Креационизм научный

не построил теорию бесконечных множеств. Составляет ли каждый класс предметов единый, цельный предмет, причем непременно сложный по своему составу? Вовсе не обязательно. Например, кот — организм, однако сумма котов не есть кот, не есть организм. Так что если сложные сущности обусловлены, то класс, составленный из сущностей, не обязательно есть сущность сложная, и, следовательно, этот класс может быть не обусловленным, не иметь своей причины. Вскрытые в нашем веке математиками и логиками парадоксы, связанные с идеей множества всех множеств и с понятием бесконечного множества, ослабляют формальную убедительность космологического доказательства Аристотеля — Авиценны.

Существуют и другие варианты космологического доказательства. Так, например, если согласиться с принципом близкодействия (т. е. с утверждением, что передача импульса от тела к телу требует времени и осуществляется с конечной скоростью), то физический мир трудно признать бесконечным по числу составляющих его тел и процессов. Допустим, что тело А имеет причину своего движения в теле В, а тело В — в С и т. д., и спросим, бесконечен ли ряд тел в космосе? Если этот ряд бесконечен, то для передачи начального импульса от некоего тела ? до интересующего нас тела А может потребоваться бесконечное время, т. е. к настоящему времени тело А еще не получило этого импульса и не вызвано к жизни. Однако мы эмпирически констатируем изменения окружающих нас тел, факт их движения. Не следует ли тогда допустить, что ряд от ? до А конечен, а само начальное ? — внешняя для космоса первопричина и причина самого себя? ? неподвижен, приводит в движение весь космос; ? — Бог.

Это доказательство имеет свои слабости: принцип близкодействия не может объяснить одновременную целостность космоса (упорядоченность всех явлений мира); помимо внешнего причинения бывают и имманентные причины изменения (самоизменения) тела;

цепь мировых причин может быть замкнута на себя по типу круговорота и вовсе не обязательно должна быть вытянута в одну линию. В противоположность принципу близкодействия, принцип дальнодействия объясняет, почему бесконечный мир един и способен к мгновенной проводимости импульса от одного полюса мира к другому. Б. Спиноза в “Этике” обсудил возможность взгляда на природу как причину самой себя; в его аргументации есть свои уязвимые места.

Д. В. Пивоваров

Креационизм научный (от

лат. creatio — сотворение) — фундаменталистское течение в современном естествознании, возникшее с целью обосновать — на основе данных наук о природе — идею о сверхъестественном и одноактном сотворении мира. Является идеологической реакцией на эволюционное учение о мире и происхождении биологических видов, отрицает принцип самопроизвольного восхождения от низших форм материи к высшим.

К. н. появляется в биологической науке в 30 — 60 гг. как выходящий за рамки неодарвинизма способ осмысления биохимических и генетических экспериментов, проводимых в то время вне специальных креационистских задач. С конца 60-х гг. начинают публиковаться оригинальные исследования ряда биологов, намеренно планировавших свои опыты с целью проверить то или иное положение эволюционной или креационной гипотезы и в конечном счете произвести выбор между этими гипотезами. В 1961 г. в США выходит в свет книга Д. К. Уиткомба и Г. М. Морриса “Потоп из Книги Бытия” (объемом в 518 с.), в которой соавторы, теолог и ученый, сопрягают библейские и научные сведения о геологической истории нашей планеты. Под влиянием этой книги в 1963 г. в США создается Креационистское Исследовательское Общество; пост президента в нем последовательно занимали: генетик У. Леммертс, инженер Г. Моррис, физик Т. Барнс, ботаник Д. Хоу, биолог У. Раш. Ныне в этом обществе около 700

 

==431

членов имеют ученые степени какой-нибудь области естествознания и примерно 2000 сочувствующих членов без ученых степеней.

В 60-е гг. в разных странах оформляются креационистские общества, некоторые из них выступают с требованиями узаконить введение креационизма в школах и других общественных институтах. В 1970 г. Г. Моррис основывает в Сан-Диего колледж христианского наследия и параллельно — научно-исследовательский институт, который с 1972 г. известен как Институт Креационных Исследований (ИКИ). ИКИ активно публикует книги, статьи, издает ежемесячник “Акты и Факты”, проводит конференции, при нем действует очная и заочная аспирантура.

По своим главным выводам К. н. совпадает с теистическим догматом о сотворении мира Богом из ничего — догматом, разделяемым христианами, мусульманами и иудеями. Библейский креационизм признавало подавляющее большинство ученых, работавших до Ж. Б. Ламарка и Ч. Дарвина, когда эволюционизм еще не был общепризнанным объяснительным принципом. Ныне происходит своего рода отрицание отрицания: объяснительная недостаточность эволюционной доктрины стала настолько явной, что потребность науки в альтернативной методологии заставляет многих исследователей отказываться от этой доктрины в пользу переосмысленного библейского креационизма. Сторонники К. н. фальсифицируют общую теорию эволюции, но вместе с тем вовсе не отвергают возможность изменения внутри рода (например, выведения новых пород животных).

Основные аргументы сторонников К. н. против эволюционной теории таковы. Фундаментальные науки не знают никаких “законов развития” и исходят из законов сохранения и роста энтропии; Библия тоже учит, что сотворенный мир до времени сохраняется Богом, но силы разрушения ведут мир к гибели. Без специально направленной энергии “низшее” само по себе никогда не создает “выс

шее” (кирпичи спонтанно не складываются в дом, например, под воздействием урагана); идея самостоятельного восхождения материи от простого к сложному и от низшего к высшему не имеет экспериментального подтверждения, не основана на человеческом опыте и является идеологическим мифом. В селекционной практике людей всех времен не было ни одного случая выведения одного вида животных или растений из другого вида; возможны лишь внутривидовые преобразования. Если бы в мире шла тотальная эволюция, то тому были бы неисчислимые и постоянные свидетельства; эволюционисты же могут предъявить публике только ничтожное количество сомнительных примеров эволюции. Если бы в самом деле живое происходило из неживого, а высшие биологические виды из низших, то, согласно принципу эволюции, непременно обнаруживались бы “промежуточные” продукты процесса восхождения; однако археологи и палеобиологи не располагают никакими достоверными свидетельствами о переходных видах растений и животных. В связи с этим эволюционисты были вынуждены отказаться от идеи о плавном течении эволюции в пользу представления о скачкообразном (катастрофическом) появлении новых видов из прежних организмов в результате мутации. Но, как показывает селекционная практика, мутации в целом понижают жизнеспособность выведенных пород; эти породы, как правило, не способны выжить без помощи человека, а некоторые из них вообще не дают потомства. Поэтому теория мутагенеза слабо подкрепляет доктрину эволюции.

Особое внимание К. н. уделяет разоблачению “находок” обезьянних “предков” человека. Пилтдаунский человек был реконструирован на основе окаменевших костей, которые были найдены в 1912 г. в песчаной яме в Суссексе (Англия). Эта находка считалась в свое время исключительно важной; художники сделали по ней изображения древнего существа, вошедшие в учебники; скульпторы создали фигуры для музеев. И только много лет спустя выяснилось, что пил-

==432

тдаунский человек — это просто мистификация. Челюсть обезьяны была присоединена к черепу современного человека. Оборвалась “карьера” и “небраскского человека”, реконструированного всего лишь по одному найденному зубу; было доказано, что зуб принадлежал не человеку, а свинье. Многие серьезные ученые уже исключили из числа возможных предков человека неандертальца, питекантропа и австралопитека. Обнаруживается, что в те эпохи, к которым археологи относят ископаемые останки человекообразных обезьян, современный человек уже существовал. На этом основании Д. Борн, директор Иеркского центра по изучению приматов, даже выдвинул гипотезу о том, что не человек произошел от обезьяны, а наоборот, обезьяны от людей. Так или иначе, К. н. квалифицирует доктрину эволюции как разновидность религии тотемизма, принятого на вооружение современным научным сообществом, и с позиций теизма выступает против этого язычества в науке.

Д. В. Пивоваров

КУЛЬТУРА — форма деятельности людей по воспроизведению и обновлению социального бытия, а также включаемые в эту деятельность ее продукты и результаты. Социальное бытие не существует само по себе, безотносительно к его воспроизводству людьми; в этом, собственно, и состоит его отличие от природы. По сути, об этом и говорили древние, когда отличали мир культурный, возделанный, рукотворный от мира дикого, необработанного, стихийного. Это же различение фиксируется и оппозицией искусственного (искусного, культурного) и естественного (натурального). Одним из самых спорных моментов в понимании К. является ее определение. Сейчас существуют сотни определений К., причем легко заметить, что среди них есть такие, которые противоречат друг другу (определение К. как нормы и как преобразования стандартов, как адаптации человека к обществу и как преодоления социальной инерции, как накопленного опыта и как самореализации личности).

С т. зр. философии, К. выявляется не в логике определений, а в установлении эволюции форм, которыми человек пользуется для сохранения и обновления социального бытия, а главное — в конкретных описаниях форм воспроизводства и обновления, их соотношения. Конкретная К. предстает определенным соотношением форм воспроизводства и обновления социального бытия. В этом смысле можно говорить о том, что основной вопрос К. — это вопрос о соотношении воспроизводства и трансформации, обновления человеческого бытия. Этот вопрос не имеет универсального решения. Если на ранних этапах человеческого общества главной формой была традиция, обеспечивающая сохранение социальной организации, то затем все более значимой становится инновация, а в последние десятилетия — взаимодействия различных традиций и различных инноваций.

В. Е. Кемеров

КУЛЬТУРНО-ИСТОРИЧЕСКИХ ТИПОВ ТЕОРИЯ (“цивилизационный подход”) — направление в философии истории, рассматривающее историю как сосуществование различных, внутренне целостных типов цивилизации. Каждая такая цивилизация развивается по собственным более или менее уникальным законам, имеет собственные источники развития; между отдельными культурно-историческими целостностями нет отношений взаимообусловленности, преемственности или устойчивых, воздействующих на их внутреннюю структуру форм культурного взаимообмена. Наиболее видные представители К.-и. т. т. — Н. Я. Данилевский, К. Н. Леонтьев, О. Шпенглер, А. Тойнби.

Развитие российской ветви данного теоретического течения связывают с традиционной историософией и культурологией славянофилов (А. С. Хомяков, И. В. Киреевский, К. С. Аксаков). Центральная проблема славянофильства — выявление и обоснование специфики русской

 

==433