Своеобразие австралопитековых в наилучшей степени можно подчеркнуть, придав им ранг самостоятельного семейства, равного семействам понгид и гоминид. Внутри семейства выделяются два подсемейства. Первое включает самых древних и примитивных представителей. На основании имеющихся краниологических данных все они вписываются в рамки одного рода и, возможно, вида. Получение новых данных может изменить эту картину.

Второе подсемейство австралопитецин включает два рода, каждый из которых делится на два подрода. Первый род – "парантропы"; вероятно, два выделяемых подрода заслуживают статуса самостоятельных родов в силу полифилетичности группы. Первый подрод включает три вида: наиболее ранних представителей массивных австралопитеков, восточноафриканских "парантропов" с двумя подвидами (высоко- и низколицым) и новый вид, схожий с "ранними Homo". Второй подрод "парантропов" включает южноафриканских массивных австралопитеков.

Второй род австралопитецин – грацильные австралопитеки. Его первый подрод включает два вида: восточноафриканских грацильных австралопитеков с двумя подвидами и южноафриканских грацильных австралопитеков. Второй подрод монотипичен, к нему относятся грацильные "ранние Homo".

Семейство гоминид подразделяется на два подсемейства. Первое монотипично, включает наиболее примитивных представителей "эугоминид". К первому виду относятся большинство "ранних Homo", подразделенных на два подвида – древний массивный и молодой грацильный. Ко второму виду относятся "пре-архантропы" с двумя расами – прогрессивной африканской и архаичной дманисской.

Собственно гоминины включают два рода. Первый – питекантропы – наиболее разнообразен, подразделяется на три вида. Первый вид – архантропы – делится на два географических подвида: ранний яванский и ранний афро-евро-азиатский. Второй вид – пре-палеоантропы – содержит три географических подвида: поздний материковый азиатский, яванский и афро-евро-азиатский с двумя расами – афро-европейской и материковой азиатской. Третий вид – палеоантропы – разделяется на два хроноподвида, практически соответствующих понятиям "атипичных" и "классических" неандертальцев, последний из которых специализирован.

Второй род гоминин монотипичен, единственный вид включает два хроноподвида – архаичный и современный.

Эволюционная морфологическая изменчивость гоминид практически непрерывна, значительно отличаются лишь наиболее удаленные группы. По этой причине границы родов и видов проходят между родственными группами, что неизбежно в силу дискретности таксономических единиц.

Несомненно, настоящий опыт построения таксономической схемы гоминоидов ни в коей мере не исключает других возможных схем. Как уже говорилось выше, при принятии за исходный иного таксономического масштаба, результат получился бы иным. Однако в целом, полученная картина филогенетических взаимоотношений, видимо, близка к реальной. Она, очевидно, дополнится в будущем с появлением новых находок, которые заполнят остающиеся "белые пятна" родословной человека.

Наиболее важными, на взгляд автора, представляются следующие особенности использованного подхода. Во-первых, применение единого исходного масштаба позволяет привести к единому знаменателю филогенетические и систематические расстояния хронологических и географических групп гоминоидов на разных этапах антропогенеза, то есть способствует целостности итоговой картины. Во-вторых, рассмотрение изменчивости разных морфологических систем позволяет учесть неравномерность эволюции признаков. Этот момент позволяет избежать неоправданного сближения или удаления групп гоминоидов по отдельным признакам. В-третьих, использование накопленного на настоящий момент времени материала дает возможность исследовать географические вариации синхронных групп. Взятые за исходные для анализа условные хронологические группы гоминоидов оказываются неоднородными во многом из-за географической изменчивости. Определение специфики этих групп позволяет детализировать картину антропогенеза, подчеркнуть роль параллелизмов и смешений в его процессе, чем итоговая картина принципиально отличается от стадиальной концепции.

Автор надеется, что с появлением новейших подходов и палеоантропологических материалов многочисленные остающиеся вопросы антропогенеза найдут свои ответы.