из наиболее авторитетных исследователей процессов дероманизации в прозе Д. С. Мережковского является В. В. Полонский, в трудах которого убедительно выявляется характерная для эпохи Серебряного века тенденция к «преодолению жанром своих пределов»7. Соглашаясь с суждениями ученого о ключевой роли метаисторических (мистери­ально-мифологических) кодов в жанровой структуре историософского романа, мы несколько иначе подходим к изучению этого феномена и в теоретическом, и в историко-литературном аспекте.

В 1980–1990-е годы наибольший вклад в изучение художественно­го мира Мережковского внесли специалисты по русскому символизму, определив ведущие эстетические особенности его романов (символиза­ция, мифопоэтика), обозначив авторские повествовательные стратегии (мотивная структура,«текст в тексте» и др.). Учитывая опыт ведущих ли­тературоведов в этой области, обращаясь в ходе анализа произведений к тем же уровням текста, мы предлагаем подход к творчеству Д. С. Ме­режковского, несколько отличающийся от доминирующего в исследова­ниях по поэтике символистского романа, в рамках которого традицион­но рассматриваются его трилогии «Христос и Антихрист» и «Царство Зверя». Как правило, исследователей интересуют возможности данного художественного направления в его предельной самореализации – в вер­шинных проявлениях, образцовых жанрах. Произведениям Д. С. Мереж­ковского в лучшем случае отводится роль предтеч символистского рома­на8. На наш взгляд, эстетический потенциал романов Мережковского, содержащих «пучок» романных возможностей, прокладывающих пути не только символистской, но и постсимволистской разновидностям жан­ра, с одной стороны, действительно меньше символистского, но с дру­гой – больше. Нас привлекает задача раскрыть в историософской прозе писателя зарождение новых повествовательных стратегий, востребован­ных в 1920–1930-е годы авторами романов не только о далеком прошлом, но и о недавней современности.

Каждое произведение Д. С. Мережковского – веха в его творческой биографии, в формировании поэтики символизма, становлении боль­шой эпической формы в искусстве XX века. При этом ни одно из них

Показательна динамика жанровых номинаций трилогий Д. С. Ме­режковского на протяжении более чем столетнего внимания критиков и литературоведов к его творчеству.

зал свое действие» едва ли не на всех, «кто писал по-русски историче­ские романы на протяжении следующих нескольких десятилетий»22.

гающему в произведении конкретно-исторический и метаисторический план повествования. Особое внимание уделено проблеме метода художе­ственно-исторического познания Д. С. Мережковского, обеспечивающего единство его разностороннего творческого наследия.