Антисфен

Родился в 444 г. , умер в 368 г. до н.э. Был основате­лем школы киников. Он автор более 60-ти сочинений (согласно Диогену Лаэртскому). Среди его сочинений: "О природе", "Истина", "О слоге", "О воспитании" и т.д.

Антисфен развивал учение об общем и отдельном. Он соглашался с Сократом в том, что подлинное знание — это знание, выраженное в понятиях. Он первым в истории философии попытался дать определение понятия: "Понятие есть то, что раскрывает, что есть или чем бывает тот или иной предмет". В то же время Антисфен отрицал возможность приписывания предмету каких-либо свойств, признаков вообще. Он счи­тал, что можно утверждать только то, что субъект суждения есть то, что он есть, например, "Сократ есть Сократ", но нельзя сказать, что "Сократ есть философ". Т.е. по Антисфену возможно лишь наименование вещи.

В своем логическом учении Антисфен подошел к открытию закона противоречия, но не смог определить сферу его применимости. Тезис Антисфена звучал так: "Невозможно противоречить" (Аристотель). Он отождествлял противоречие и различие, поэтому-то субъекту и нельзя приписать отличный от него предикат в суждении.

Антисфен, киники исходили из того, что существует лишь то, что люди непосредственно воспринимают чувствами. То есть, у них существует только отдельное, а общего нет. Они были прямыми предшественни­ками средневековых номиналистов, говоривших, что общее — только имя отдельных предметов, в чем-то сходных между собой. Общую же сущность у предметов определить невозможно.

Киники придавали большое значение практике аскесиса, говоря; "Тому, кто хочет стать добродетельным человеком, следует укреплять тело гимнастическими упражнениями, а душу — образованием и воспитанием". Они при этом различали два вида аскесиса: для тела и для души.

Киники порицали Прометея, который, одарив людей огнем, положил, якобы, начало их испорченности. Киники считали, что люди, не зная меры в своих потребностях, сами сделали себя вечно озабоченными и несчастными. Они также считали, что бедность добродетельна. Так, киник Диоген называл бедность "самоучкой добродетели". Именно бед­ность влечет человека в философию.

Киники учили не стыдиться необразованности, невоспитанности, некультурности (апайдеусиа). Неграмотность — не такой уж большой недостаток. Скорее даже достоинство. При неграмотности знание находится и живет в сознании, а не лежит где-то мертвым грузом. Своему ученику Антисфен сказал: "Надо было хранить их (знания — СХ) в душе". Письменность делает знания мертвыми, а души пустыми. Кроме того, как доказывали киники, знания не делают людей лучше. Письменность — это еще не умение различать правду и ложь, что яв­ляется главным качеством мудрости. Поэтому киники недооценивали науку и образование. В то же время мы находим у киников прославле­ние разума.

Антисфен говорил: "разумение — незыблемая твердыня; ее не сокрушить силой и не одолеть изменой. Стены ее должны быть сложены из неопровержимых суждений". Он же говорил: "нужно или приобрести разум, или надеть петлю на шею".

По Антисфену, опять же, "образованного и умного человека тру­дно переносить, так как неразумие — вещь легкая и необременитель­ная, а разум непреклонен, непоколебим, тяжесть его неодолима".

Киники признавали только практический разум, а не теоретичес­кий. Разум, который смыкается с житейской мудростью. Задача фило­софии у киников — учить, как надо жить. Философия по Антисфену — это "умение беседовать с самим собой", или "умение оставаться нае­дине с собой". Она должна давать "готовность ко всякому повороту судьбы" (Диоген).

Киники думали, что можно научить добродетели. Но эта доброде­тель "состоит в делах и не нуждается ни в многословии, ни в науках". Антисфен считал, что "труд — благо", а люди труда и есть истинные мудрецы. Кроме того, он утверждал, что мудрец должен быть вне государства и вне обыденной жизни, он "живет не по законам государства, а по законам добродетели". Мудрец у него также должен жениться для имения детей, и притом от самых красивых жен­щин.

Киники не отрицали богов, но считали достаточным знать, что они существуют, и ничего у них не просить, дабы не нарушать свою независимость. Политеистическую религию, традиционную для греков, они считали нелепостью. Диоген к тому же удивлялся, почему люди "просят богов не об истинном благе, а лишь о том, что им кажется таковым".

Киники больше всего в жизни ценили свободу, но это была исключительно свобода речи, доходившая до свободы говорить дерзости царям (Диоген и Александр Македонский). Римский стоик Эпиктет го­ворил об Антисфене, что тот считал свои представления никому не подвластными, что они зависят только от человека, и никто не может им помешать, заставить пользоваться ими иначе, чем хочет сам человек.