Часть I

ЭФФЕКТЫ ПОЛИТИЧЕСКИХ ИНСТИТУТОВ

2. Теория отвердения

Стабильность партийных систем в демократических государствах

Стейн Угельвик Ларсен

Формулировка оригинала

Партийные системы 1960-х, с немногими, но существенны­ми исключениями, отражают структуру расколов 1920-х гг. Это важнейшая характеристика соревновательной политики Запада в эпоху «расцвета массового потребления»: партийные альтер­нативы, а зачастую и сами партийные организации старше, чем большинство национальных электоратов [Party Systems and Voter Alignments 1967: 50].

Краткое объяснение

Этот тезис, сформулированный С. М. Липсетом и С. Рок-каном в книге «Партийные системы и предпочтения изби­рателей» [Party Systems and Voter Alignments 1967], оста-1ССЯ одним из наиболее известных и часто цитируемых за­конов/тезисов макроориентированной социологии, которая снимается анализом демократических институтов. Имену­емый «теорией отвердения», он объясняет исключительную стабильность европейской политики даже после кризисов и катастроф, последовавших за разрушениями, вызванными фашизмом/нацизмом.

Липсет и Роккан показали, каким образом европейские партийные системы уцелели в войне и при фашистской/на­цистской диктатуре. Даже в таких странах, как Италия, Гер­мания и Австрия, где фашизм/нацизм пришел к власти «из­нутри», были запрещены партии и преследовались партий­ные лидеры, после 1945 г. вновь возникли те же партийные системы. То же произошло и в других странах Западной

55

Европы, попавших в немецкую оккупацию. Там, где партии ушли в подполье или были частично активны благодаря многочисленным союзам движения Сопротивления, дово­енные партии и соревновательная система быстро появи­лись вновь точно в таком же виде, в каком они существовали до установления диктатуры. Это свидетельствует о том, что социально-политическая ситуация 1918-1920 гг. «отверде­ла», тем самым обеспечив длительную стабильность на бу­дущее.

Коротко перечисляя доводы в поддержку «тезиса отвер­дения», авторы сосредоточиваются на том, каким образом распространение всеобщего избирательного права для мужчин и женщин породило соревновательность, «засто­порившуюся» в ситуации равновесия. Партии, образовав­шиеся до расширения избирательных прав и принявшие участие в этом первом, всеобщем соревновании, преуспели в установлении длительных союзов («альянсов») со «сво­им» электоратом. Такая расстановка сил и партийная сис­тема, возникшая на ее основании, доказали свою проч­ность и долговечность [Party Systems and Voter Alignments 1967: 51]. Анализируя процессы возникновения и роста фашистских партий в межвоенный период, Хуан Линц говорит о том же, но «с противоположного конца»: при­чина, по которой фашистские партии потерпели неудачу, заключалась в том, что рынок уже был насыщен другими партиями. Исследователь называет это «нехваткой поли­тического пространства... для опоздавшего» [Linz 1980: 153-156].

Процесс «отвердения» европейских партийных систем происходил в разных условиях. В Италии между заверше­нием Первой мировой войны и «маршем на Рим» прошло всего четыре года, Испания и Португалия также пережили лишь краткие периоды демократических выборов до того, как там установились диктаторские режимы. Это ослабило возможности «отвердения». В Германии период Веймар­ской республики был относительно коротким и слишком бурным для того, чтобы позволить немецкой партийной системе «отвердеть». Поэтому в перечисленных странах преемственность была не столь отчетливой, хотя все же

56

проявилась некоторым образом после 1949 г. [Party Systems and Voter Alignments 1967:51-52].

Липсет и Роккан кратко рассматривают вопрос о том, что в 1915-1960 гг. основные партии настолько прочно укрепи­лись на доминирующих позициях, что возникло убеждение, будто первоначальное отвердение (охватывающее несколь­ко партий) не будет продолжительным, а во всех странах будет заменено двухпартийными системами или моделями с доминирующими партиями в малопартийных системах. Однако в 1960-е гг. в нескольких странах к власти пришли оппозиционные партии — либо через правительства мень­шинства, либо через коалиции — подрывая таким образом доминирование основных партий. Дальнейшие колебания происходили в 1960-е гг., когда книга уже была опубли­кована, и авторы приписали их соревнованию между пар­тиями за избирателей, при этом, правда, не считая, что это с неизбежностью повлечет за собой распад партийных сис­тем [Party Systems and Voter Alignments 1967: 55]. Тезис об отвердении может быть понят как допускающий значи­тельные колебания в течение определенного периода, после которого, однако, партийная система возвращается в состо­яние стабильного равновесия.

С точки зрения авторов, важным объяснением стабильно­сти партийной системы является раннее образование мест­ных партий («хребта партийной организации») и союзов, установленных между этими партиями и избирателями | Party Systems and Voter Alignments 1967: 53]. Потенциал для формирования партии и «отвердения» альянсов зави­сит от влиятельности местных организаций («процесса уко­ренения на местах»). Это говорит о том, что «долгожитель­ство» партий будет зависеть от жизнеспособности местных организаций.

Таким образом, тезис об отвердении является законом стабильности, который прогнозирует существование дли­тельного равновесия в различных формах многопартийных систем. Этот подход неприменим к однопартийным систе­мам или таким многопартийным системам, которые возник­ли в первые годы после краха коммунизма в Восточной Ев­ропе. Формулировка закона подразумевает, что, как и любой

57

рынок, подчиненный относительно немногим ограничени­ям («анархия»?), но хорошо регулируемый законодатель­но (в терминах оформления прав/договоров и последствий результатов выборов), рынок партийных систем характери­зуется четкими встроенными механизмами стабилизации, которые будут поддерживать его в состоянии равновесия.

Шамир [Shamir 1979] подробно исследовал проблему отвердения и рыночных механизмов, используя обширный эмпирический материал. Он пришел к выводу, что партий­ные системы «являют собой модель стабильности в том смысле, что колеблются вокруг некоторого равновесного значения» [Shamir 1979: 299], но происходит это скорее из-за их «зависимости от собственного прошлого, а не от ранее существовавшей структуры». В целом же исследователь от­рицает теорию отвердения партийных систем.