Комментарии

Бикслер использовал этот случай в качестве примера для того, чтобы подчеркнуть важность работы с ребенком,

218 а не идентификации проблемы или постановки диагноза. Бикслер утверждает, что недирективная игровая терапия приводит к быстрому решению проблем ребенка, потому что детям разрешается работать над тем, что представляет­ся для них наиболее важным. Так, если бы в случае Уилья­ма попытки помочь ребенку сконцентрировались на проб­лемах чтения и обучения, реальный источник его проблем никогда не был бы обнаружен.

Бикслер также приводит детальные отрывки из заня­тий с новым психотерапевтом. После каждого занятия Бикслер анализирует реакции психотерапевта, подчерки­вая сильные, существенные ответы и противопоставляя ответам, не достигающим цели, более удачные примеры. Такая организация материала является дополнительной помощью для игровых терапевтов, поскольку облегчает понимание того, где в процессе занятия можно легко сби­ться с пути.

Источник. Віхіег, К.Н. (1945). Тгеаїтепі оГ а геайіпв ргоЫет іЬхои§1і попдігесііуе ріау Шегару. Іоигпаї о/СотиІ- іїщ РзусИоІо£у 9:105—118.

Возможные диагнозы по в8м-іу

0. Специфическая задержка навыков чтения.

У61,8 Проблемы в отношениях сиблингов.

14. Селективный мутизм

Селективный мутизм, при котором дети в определен­ных ситуациях хранят молчание, является сравнительно редким детским нарушением; по оценкам некоторых ис­следователей, он встречается у семи из тысячи детей. Классификация ШМ-ГУ, изданная в 1994 году, изменила название этого нарушения с «элективного мутизма» на «селективный мутизм», поскольку комиссия сочла, что прежнее название недостаточно глубоко описывает фено­мен и подразумевает мотивацию. Эти термины в этом раз­деле используются как равноправные, поскольку в боль­шинстве источников используется термин «элективный мутизм». Этот феномен наиболее часто наблюдается, ког­да ребенок говорит дома, а в школе не говорит, хотя встре­чались случаи, когда дело обстояло противоположным об­разом. Мы знаем учеников начальной школы, которые не говорят в классе или не читают вслух, но дома читают очень хорошо. Для учителя, который поставлен перед не­обходимостью выставлять оценку по чтению, такая ситуа­ция может оказаться невыносимой.

Дети, которые страдают селективным мутизмом, как правило, упрямы, агрессивны, недоверчивы; они часто находятся в скверном настроении, дуются, стремятся управлять ситуацией, склонны противоречить, обладают сильной волей; иногда у них случаются припадки ярости. Они также могут быть чувствительными, плаксивыми, по­корными, беззащитными, испуганными, пассивными, тревожными, боязливыми и зависимыми. Для работы с де­тьми, страдающими селективным мутизмом, игровая те­рапия представляется наиболее подходящим методом ра­боты, поскольку в рамках этого подхода от детей не ждут вербализации и не принуждают к этому. Игра позволяет им свободно выражать свои чувства относительно собст­венного Я, которые кажутся им недопустимыми. Приня­тие этих чувств со стороны игрового терапевта позволяет детям относиться к самим себе лучше. Когда же дети обре­тают способность принять самих себя, они могут расстать­ся с молчанием, которое служило им защитой собственно­го Я.

220

Недирективная игровая терапия с ребенком, страдающим элективным мутизмом

Автор; Вирджиния М. Экслайн

Фокус

Использование недирективной игровой терапии в работе с пятилетним мальчиком, страдающим элективным мутиз­мом и испытывающим трудности социализации.

Введение

Билли был направлен к психологу потому, что ему уг­рожало исключение из детского сада. Он не общался с дру­гими детьми и ни с кем не разговаривал. Он держался у стенки и; когда к нему походили другие дети, сворачивал­ся в комочек и прятал лицо. Он не участвовал в школьных делах и не слушал сказок. Однако, когда за полгода до это­го Билли начал посещать детский сад, он не был таким.

Описание случая

Мать Билли рассказала, что мальчик нормально разви­вался до трех лет, когда он вдруг перестал разговаривать, перестал ходить и регрессировал в своем поведении к мла­денческому возрасту. Это изменение в поведении возник­ло после того, как его мать (незадолго до того) в экстрен­ном порядке положили на операцию. Она водила Билли к педиатру, который поставил ему диагноз «слабоумие». Она сообщила, что брат Билли был «слабоумным» (умст­венно отсталым), и боялась, что у Билли может быть та же проблема. Физически он был здоров, но при тестировании интеллекта получил 68 баллов.

Психотерапевтическое вмешательство

Билли вошел в игровую комнату, ссутулившись, шар- :ающей походкой, с пустым взором. Он прошел на среди- у'комнаты и уставился в пространство. Терапевт сказал альчику, что он может иірать любыми игрушками, каки- и захочет. Билли долго стоял, потом до конца занятия его фа заключалась в том, что он просеивал сквозь пальцы ;сок. На втором занятии он выглядел более оживленным, гова играл в песок и иногда молча поглядывал на психо-

221

терапевта. На третьем занятии .он играл в песке с машин­ками и несколько раз обратился с какими-то замечаниями к терапевту, который каждый раз отвечая ему. Когда Бил­ли пришел на четверто© занятие, в его поведении были за­метны существенные перемены. Он не волочил нош, бьй более оживленным и разговаривал с психотерапевтом. Мать Билли рассказала, что дома произошли значитель­ные перемены: Билли больше разговаривает, а регрессив­ное поведение постепенно исчезает. На пятой неделе из сада позвонили домой, чтобы узнать, что случилось с Бил­ли — его поведение в саду тоже существенно изменилось к лучшему.