Комментарии

Игровая терапия является эффективным средством ра­боты с детьми, переживающими травму горя, поскольку она дает им возможность обрести контроль над этими пе­реживаниями, продвигаясь в собственном темпе, и про­чувствовать безопасность проекции и общения на языке игры. Подводя итог игре Стивена в кукольный театр, Кар­тер говорит: «Он использовал кукол для проверки дейст­вительности, для символического выражения своих по­требностей и для облегчения тяжести тревожности, воз­никшей в результате травмы». Совершенно очевидно, что игра дала Стивену безопасный канал для того, чтобы выра-

160 зить и испытать, наконец, горе и ярость. Дети, пережив­шие горе, нуждаются в безопасной атмосфере игровой те­рапии для того, чтобы коснуться собственной боли.

Источник. Саїїег, 5.Я. (1987). Ше оГрирреіз £о Ігеаі ігаи- шаііс §гіеГ: а сазе зіисіу. Еіетепіагу Зскооі СиісІапсе&Соипсе- //И£21(3):210-215.

Возможные диагнозы по Б8М-ІУ У62.82 Сиротство.

8. Нарушения поведения.

81. Деструктивные нарушения с проявлением нега­тивизма.

6. Заказ №3728.

Игровая терапия в группе для осиротевших детей

Авторы: Донна Кэйси Тэйт и Джо-Линн Депта

Фокус

Использование игровой терапии при групповой работе с детьми, испытывающими эмоциональные и поведенческие трудности вследствие смерти одного из родителей.

Введение

Исследуется планирование группы осиротевших детей и основания для использования игровой терапии в группе для работы с этой популяцией. Для работы с этой группой, состоящей из десяти детей, потерявших близкого человека в семье, использовались ко-терапевты. В дополнение к об­суждению группового процесса и подведения итогов заня­тий, предлагаются также руководящие принципы для ру­ководителей таких групп и вопросы для обсуждения.

Описание случая

Были выбраны десять детей в возрасте от семи до 11 лет. От полутора до трех лет назад каждый из них пере­жил смерть близкого члена семьи. Двое из этих детей были свидетелями угасания родителя вследствие продолжите­льной болезни, а остальные восемь не были подготовлены к смерти родственников. Девять из десяти детей пережили смерть родителя.

Сообщалось, что детям снятся кошмары, у них случа­ются приступы ярости, они испытывают учебные и социа­льные трудности, часто замкнуты, чрезмерно ранимы, подвержены депрессии. Кроме того, в большинстве случа­ев родители, оставшиеся в живых, испытывали значитель­ные затруднения в открытом обсуждении смерти.

Психотерапевтическое вмешательство

Лечение состояло из восьми занятий. Фокус каждого занятия, с соответствующей игрой, планировался до того, как группа приступала к занятию. Иногда на занятиях ис­пользовались рисование, работа с глиной, игра в шарады, семейная скульптура, рассказывание историй и куколь- 162 ный театр. Большинство занятий начинались с пятнадца­тиминутной свободной игры, предшествовавшей структу­рированным действиям. Облегчение нормализации и пре­имущество взаимной поддержки в групповой терапии ста­ло очевидным на втором занятии, когда один из детей (Джастин) построил из глины поезд — поезд, который сбил его мать и сестру и задавил их. Он начал плакать и в дополнение к отражению и поддержке одного из ведущих Джастина поддержали и успокоили другие дети. На седь­мом занятии использовалась символическая деятель­ность, направленная на то, чтобы помочь детям освободи­ться от тяжести переживаний, — их попросили написать письмо умершему. Письмо помещали внутрь воздушного шарика, наполненного гелием, и за дверью все шарики вместе выпустили наружу. Восьмое занятие было официа­льным прощанием и являло собой выпускной вечер с пиц­цей, дипломами и фотографированием. Родителям были даны пре- и посттерапевтические заключения, а детей просили заполнить посттестовые анкеты. Сообщалось о позитивных результатах.