Психотерапевтическое вмешательство

Лечение продолжалось два года и состояло в интенсив­ной психоаналитической игровой терапии. Эми хранила «полное молчание» на протяжении всего психотерапевти­ческого процесса, хотя Четник отмечает разнообразные формы «живой коммуникации» во время занятий — такие, как рисование, письмо, интенсивная игра, язык тела и, на­конец, звуки.

Первые несколько недель психотерапии Эми играла в углу комната в «компульсивной» манере, преимуществен­но сосредоточиваясь на использовании глины. На этом раннем этапе игры она огорчалась из-за возникающего беспорядка. Постепенно она перешла к игре с кукольной семьей, в этом случае игра состояла из расставаний и неж­ных воссоединений. Эми разыграла также несколько ви­зитов к педиатру. Еще одной темой в эти первые месяцы лечения была ролевая игра с животными и игра с ножни­цами. Интерпретирующие замечания психотерапевта во время такой игры привели к том, что в игре Эми возросли тревога и регрессия.

Во время лечения Четник работал также с родителями; он сообщает, что мать Эми испытывала особенно сильные отрицательные эмоции по поводу проблем дочери. Опоз­дания и неоплаченные занятия стали отдельной пробле­мой в психотерапевтическом процессе.

Четник сообщает о заметно улучшившемся приспо­соблении Эми в течение второго года лечения. Он описы­вает, как девочка «управляла» процессом, используя при­меры того, как Эми пела по дороге в игровую комнату, но, оказавшись в комнате, отказывалась от вербального обще­ния. Она начала говорить во многих местах, но не в игро­вой комнате. В течение второго года речевые трудности снизились и вне ситуации лечения совсем исчезли. Эми стала принимать участие в работе класса, подружилась с одноклассниками, стала разговаривать с соседями и очень полюбила разговаривать по телефону. Четник сообщает также, что отношения Эми с матерью значительно улуч­шились.

228

Комментарии

Игровая терапия предоставляет ребенку возможность контролировать ситуацию, независимо от того, какой конкретный психотерапевтический подход используется. Эми сумела на игровых занятиях проработать собствен­ную потребность в контроле и управлении, что привело к исчезновению первоначальных симптомов. Во время пси­хотерапевтических занятий она «общалась» самыми раз­нообразными способами, что привело к увеличению об­щения вне психотерапии. Четник заключает описание процесса обсуждением психоаналитических моментов игры, а также диагностическими и прогностическими со­ображениями. Четник оставался в контакте с семьей и от­мечает, что состояние Эми оставалось стабильным на про­тяжении латентного периода. Очевидно, что опыт психоа­налитической игры оказался для Эми благотворным и не только привел к уменьшению симптома, но и дал ей воз­можность освоить контроль и управление в игре и в жизни.

Источник. СЬеїпік, М. (1973). ТЬе іпієпзіує ігеаішепі оГ ап єієсііує тиіе. Іоитаї о/іНгАтегісап Асайету о/ СкіШ Рзус- Ніаігу 12(3): 482—498.

Возможные диагнозы по б8м-іу

23. Селективный мутизм.

21. Страх перед разлукой.

81. Деструктивные нарушения с проявлением негати­визма.

14. Я-концепция и самооценка

Термины «Я-концепция» и «самооценка» часто упо­требляются в качестве синонимов; этим и объясняется их сочетание в данном разделе. Я-концепция является внут­ренней мерой ценности человека. Индивидуальные фор­мы чувства самости базируются на внешнем опыте и внут­ренних ощущениях. Я-концепция может быть определена как ощущение, которое имеется у индивида относительно самого себя или как набор убеждений относительно само­го себя, — человек оценивает сам себя: насколько он спо­собен, успешен, важен и популярен. Игра — ключевой фактор в развитии, обучении и построении Я-концепции ребенка. Исследования обнаружили позитивную корреля­цию между Я-концепцией и принятием со стороны роди­телей, успехами в учебе, положением в классе, восприяти­ем другого, социометрическим статусом, эмоциональной адаптацией и более всего — личностной адаптацией. Дети выражают свои мысли и чувства прежде всего в игре. Кро­ме того, игра позволяет ребенку практиковаться в различ­ных видах деятельности и приобретать определенные на­выки. Система отношений, возникающая в игровой тера­пии, обеспечивает необходимую свободу для интроспек­ции и развития внутренней жизни, которые являются предпосылками развития позитивной Я-концепции. В та­кой системе отношений, когда ответственность возвраща­ется ребенку, ребенок может научиться быть хозяином окружающей обстановки и своего внутреннего мира. Как показано в этом разделе, родителей в самых неблагоприят­ных обстоятельствах можно научить использовать навыки игровой терапии, с тем чтобы улучшить Я-концепцию своих детей.

Игровая терапия улучшает Я-концепцию детей, испытывающих затруднения в чтении

Автор: Джуди Крау

Фокус

Дети, испытывающие затруднения в овладении навыка­ми чтения, часто имеют низкую самооценку. Это исследова­ние изучает применение игровой терапии для повышения са­мооценки у плохо читающих детей.

Введение

В школе проводились занятия по игровой терапии с де­тьми, которые плохо.читали и были оставлены в первом классе на второй год. В соответствии со школьным распи­санием потребовалась небольшая модификации продол­жительности занятий.

Методы исследования и планирование эксперимента

Для этого исследования дети отбирались из числа тех, кто остался на второй год в первом классе и получил самые низкие оценки по Тесту чтения Гэйта-МакДжинит или Тесту успешного чтения Стэнфорда.

В исследовании принимали участие дети из двух школ: ученики одной школы рассматривались как эксперимен­тальная группа, а ученики второй школы — как контроль­ная группа. Все дети прошли тестирование до и после пси­хотерапевтического вмешательства. В качестве измерите­льного инструмента в исследовании использовались Тест чтения Гэйта-МакДжинит и Тест успешного чтения Стэн­форда, Шкала детской Я-концепции Пирса-Харриса и Опросник интеллектуальных достижений.