1 Стенин вс, Елсукое а.И. Методы научного познания. Минек. 1974. С. 54,

предположение, предложить хотя бы приблизительное объяснение);

103. ищите наиболее простые объяснения, используйте минимум допуще­ний (этот регулятив называется также принципом Оккама);

104. добивайтесь максимальной точности (при этом образцом точности

в естественно-научных дисциплинах является физика с ее математи­ческим аппаратом);

105. излагайте свои позиции аргументированно; открывайте их для критики коллег (поэтому наука ориентирована не на «тайные знания», а принци­пиально открыта для всех) и т.п.

Этот уровень обобщенной рациональной методологии образует фон, на котором только и возможна наука. Стоит вспомнить о том, что фило­софская база науки досталась нам в наследство от древнегреческой фило­софии. Именно в античности были сформулированы важнейшие установ­ки и принципы, согласно которым в хаосе явлений на самом деле есть

определенный порядок, устойчивые структуры, естественные законы,

этот порядок Космоса познаваем, и он выразим и понимаем в виде мате­матических соотношений (принцип, развернутый прежде всего пифаго­рейцами) (см. также § 8.1).

Общий философский фон рациональности и теоретического мышле­ния вообще является сегодня совершенно привычным, функционирует в сознании ученых по большей части почти автоматически. Но иногда, на определенных этапах продвижения науки, те или иные исходные принци­пы могут привлечь внимание исследователей и потребовать нового осмыс­ления. Например, такое случилось с принципом причинности при расши­рении его на квантово-механическую сферу.

2. Общенаучные методологические установки.

В отличие от слоя предельно общих методологических установок, уровень общенаучных методов представляет собой гораздо более конкре­тизированные методологические образования, предписывающие иссле­дователю определенные системы действий.

К этому слою методологического обеспечения относятся методы, спе­цифичные именно для научного познания и имеющие широкое распрост­ранение в самых различных науках. Они имеют общенаучное значение: к ним относятся эксперимент, моделирование, системный подход и т.п.

Они будут подробно рассматриваться в последующих параграфах. Сфера общенаучных методов, как уже обсуждалось в § 1.4, может

быть на основании критерия доступности объекта исследования условно разделена на две области: эмпирическую и теоретическую. Эмпириче­ские методы используются в режиме интерактивного информационного

взаимодействия с исследуемым объектом. Основные методы эмпириче­ского уровня — наблюдение, эксперимент, моделирование. Теоретиче­ские методы вносят теоретизацию в фактуальный материал. К области

96

Ушаков

97

теоретических методов относятся такие, как абстрагирование, идеализа­ция, формализация и многие др.

1 Степи» b.C. Теоретическое знание. М, 2000, с 244,

3 Степан b.C. Научные революции как «точки» бифуркации в развитии знания Науч­ные революции в динамике культуры. Минск, 1487. С. 42.

106. Частнонаучные методологические установки. Частнонаучные методы специфичны для отдельных наук (или групп

наук). Например, для социологии специфичны опрос и анкетирование репрезентативных групп, для психологии — тестирование, психологиче­ский эксперимент, для истории — совокупность методов анализа истори­ческих документов, для физики микромира — методы ускорения элемен­тарных частиц и т.п.

107. Специальные методики.

Это методологические единицы еще более частного уровня. Специаль­ные методики разрабатываются и применяются для решения'конкретных задач в конкретных узконаучных областях (например, методики получения

тех или иных бактериальных культур в микробиологии, методики окраски

тканей организма в гистологии, методики структурного анализа в химии

и т.п.).

Методологические регулятивы. Идеалы и нормы научного познания

Итак, в зависимости от степени специализации используемых методов методологический арсенал науки содержит как конкретные приемы рабо­ты, техники и методики, гак и некоторую совокупность более общихрегу­лятивных принципов и положений. В методологическом арсенале, т.о., можно выделить по меньшей мере две составляющие:

108. совокупность приемов, алгоритмов, техник, которую можно назвать

оперативной составляющей научной методологии;

109. совокупность регулятивных установок, которую можно назвать регу­лятивной составляющей.

Эти компоненты и функционируют совместно и взаимодействуют.

Любая оперативно-процедурная структура науки действует в охватываю­щем ее контексте регулятивов, и наоборот, регулятивные принципы нау­ки должны быть реализованы в конкретных исследовательских приемах. Регулятивные элементы присутствуют в каждой области описанной

выше многослойной методологической структуры. Например, область

предельно общих установок и принципов научного познания целиком укомплектована именно регулятивами. Но и для общенаучных методов научного познания тоже имеются свои регулятивы (например, для экспе­римента вообще и для его конкретных разновидностей в различных на­уках); то же касается частнонаучных методов и специальных методик.

Регулятивная составляющая научного познания требует особого ана­лиза. Интерес к ней связан с тем, что методологические регулятивы не­посредственно участвуют в динамике научного познания, способствуют изменению и обновлению науки. Когда обнаружилось, что не существует единого однозначного научного метода (см. § 0.7), первостепенную зна­чимость приобрел вопрос о внутренних законах функционирования науч­ного поиска, механизмах его самокоррекции и саморегуляции.

В отечественной философско-методологической литературе пробле­мы регулятивной составляющей научного познания разрабатывались в значительной мере как тема идеалов и норм научного познания. Этот термин восходит прежде всего к работам B.C. Степина и его коллег. Сфе­ра идеалов и норм включает в себя многообразие регулятивов. Так, со­гласно B.C. Степину в ней можно выделить следующие группы:

110. идеалы и нормы объяснения и описания;

111. идеалы и нормы доказательности и обоснованности научных знаний,

112. идеалы и нормы построения и организации научных знаний.

В совокупности эти формы образуют схему метода, т.е. задают общие ориентиры, канву научной методологии тех или иных научных областей'. По B.C. Степину, можно рассматривать содержание идеалов и норм,

или регулятивной составляющей, более детально; он предлагает выделять

в массиве идеалов и норм по степени их специфичности несколько взаимо­связанных уровней. Первый уровень представлен теми нормативами, которым подчиняется любое научное исследование; эти общие нормати­вы задают собственно научный проект, отделяют его от обыденного, ху­дожественного и других видов познания. Спецификация этого уровня как реализация исторически сложившихся установок, свойственных той или иной эпохе, осуществляется на следующем уровне. Второй уровень, т.о., отражает нормы описания, объяснения и т.п., характерные для науки опре­деленного исторического периода. Очевидно, что нормативы ренессанс-ной науки отличаются от идеалов и норм, оформившихся в Новое время. Наконец, третий уровень — это конкретизация установок второго уров-няприменительно к специфике предметных областей, например к физике, химии, биологии. Поскольку специфика исследуемых объектов отражает­ся на содержании идеалов и норм, наиболее специальные идеалы и нормы адресованы различным видам изучаемых явлений².

В ходе изучения темы идеалов и норм было осознано, что ее значение выходит за рамки сугубо когнитивного контекста. Так, совокупность идеа­лов и норм науки включает в себя, помимо собственно познавательных установок, также и социально-психологические и социологические ха­рактеристики, т.е. регулирует способы социальной организации исследо­вательских групп, а также отношения науки и общества (Н.В. Мотроши-лова, А.П. Огурцов и др.). К теме идеалов и норм научного познания мы вернемся в главе 4.

Динамика и взаимосвязи методологического арсенала науки

Методологический арсенал науки — это подвижная и гетерогенная

сфера практик и регулятивов. Компоненты научной методологии облада­ют известной степенью самостоятельности. Так, в некотором смысле собственную жизнь в науке ведут те или иные методики, техники, иссле­довательские традиции; они обладают собственной внутренней логикой

развития, внутренней проблематикой. Их автономные проблемы несво­димы к эволюции теоретического знания. Иными словами, есть сфера собственного содержания техник, экспериментирования, лабораторных практик, инструментальных ресурсов и т.п. Подробнее об этом речь пой­дет в § 2.4. Кроме того, относительно самостоятельный статус должен

быть приписан и регулятивам, например тем идеалам и нормам, которые предписывают, как следует трактовать и излагать то, что получено на ла-

бораторно-техническом уровне. Область регулятивов изменяется тоже

в некоторой степени самостоятельно, в некоем собственном режиме.

Вообще, по всей видимости, можно говорить о различной степени кон­серватизма тех или иных компонентов многослойной структуры методо­логического арсенала. Например, более быстрым изменениям подвержены

изменения оперативной составляющей: шлифовка методик, изобретение

и внедрение новых инструментов, модификации экспериментирования.

Сфера же регулятивов научного продвижения более устойчива. Ее модификации следует понимать как сложный процесс, преобразований,

в котором меняются конкретные спецификации идеалов и норм, но их базовая нацеленность на достижение объективной истины остается неиз­менной. Изменения в сфере регулятивов происходят не так уж часто. Ведь смена базовых регулятивных ориентиров означает действительно револю­ционные, радикальные изменения в науке. Примером такой революции может служить переход науки от классических к неклассическим ориенти­рам, знаменующий собой переход вообще к принципиально новому типу научной рациональности (подробнее в § 8.3, 9.2).

Отметим, что изучение методологического арсенала науки во всей полноте его динамики и гетерогенности является одной из современных

задач философии и теории науки. Взаимоотношения различных компо­нентов научной методологии до сих пор недостаточно изучены. Вообще необходимо лучше понимать, какие существуют опосредования и влия­ния между исследовательскими навыками, интеллектуальными установ­ками, лабораторно-техническим оснащением науки. Ведь на самом деле в общем методологическом арсенале науки существует масса тонких взаимо­связей.

Общей тенденцией современной философии и теории науки можно

считать существенное возрастание интереса к малым уровням научной методологии, к деталям и частностям научных практик. В прежние деся­тилетия предметом преимущественного интереса философии науки были лишь предельно общий и общенаучный уровни научной методологии. Лишь с начала 1990-х гг. философы стали внимательно изучать лабора­торные практики и техники, анализировать конкретные конфигурации научных регулятивов и оперативно-технических ресурсов в конкретных исследовательских ситуациях. Сегодня философия и теория науки зани­маются всеми уровнями методологического арсенала вплоть до частно-

научных методов и специальных методик. Изучаются и сами особенности

различных уровней, и тонкие взаимосвязи между различными компонен­тами методологического арсенала.

Общее подразделение эмпирических методов

Мы переходим, начиная со следующего параграфа, к более подробно­му рассмотрению методов научного познания. Занимаясь вначале об­ластью эмпирических методов, мы разберем наблюдение, эксперимент,

моделирование. Эмпирические методы, специфичные для гуманитарных

наук, будут рассмотрены в соответствующем разделе (§ 5.3).

Необходимо заметить, что среди методологов науки нет единства в том, какие методы эмпирического уровня следует считать основными. Так, ча­сто предлагают рассматривать наряду с наблюдением и т.д. такие методы, как описание, сравнение, измерение.

Однако такой подход затрудняет задачу классификации методов науч­ного познания. Дело в том, что в этом случае происходит смешение раз­личных оснований. Наблюдение, эксперимент и моделирование — это определенные формы взаимоотношений между субъектом и объектом.

Это реальные исследовательские ситуации, которые возникают, а боль­шей частью активно создаются ученым в ходе научной деятельности. Каж­дая из таких ситуаций как бы располагает изучаемый объект в определен­ном ракурсе, под некоторым углом зрения. При этом указанные ситуации предполагают и определенный тип поведения самого исследователя. Уче­ный выступает в них, соответственно, как наблюдатель, экспериментатор, проектировщик и исследователь модели. Необходимо иметь в виду то, что

в научной практике именно создание и обустройство самой исследователь­ской ситуации предшествует процедурам описания и т.п., ведь мы не смо­жем ни измерить, ни описать объект, если не находимся в режиме некото­рого организованного интерактивного отношения к объекту.

Что же касается таких понятий, как описание, сравнение, измерение, то они характеризуют способы структурирования научной информации, применяемые в той или иной исследовательской ситуации. Описание, сравнение, измерение выступают и как конкретные действия ученого, и как результат этих действий. Информация, полученная, например, в ходе наблюдения и т.п., может быть выражена, соответственно, в виде качест­венного описания, в терминах сравнения, в единицах измерения. Поэтому представляется не совсем удачным рассматривать описание, сравнение, измерение как отдельные самостоятельные методы эмпирического иссле­дования; они скорее являются необходимыми составляющими действий

исследователя в той или иной познавательной ситуации.

Итак, для более четкой классификации методов эмпирического уровня

следовало бы проводить ее сразу по двум основаниям, рассматривая эмпи­рическое исследование как пересечение той или иной исследовательской ситуации и той или иной процедуры структурирования и репрезентации опыта. Удобнее выразить это в виде следующей простой таблицы.

Методы эмпирического уровня

	Описание	Сравнение	Измерение
Наблюдение
Эксперимент
Моделирование

В ячейках таблицы должны размещаться более конкретизированные формы эмпирических исследований: наблюдение с целью качественного описания, измерительный эксперимент и т.д. Разумеется, в реальной научной практике исследователь часто производит целый комплекс разнообразных действий. Так, в ходе одного и того же наблюдения полученные данные и из­меряются, и фиксируются в виде определенных описаний. В итоге результа­том того или иного наблюдения, эксперимента и т.п. является, как правило, некоторая совокупность различных описаний, сравнений, числовых данных,

которые подлежат дальнейшей обработке на следующих уровнях научного

познания, существенно задействующих процедуры теоретизации. 2.2. Описание, сравнение, измерение

Описание, сравнение, измерение — это исследовательские процеду­ры, входящие в состав эмпирических методов и являющиеся различны­ми вариантами получения исходной информации об изучаемом объекте в зависимости от способа ее первичного структурирования и языкового выражения.

Действительно, исходные эмпирические данные для их фиксации и даль­нейшего использования должны быть представлены в каком-то специаль­ном языке. В зависимости от логико-концептуальной структуры этого языка возможно говорить о различных видах понятий, или терминов. Так, Р. Карнап делит научные понятия на три основные группы: классифика­ционные, сравнительные, количественные. Отталкиваясь от вида исполь­зуемых терминов, мы можем выделять, соответственно, описание, сравне­ние, измерение.

1. Описание

Описание — это получение и репрезентация эмпирических данных в качественных терминах. Как правило, описание опирается на повество-вателъные, или нарративные схемы, использующие естественный язык. Отметим, что в определенном смысле изложение в терминах сравнения и в количественных показателях тоже является разновидностью описания. Но мы здесь употребляем термин «описание» в узком смысле — как пер­вичную репрезентацию эмпирического содержания в виде утвердительных

фактуальных суждений. Предложения подобного рода, фиксирующие на­личие или отсутствие какого-либо признака у данного объекта, в логике называются атрибутивными, а термины, которые выражают те или иные

свойства, приписываемые данному объекту, — предикатами.

Понятия, функционирующие как качественные, в общем случае харак­теризуют изучаемый предмет вполне естественным способом (например,

когда мы описываем жидкость как «не имеющую запаха, прозрачную, с осадком на дне сосуда» и т.п.). Но они могут использоваться и более специальным образом, соотнося предмет с определенным классом. Имен­но так используются таксономические, т.е. проводящие определенную классификацию понятия в зоологии, ботанике, микробиологии. Это озна­чает, что уже на стадии качественного описания происходит концептуаль­ное упорядочение эмпирического материала (его характеризация, груп­пировка, классификация).

В прошлом описательные (или дескриптивные) процедуры играли в науке достаточно важную роль. Многие дисциплины имели раньше су­губо описательный характер. Например, в новоевропейской науке вплоть

до XVIII в. ученые-естественники работали в стиле «естественной исто­рии», составляя объемистые описания всевозможных свойств растений,

Минералов, веществ и т.п., (причем с современной точки зрения часто не­сколько бессистемно), выстраивая длинные ряды качеств, сходств и отли­чий предметов между собой.

Сегодня описательная наука в целом потеснена в своих позициях на­правлениями, ориентированными на математические методы. Однако и сейчас описание как средство репрезентации эмпирических данных не потеряло своего значения. В биологических науках, где именно непосред­ственное наблюдение и дескриптивное представление материала явились их началом, и сегодня продолжают существенно использовать дескриптив­ные процедуры в таких дисциплинах, как ботаника и зоология. Важней­шую роль играет описание и в гуманитарных науках: истории, этнографии, социологии и др.; а также в географических и геологических науках.

Разумеется, описание в современной науке приняло несколько другой

характер по сравнению с его прежними формами. В современных де­скриптивных процедурах большое значение имеют стандарты точности и однозначности описаний. Ведь подлинно научное описание опытных данных должно иметь одно и то же значение для любых ученых, т.е. долж­но быть универсальным, постоянным по своему содержанию, имеющим интерсубъективную значимость. Это означает, что необходимо стремить­ся к таким понятиям, смысл которых уточнен и закреплен тем или иным признанным способом. Конечно, описательные процедуры изначально допускают некоторую вероятность неоднозначности и неточности изло­жения. Например, в зависимости от индивидуального стиля того или ино­го ученого-геолога описания одних и тех же геологических объектов ока­зываются порой значительно отличающимися друг от друга. То же происходит и в медицине при первичном обследовании пациента. Однако в целом эти расхождения в реальной научной практике корректируются, приобретая большую степень достоверности. Для этого используются специальные процедуры: сравнение данных из независимых источников информации, стандартизация описаний, уточнение критериев для исполь­зования той или иной оценки, контроль со стороны более объективных,

инструментальных методов исследования, согласование терминологии и др.

Описание, как и все прочие процедуры, применяемые в научной дея­тельности, постоянно совершенствуется. Это позволяет ученым и сегодня отводить ему важное место в методологии науки и полноценно использо­вать его в современном научном познании.

2. Сравнение

При сравнении эмпирические данные репрезентируются, соответ­ственно, в терминах сравнения. Это означает, что признак, обозначаемый сравнительным термином, может иметь различные степени выраженно­сти, т.е. приписываться какому-то объекту в большей или меньшей степе­ни по сравнению с другим объектом из той же изучаемой совокупности. Например, один предмет может быть теплее, темнее другого; один цвет может казаться испытуемому в психологическом тесте более приятным, чем другой и т.п. Операция сравнения с логической точки зрения репре­зентируется суждениями отношения (или релятивными суждениями). За­мечательно то, что операция сравнения выполнима и тогда, когда у нас нет четкого определения какого-либо термина, нет точных эталонов для сравнительных процедур. Скажем, мы можем не знать, как выглядит «совер­шенный» красный цвет, и не уметь его охарактеризовать, но при этом вполне можем сравнивать цвета по степени «удаленности» от предполагаемого эта­лона, говоря, что один из семейства похожих на красный цвет явно светлее красного, другой — темнее, третий — еще темнее, чем второй и т.п.

При попытке прийти к единому мнению в вопросах, вызывающих труд­ности, лучше использовать суждения отношения, чем простые атрибутивные предложения. Скажем, при оценке некоторой теории вопрос о ее однознач­ной характеризации как истинной может вызывать серьезные затруднения, в то время как гораздо легче прийти к единству в сравнительных частных вопросах о том, что эта теория лучше согласуется с данными, чем теория-конкурент, или же что она проще другой, интуитивно правдоподобнее и т.п.

Эти удачные качества релятивных суждений и способствовали тому,

что сравнительные процедуры и сравнительные понятия заняли важное место в научной методологии. Значение терминов сравнения заключается еще и в том, что с их помощью удается добиться весьма заметного повы­шения точности в понятиях там, где методы прямого введения единиц измерения, т.е. перевода на язык математики, не срабатывают в силу спе­цифики данной научной области. Это касается прежде всего гуманитар­ных наук. В таких областях благодаря использованию терминов сравнения удается построить определенные шкалы с упорядоченной структурой, по­добной числовому ряду. И именно потому, что сформулировать суждение отношения оказывается легче, чем дать качественное описание в абсо­лютной степени, термины сравнения позволяют упорядочить предмет­ную область без введения четкой единицы измерения. Типичным приме­ром такого подхода является шкала Мооса в минералогии. Она используется

для определения сравнительной твердости минералов. Согласно этой ме­тодике, предложенной в 1811 г. Ф. Моосом, один минерал считается твер­же другого, если оставляет на нем царапину; на этой базе вводится услов­ная 10-балльная шкала твердости, в которой твердость талька принимается за 1, твердость алмаза — за 10.

Шкалирование активно применяется и в гуманитарных науках. Так, важную роль оно играет в социологии. Примером распространенных мето­дик шкалирования в социологии могут служить шкалы Терстоуна, Ликер-та, Гуттмана, каждая из которых имеет как свои достоинства, так и не­достатки. Шкалы могут сами быть классифицированы по их информативным возможностям. Например, С. Стивенс в 1946 г. предложил подобную клас­сификацию для психологии, различая шкалу номинальную (представляю­щую собой неупорядоченное множество классов), ранговую (в которой разновидности признака расположены в восходящем или нисходящем порядке, по степени обладания признаком), пропорциональную (позволяю­щую не только выразить отношение «больше — меньше», как ранговая, но и создающую возможности более детального измерения сходств и раз­личий между признаками).

Введение шкалы для оценки тех или иных феноменов, пусть даже и не­достаточно совершенной, уже создает возможность упорядочить соответ­ствующую область явлений; введение же более или менее разработанной

шкалы оказывается весьма эффективным приемом: ранговая шкала, не­смотря на свою простоту, позволяет вычислять т.н. ранговые коэффициен­ты корреляции, характеризующие выраженность связи между различными явлениями. Кроме того, существует и такой усложненный метод, как ис­пользование многомерных шкал, структурирующих информацию сразу по нескольким основаниям и позволяющих более точно охарактеризовать ка­кое-либо интегральное качество.

Для выполнения операции сравнения требуются определенные усло­вия и логические правила. Прежде всего должна существовать известная

качественная однородность сравниваемых объектов; эти объекты долж­ны принадлежать к одному и тому же естественно сформированному

классу (естественному виду), как, например, в биологии мы сравниваем

строение организмов, относящихся к одной таксономической единице.

Далее, сравниваемый материал должен подчиняться определенной логи­ческой структуре, которая в достаточной мере может быть описана т.н. отношениями порядка. В логике эти отношения хорошо изучены: предложена аксиоматизация этих отношений с помощью аксиом порядка, описаны разнообразные порядки, например частичная упорядоченность, линейная упорядоченность.

В логике известны и специальные сравнительные приемы, или схе­мы. К их числу относятся прежде всего традиционные методы изучения взаимосвязи признаков, которые в стандартном курсе логики называют­ся методами выявления причинной связи и зависимости явлений, или ме­тодами Бэкона—Милля. Эти методы описывают ряд простых схем иссле­довательского мышления, которые ученые применяют при выполнении процедур сравнения почти автоматически. Значительную роль при срав­нительном исследовании играют и умозаключения по аналогии.

В том случае, когда операция сравнения выходит на первое место, ста­новясь как бы смысловым ядром всего научного поиска, т.е. выступает ведущей процедурой в организации эмпирического материала, говорят о сравнительном методе в той или иной области исследований. Ярким

примером этого служат биологические науки. Сравнительный метод сыграл

важнейшую роль в становлении таких дисциплин, как сравнительная

анатомия, сравнительная физиология, эмбриология, эволюционная биоло­гия и др. С помощью процедур сравнения осуществляют качественное и количественное изучение формы и функции, генезиса и эволюции организ­мов. С помощью сравнительного метода упорядочивается знание о много­образных биологических феноменах, создается возможность выдвижения гипотез и создания обобщающих концепций. Так, на основе общности мор­фологического строения тех или иных организмов естественным образом выдвигают гипотезу об общности и их происхождения или жизнедеятельно­сти и т.п. Другим примером систематического развертывания сравнительно­го метода может служить проблема дифференциальной диагностики в меди­цинских науках, когда именно сравнительный метод становится ведущей

стратегией анализа информации о сходных симптомокомплексах. Чтобы

детально разобраться в многокомпонентных, динамичных массивах ин­формации, включающих различного рода неопределенности, искажения,

многофакторные феномены, применяют сложные алгоритмы сравнения

и обработки данных, включая и компьютерные технологии.

Итак, сравнение как исследовательская процедура и форма репрезен­тации эмпирического материала является важным концептуальным сред­ством, позволяющим добиваться значительного упорядочения предмет­ной области и уточнения понятий, служит эвристическим инструментом для выдвижения гипотез и дальнейшего теоретизирования; оно может приобретать ведущее значение в тех или иных исследовательских, ситуа­циях, выступая в роли сравнительного метода.

3. Измерение

Измерение — исследовательская процедура, являющая более совер­шенной по сравнению с качественным описанием и сравнением, но толь­ко в тех областях, где действительно возможно эффективно использовать

математические подходы.

Измерение — это осуществляемый по определенным правилам способ

Приписывания количественных характеристик изучаемым объектам, их свойствам или отношениям. Сам акт измерения, несмотря на свою кажу­щуюся простоту, предполагает особую логико-концептуальную структу­ру. В ней различимы:

113. объект измерения, рассматриваемый как величина, подлежащая изме­рению;

114. метод измерения, включающий метрическую шкалу с фиксированной

единицей измерения, правила измерения, измерительные приборы;

115. субъект, или наблюдатель, который осуществляет измерение;

116. результат измерения, который подлежит дальнейшей интерпретации. Результат процедуры измерения выражается, как и результат сравне­ния, в суждениях отношения, но в данном случае это отношение является численным, т.е. количественным.

Измерение осуществляется в определенном теоретико-методологи­ческом контексте, включающем и необходимые теоретические предпо­сылки, и методологические установки, и инструментальное оснащение, и практические навыки. В научной практике измерение далеко не всегда представляет собой относительно простую процедуру; значительно чаще для его проведения требуются сложные, специально подготовленные усло­вия. В современной физике сам процесс измерения обслуживается доста­точно серьезными теоретическими конструкциями; они содержат, напри­мер, совокупность допущений и теорий об устройстве и действии самой измерительно-экспериментальной установки, о взаимодействии измери­тельного прибора и изучаемого объекта, о физическом смысле тех или

иных величин, полученных в результате измерения. Концептуальный ап­парат, поддерживающий процесс измерения, включает также специаль­ные системы аксиом, касающиеся измерительных процедур (аксиомы А.Н. Колмогорова, теория Н. Бурбаки).

Для иллюстрации круга проблем, относящихся к теоретическому обеспечению измерения, можно указать на различие измерительных проце­дур для величин экстенсивных и интенсивных. Экстенсивные (или адди­тивные) величины измеряются с помощью более простых операций. Свой­ством аддитивных величин является то, что при некотором естественном соединении двух тел значение измеряемой величины полученного объеди­ненного тела будет равняться арифметической сумме величин составляю­щих тел. К таким величинам относятся, например, длина, масса, время, элект­рический заряд. Совершенно другой подход требуется для измерения

величин интенсивных, или неаддитивных. К таким величинам относятся, на­пример, температура, давление газа. Они характеризуют не свойства еди­ничных объектов, а массовые, статистически фиксируемые параметры кол­лективных объектов. Для измерения подобных величин требуются особые

правила, с помощью которых можно упорядочить область значений интен­сивной величины, построить шкалу, выделить на ней фиксированные зна­чения, задать единицу измерения. Так, созданию термометра предшествует совокупность специальных действий по созданию шкалы, пригодной для измерения количественного значения температуры.

Измерения принято делить на прямые и косвенные. При проведении прямого измерения результат достигается непосредственно, из самого процесса измерения. При косвенном же измерении получают значение каких-то других величин, а искомый результат достигается с помощью

вычисления на основании определенной математической зависимости

между данными величинами. Многие явления, недоступные прямому из­мерению, такие как объекты микромира, удаленные космические тела, могут быть измерены только косвенным способом.

Объективность измерения. Важнейшей характеристикой измерения является объективность достигаемого им результата. Поэтому нужно четко отличать собственно измерение от других процедур, поставляющих эмпирическим объектам какие-либо численные значения: арифметиза-ции, представляющей собой произвольное количественное упорядочива­ние объектов (скажем, приписыванием им баллов, каких-либо номеров),

шкалирования, или ранжирования, основанного на процедуре сравнения и упорядочивающего предметную область достаточно грубыми средства­ми, часто в терминах т.н. нечетких множеств. Типичным примером такого -ранжирования является система школьных оценок успеваемости, кото­рая, конечно, не является измерением.

Цель измерения — определить численное отношение изучаемой вели­чины к другой, однородной с ней величине (принятой за единицу измере­ния). Эта цель предполагает обязательное наличие шкалы (как правило, равномерной) и единицы измерения. Результат измерения должен фикси­роваться вполне однозначно, быть инвариантным относительно средств

измерения (скажем, температура должна быть одинаковой независимо от

субъекта, осуществляющего измерение, и от того, каким термометром она измеряется). Если исходная единица измерения выбирается относи­тельно произвольно, в силу некоего соглашения (т.е. конвенционально),

то результат измерения должен иметь действительно объективный

смысл, выражаться определенным значением в выбранных единицах из­мерения. Измерение, т.о., содержит как конвенциональные, так и объек­тивные составляющие.

Однако на практике добиться равномерности шкалы и стабильности

единицы измерениячасто оказывается не таким уж легким делом: так, обычная процедура измерения длины требует наличия жестких и строго прямолинейных измерительных шкал, а также стандартного эталона, не подверженного изменениям; в тех научных областях, где первостепенное значение приобретает максимальная точность измерения, создание та­ких измерительных инструментов может представить значительные труд­ности технического и теоретического плана.

Точность измерения. Понятие точности следует отличать от понятия объективности измерения. Конечно, часто эти понятия выступают сино­нимами. Однако между ними есть и определенное отличие. Объектив­ность — это характеристика смысла измерения как познавательной про­