Логика религиозной войны. Большевистскосовет ская «теократия» укоренена в культурноисторическом способе функционирования православия, считает Жукоцкий. Она высвобождала религиозную энергию русской нации, тянущейся к живому Богу и мечтаю щей о вселенском преображении мира. Радикализм интеллигенции производен от деспотии государства. Церковь уже не могла организовать и возглавить на родную жизнь, выродилась в «министерство право славной идеологии». Ее конфликт с Л.Н. Толстым ярко высветил отчуждение народа от государственного пра вославия, Даже храм уже не объединял прихожан — паства церкви стала разобщенной, атомизированной. Усилился культ странничества. В форме хлыстовства Г. Распутина странничество проникло даже в сердце

Однако объяснение исключительно на основе «внут реннего принципа» обычно узко и односторонне. Разве у России не было и нет опасных врагов, использующих ее внутренние трудности и коварно «подсказывающих» способы их преодоления? Разве русский внутрикультур ный кризис начала XX в. при всем изобилии возмож ных его разрешений непременно должен был иметь «марксистский исход»? Это, помоему, риторические вопросы. Вряд ли автору стоило так много и решитель но доказывать «естественность» для России заимство ванного у Запада марксизма, причем именно как сво бодной религиозности, упуская при этом в своей книге из рассмотрения не только психологические особенно сти прозелитизма, но и (что вовсе не помарксистски!) экономические противоречия предреволюционного пе риода, а также наш вечный земельный вопрос. Таким образом, автор заведомо ограничивает поле своего ис следования определенными рамками предмета.

Вера обычно не терпит экуменического совмеще ния взаимоисключающих кредо. Нормальный христиа нин всегда будет противиться попыткам уравнять его с безбожником, сблизить теизм и атеизм. Как беремен ность не может быть половинной, так и вряд ли пред ставим «свободнорелигиозный человек» В.Д. Жукоцко го, который наполовину уверовал в Бога, а в остальном не испытывает сомнений в атеистическим гуманизме Например, мне ясно, что автор искренно исповедует именно марксистскую веру, но вовсе не православие и, следовательно, не пребывает в состоянии «божествен ноатеистической свободной религиозности». Это его право, и пустое дело спорить о преимуществах той или иной религии. Однако теоретически обосновываемая им идея о православной природе советского марксизма мне представляется спорной и малоубедительной.

Каждый религиозен по"своему. «Научный» атеизм, сводивший все разнообразие религий в основном к

Религиозное законодательство мировых религий непременно включает в себя указания о том, как отда вать Богу — Богово, а кесарю — кесарево, как отно ситься к ценностям брака, семьи, дружбы, торговли, ремесла, профессии, политической жизни и т. д. В свою очередь, нормы и законы светской жизни закрепляют в себе то или иное отношение к космоцентрическим религиям. Достаточно изучить, например, законы Ша риата, заменяющие в некоторых мусульманских стра нах государственную конституцию, чтобы увидеть, как возможно взаимодополнение космоцентризма и социо центризма.

Смысл этих собраний был именно в большевист ской медитации, а вовсе не в решении какихлибо свет ских практических проблем; собрания внушали людям священный трепет, страх, и вместе с тем присутствие на них придавало коммунистам ощущение полноты жизни, избранничества, очищения и торжественности. Комитет партийногосударственного контроля испол нял функцию верховной инквизиции и направлял де ятельность всех силовых структур страны. Препода ватели общественных дисциплин заменили проповед ников и богословов, их функции сводились в основном к точному изложению и комментированию «великого ленинского учения»; служившая ранее защите право славия русская религиозная философия стала опасной, и ее заменили новым догматическим богословием — Диалектическим и Историческим материализмом, На учным коммунизмом, Научным атеизмом, а также прак тическим богословием — Историей КПСС. Новая, «научная» философия стала верной служанкой рели гии большевизма. Секретари местных, районных, го родских и областных комитетов партии фактически были рукоположены в сан «священнослужителей», их иерархия походила на иерархию Русской Православ ной церкви из ереев и архиереев.

Реформация в России. С 1985 г. в России началась бурная религиозная реформация. Потребовалось все го лишь несколько лет, чтобы десакрализовать, развен чать идеалы «избранного вождя», «рабочего класса как

Шли годы, обещанный коммунизм не наступал, а несоответствие атеизма природе человека становилось все более очевидным. Ведь сокровенные надежды людей связаны с категориями вечного и совершенно го, но в опыте земной жизни эти категории плохо об наруживаются. Большевистская религия не имела та кого надклассового и межнационального потенциала, который позволял бы ей в течение многих веков духов но сплачивать содружество классов, этносов, народов и наций. Коммунистический Интернационал, претен довавший на масштабы вселенской религиозной орга низации, быстро распался. Но и возврат к тем религи ям, которые большевизм пытался изолгать и растоптать, не столь уж прост и автоматичен. Однако вернуться к ним можно, ибо они оказались настолько жизнестойки ми, что даже в самые мрачные времена «безбожества» в СССР большинство жителей страны никогда не при держивалось атеистического мировоззрения, оставаясь верными идеалам христианства, ислама, иудаизма или буддизма.