"Не кручинься, бог с тобой".

А сама пришла домой. Царица. "Что? — сказала ей царица, —

Где красавица-девица?"

Главное для царицы узнать: исполнен ли приказ, который разрешит все трения?

Чернавка. "Там, в лесу стоит одна,

Отвечает ей она, — Крепко связаны ей локти: Попадется зверю в когти, Меньше будет ей терпеть. Легче будет умереть."

Студентка, рассказывающая от лица Чернавки, должна видеть со стороны и собы­тие, и свою героиню, и конфликт с царицей; рассказывая, она ищет возможность оправ­дать свой обман во имя спасения любимой воспитанницы.

Молва. И молва трезвонить стала:

Дочка царская пропала!

Опять вся группа включается в рассказыванье. Рефрен: "Дочка царская пропала!" в разных устах звучит по-разному, в зависимости от отношения к происходящему.

Царь. Тужит бедный царь по ней.

Царь чувствует свою вину. Здесь и раскаянье, и оглядка на властную царицу.

Елисей. Королевич Елисей,

Помолясь усердно богу, Отправляется в дорогу За красавицей душой. За невестой молодой.

Рассказчик от имени Елисея поворачивает действие в новую фазу борьбы за царе­вну. Энергия, готовность к любому отчаянному поступку в поисках невесты свойственны Елисею.

Затем внимание вновь переключается на события, связанные с царевной. Здесь дол­жен быть и ритмический слом.

Царевна. Но невеста молодая.

До зари в лесу блуждая, Между тем все шла да шла И на терем набрела.

Рассказывая о царевне, важно не потерять энергию общего развития действия, со­знательно выстраивать перспективу общего рассказа.

Появление терема в рассказе — очень важная информация: это и опасение, и, одно­временно, надежда на возможное спасение, начало новой жизни в лесу:

Пес, Ей навстречу пес, залая,

Прибежал и смолк, л фая.

Интереснейшие строчки. Для нас ясно, что появление пса, принявшего и полюбив­шего гостью с первого взгляда, должно быть персонифицировано. Это как бы молчали­вый рыцарь без страха и упрека, не спускающий глаз со своей любимицы. Но это и зверь, с присущим ему повышенным чутьем, открытостью эмоциональных проявлений. Царевна идет дальше уже не одна, а с новым другом.

Царевна, В ворота вошла она —

На подворье тишина.

"Рыцарь" неотступно следует за ней:

Пес, Пес бежит за ней, ласкаясь.

Он как бы жалеет, что царевна уходит со двора, что общение их столь коротко, но, что поделаешь, псу надо жить во дворе, царевне — в доме.

Царевна. А царевна, подбираясь,

Поднялася на крыльцо И взялася за кольцо...

Царевна полна внутреннего напряжения перед новой, неизвестной жизнью:

Царевна. Дверь тихонько отворилась,

И царевна очутилась В светлой горнице; кругом

Под святыми стол дубовый. Печь с лежанкой изразцовой. Видит девица, что тут Люди добрые живут; Знать, не будет ей обидно {?).

Рассказывая о впечатлениях царевны, надо помнить, что атмосфера горницы важна как характеристика хозяев терема, что постепенно домашнее убранство успокаивает ее, убеждает в благонадежности этих незнакомых пока хозяев. — "Знать, не будет ей обид­но?" — Проверка у слушателей, правильно ли сделан- вывод? Но неизвестность все рав­но держит в напряжении:

Никого меж тем не видно (!). Дом царевна обошла. Все порядком убрала, Засветила богу свечку, Затопила жарко печку, На полати взобралась И тихонько улеглась.

Час обеда приближался (...) Царевна не хочет обнаружить себя заранее, она в ожидании, — кто подъехал?

Топот по двору раздался: Пес не лает — значит, это хозяева!

Входят семь богатырей, Семь румяных усачей.

Это царевна видит с полатей. Представьте себе сценку: не один, а семеро мужчин, все красавцы! Каково будет девушке в таком окружении?!

Старший. Старший молвил: "Что за диво!

Все так чисто и красиво. Кто-то терем прибирал Да хозяев поджидал (?!).

Рассказчик от Старшего будет и дальше говорить главное слово. Слушателям долж­но стать ясно, что наличие Старшего — это и уважение, и дисциплина, и ответствен­ность.

Кто же? Вьздь и покажися, С нами честно подружися.

Это вызов, но доброжелательный, А вместе с тем, может быть, и подозрение: уж не претендует ли кто, кроме хозяев, на этот дом? Дальше проявляют себя и другие богаты­ри. Тексты распределились между четырьмя студентами, больше — было бы слишком дробно, а для множественности образа вполне достаточно. Искали разнообразие оценок в разных характерах. Один из братьев, например, предполагает, что это крестьянин, со­бирая грибы и ягоды, набрел на их дом:

Первый. Коль ты старый человек,