Е.В. Ушаков

ВВЕДЕНИЕ В ФИЛОСОФИЮ И МЕТОДОЛОГИЮ Ч НАУКИ /

_ик

ЭКЗАМЕН

удк 16(075.8) Содержание

ББК 87в У93

Серия «Учебник для вузов»

д.ф.н., профессор) В.В. Василькова, Предисловие д.ф.н., профессор В.П. Петленко

Вводный раздел. Наука в философском ракурсе 9

_{Ушаков ЕВ} 0.1. Философия и наука 9

У93 ВвєдЄниє в философию и методологию науки: Учебник / Е.В. Ушаков. — 0.2. Философские дисциплины, изучающие науку. 19

М.: Издательство «Экзамен», 2005. — 528 с. (Серия «Учебник для вузов») _{03 Э}._{1емешь1 теории познания 27}

ISBN ⁶

⁵-4⁷²-⁰'1114-⁰ 0.4. Наука как система знания 32

Данная работа представляет собой базовый вводный курс, содержащий такие темы со- 0 5 Н_{аука как} ТЮЭТОТЫТОСТЬ 37

временной философии и методологии науки, как логико-методологический анализ науки, спе- ^{. . у} цифика гуманитарного познания, научное творчество, наука и глобально-цивилизованные 0.6. Проблема истины 46

процессы, этика науки, наука как социальный институт и взаимоотношения науки с другими _rs

сферами общественной жизни, генезис и история науки, наука и культура. Отражаются глав- ^д

^{0.7. Проблема научного метода} ные результаты, тенденции и темы дискуссий в философии и методологии науки вплоть до но­вейшего периода. Рассматривается сложный образ современной науки, обсуждаются основные

⁵⁶

^{мировоззренческие} гвдп^™ ^{научного познания, анализируются философские проблемы,} Раздел I. Логико-методологические аспекты наук

возникающие перед учеными в ходе их научных исследований.

Курс рассчитан на самую широкую аудиторию учащихся как естественно-научных,

^{так и гуманитарных специальностей. Может использоваться для подготовки студентов по} Глава 1. Основные структуры научного знания 61

программе общественных дисциплин, для аспирантов, сдающих кандидатские экзамены по

философии, а также будет полезен философам, ученым и всем, кто интересуется проблема- ^{1.1 Научное} П°^{нятие. 61}

^{ми науки и ее ролью в современной жизни.} 1.2. Научный закон 65

УДК 16(075.8) 1.3. Научное объяснение 71

^{ББК 87в} 1.4. Эмпирический и теоретический уровни научного познания 82

Глава 2. Методы 95

1. Методологический арсенал науки 95

2. Описание, сравнение, измерение. 102

3. Наблюдение цз

4. Эксперимент 124

5. Моделирование 142

_: 2.6. Обобщение и обработка эмпирических данных 157

їі'^-^иі- ^а\,с)у.їжу^л\юі<% ОіОіиії- ь.:.М:;\<-. 2.7. Методология теоретического уровня: логические действия 162

Гарнитура ^Тзнмс^ь Б ум э ГА типографская. УЧт^и-ід..- д- 32,95- _ _ ,

. '_T,,._s.., ^fvii-.. -і 2.8. Методология теоретического уровня: подходы и методы 167

Ov/ii.':^:;;:!t ;■:!:;■-! с о.: I .гм'.о • ■;■ -i-:-.: :\-.мл Глава 3. Формы научного познания как единицы

iL:ünbi\:;!!:;roij:iii;j,.ijJ :i UAO ' \улъ:;к?.я m:ioi p::Out . ЛОГИКО-МеТОДОЛОГИЧеСКОГО анализа 187

'^liJU!•■^;r'■-'^k-^:i;:i;-— 3.1. Проблема 187

3.2. Факт ]98

ISBN 5-472-01114-0 © Ушаков Е.В., 2005 3.3. Гипотеза 208

© Издательство «ЭКЗАМЕН», 2005

www.infanata.org ;

6. Теория 224

7. Научно-исследовательская программа 238

Глава 4. Проблемы динамики научного познания 247

8. Становление и развитие научной теории 247

9. Проверка и принятие научной теории 254

10. Социологическое и историческое измерения научного

познания 262

11. Рост научного знания: разрывы и преемственность 274

12. Проблема рациональности научного познания 288

13. Крупные и малые изменения в науке 309

14. Вопросы научного творчества 316

Глава 5. Проблемы гуманитарных наук 330

15. Специфика гуманитарных наук 330

16. Общий методологический проект: понимание и объяснение 337

17. Специальные методы 350

18. Сложности, тенденции, перспективы 360

Глава 9. Взаимосвязь науки и культуры 475

19. Научная картина мира 476

20. Формы социокультурной обусловленности научного

познания 485

21. Наука и искусство 496

22. Наука и религия 502

23. Наука в общем культурном проекте 507

Список литературы 511

Раздел II. Социально-культурные аспекты науки

Глава 6. Наука, общество, цивилизация 371

24. Особенности современной науки 372

25. Модернизация общественной жизни: достижения и проблемы.... 378

26. Ответственность ученого. Этика науки 385

27. Наука и глобальные проблемы 399

Глава 7. Наука как социальный институт 407

28. Социология науки как дисциплина 407

29. Организационные формы науки 412

30. Научное сообщество как социальная группа 422

31. Функционирование науки и факторы общественной жизни 431

32. Статус науки в обществе: проблемы легитимации и свободы .... 441

Глава 8. История науки 448

33. Античная эпоха 448

34. Средневековье 456

35. Научная революция и начало нового времени 459

36. От классики к современности 469

Предисловие

Предлагаемый курс философии науки адресован преподавателям фи­лософии, студентам и аспирантам, а также научным работникам, интере­сующимся теоретическими вопросами науки, и всем тем, кто профессио­нально или в порядке увлечения занимается этим кругом тем.

Курс состоит из вводного раздела и основного содержания. Вводный раздел курса посвящен обзору общих вопросов, касающихся взаимоотно­шения философии и науки, характеристики науки в целом и проблемати­ки познания и истины. Основное содержание курса включает два раздела. В первом разделе обсуждаются вопросы, относящиеся к когнитивному

контексту науки: проблемы научной методологии и логики, проблемы

структуры и динамики научного знания. С учетом важности темы гумани­тарного познания и традиционной направленности философии науки на преимущественно естественно-научную проблематику в раздел включена также специальная глава, посвященная проблемам гуманитарных (или, точ­нее, социально-гуманитарньгх) наук. Второй раздел посвящен социально-культурным аспектам науки. В частности, обсуждаются такие темы, как наука и цивилизация, элементы социологии науки, этики науки, истории науки, а также взаимосвязь науки и культуры.

Таким образом, общая стратегия введения в философию науки состоя­ла в движении от базовых философских вопросов к более детальному рас­смотрению когнитивного контекста науки (логико-методологические вопросам, анализу научного знания) и далее к социально-культурным те­мам. Некоторое преобладание первого раздела над вторым не означает более легкомысленного отношения к социально-культурным темам фило­софии науки; просто логико-методологическая тематика традиционно

вызывает несколько больше трудностей, особенно у читателя, имеющего

гуманитарное образование. Конечно, это не означает, что сам автор ока­зался в этих вопросах безупречен. Обсуждение когнитивного контекста науки в настоящем курсе можно понимать просто как искреннюю попыт­ку автора разобраться (и помочь разобраться читателям) в массиве логико-методологических изысканий и проблем.

Деление материала на указанные разделы и порядок изложения пред­ложены из дидактических соображений. Безусловно, структура курса не может считаться оптимальной, и автор сознает ее возможные недостатки.

Так, глава 8, в которой дается обзор истории науки и философии, появля­ется в курсе достаточно поздно, в то время как в преподавании, возможно,

историко-философская часть могла бы быть вводной. Далее, параграф,

рассматривающий понятие картины мира (§ 9.1), оказался отделен от об-6 суждения становления и функционирования научных теорий. Но, думает­ся, эти и подобные им недостатки все же поправимы: для налаживания искусственно затрудненных связей в курсе используются перекрестные ссылки; кроме того, перекличка одних и тех же вопросов в разных местах, как хотелось бы надеяться, может помочь повторению и лучшему закреп­лению материала. Наконец, известная гибкость живого преподавания вполне может с успехом компенсировать неуклюжесть печатного текста.

Оправданием автору может быть и действительная сложность взаимосвя­зей научного познания, где переплетаются замысловатым образом и ког­нитивные, и социально-культурные составляющие.

По этой же причине в структуре курса фигурирует ряд сквозных тем. Читатель периодически будет встречаться с одними и теми же сюжета­ми: например, с тезисом об отсутствии прямого пути от фактов к теории,

с проблемами индукции, с темой сложности обоснования и проверки на­учного знания, с различными аспектами проблемы соотношения эмпири­ческого и теоретического в научном познании.

Предлагаемый курс ориентирован на широкий круг читателей, поэто­му мы не ставили целью добиться отточенной логической терминологии.

Например, термины суждение, высказывание, утверждение, предложе­ние свободно используются как синонимы; хотелось бы, чтобы это не вы­зывало чувства тревоги у профессионалов.

Работая над курсом, автор подсознательно ориентировался преиму­щественно не на философов, а на представителей конкретных наук. Но это

не значит, что мы избежали изложения серьезных философских вопросов. Скорее, наоборот, мы стремились донести до читателя значимость этих

философских проблем для реальной научной практики: например, таких

как тезис Дюргейма—Куайна, проблема несоизмеримости, а в гуманитар­ных науках — проблема интерпретации.

Содержание курса приближено к тематизации отечественной фило­софии науки, т.е. к традиционным рубрикам, под которыми философия науки обычно освещается в преподавании, в лекционных курсах, в моно­графиях по философско-методологическим проблемам науки, а также

трактуется в экзаменационных вопросах. Курс, изложенный в более «за­падном» стиле, конечно, имел бы совсем иной вид. Так, предпочтения в англоязычной литературе в большей степени концентрируются вокруг дискуссий реализма и антиреализма в науке, вокруг обсуждения семанти­ки научного языка — референта теории, натуральных видов, интерпрета­ции научных теорий; интерес западных аналитиков вызывают также проб­лемы редукционизма, подтверждения и опровержения теорий, критериев рациональности научного познавательного предприятия.

Некоторые разделы курса, вероятно, будут трудны для читателей. Это связано со сложностью самих тем, затрагивающих широкий круг проблем

и споров, а также, видимо, с недостаточно удачным их изложением. Речь идет прежде всего о таких темах, как проблема истины (§ 0.6), проблема несоизмеримости научных теорий (§ 4.4), проблема рациональности научного познания (§ 4.5), проблема понимания и объяснения в гумани­тарных науках (§ 5.2). Наша задача — введение в основную проблема­тику этих тем, характеристика их трудностей и краткие описания пред­ложенных решений или стратегий решения. При этом, конечно, не ставилась цель провести исчерпывающий анализ этих проблем или пре­тендовать на их разрешение, тем более что эти проблемы являются весь­ма сложными, дискуссионными, временами даже горячими.

Читателю, желающему более детально разобраться в этих проблемах, можно посоветовать поработать с более специальной литературой. Крат­кий библиографический указатель в конце книги должен помочь читате­лю в дальнейших занятиях философией науки. Указатель не может пре­тендовать на сколько-нибудь полное освещение литературы. Мы хотели лишь сориентировать читателя в его первоначальных библиографических поисках. Мы также попытались упорядочить литературу по тематиче­ским рубрикам, соответствующим структуре курса. Однако такое разде­ление обладает изрядной долей условности, т.к. многие из указанных книг могли быть отнесены одновременно к различным рубрикам.

В ходе изложения мы старались не только представить круг основных

вопросов и идей современной философии науки, но и ознакомить читате­ля с наиболее известными авторами, работавшими или работающими

в данной области. При этом мы решили не вводить специальные парагра­фы, посвященные обзору идей того или иного автора. Конечно, мы преж­де всего не могли обойти стороной таких героев философии науки, каки­ми являются, например, неопозитивисты, а также «большая четверка»: Т. Кун, И. Лакатос, К. Поппер и П. Фейерабенд. В ряде мест мы более подробно характеризовали их взгляды в связи с тем или иным предметом. Масса интересных авторов, особенно последнего времени, остались, к со­жалению, почти не затронутыми нашим обсуждением или вообще не по­пали в курс. Хотелось бы, чтобы читатель отнесся к этому снисходитель­но, учитывая тесные рамки вводного курса плюс наше желание суметь изложить достаточно обширный круг вопросов. С грустью обозревая не попавший в книгу материал, автор утешал себя тем, что введение в фило­софию науки не должно разрастаться до настораживающих объемов.

В книге принята достаточно простая система нумерации параграфов (вида а.Ъ). Первая цифра указывает на номер главы, вторая — на номер включенного в нее параграфа; нумерация глав сквозная. Вводный раздел

автор счел возможным обозначить цифрой 0.

В разработке курса в той или иной мере воплотился личный опыт рабо­ты автора со студентами и аспирантами нефилософских специальностей.

Вводный раздел Наука в философском ракурсе

0.1. Философия и наука

Сущность философии. Взаимоотношения философии и науки

Философия — сложное, изменяющееся культурно-историческое явле­ние. Вопрос, касающийся определения предмета философии и ее взаимо­связей с наукой, достаточно труден, ведь представления о смысле и пред­назначении философии в разные эпохи выглядят по-разному. Для того чтобы понять современное состояние философского знания и его соотно­шение со сферой научной деятельности, необходимо вкратце вспомнить об античных истоках становления философии и науки.

Философия и наука были когда-то единым целым. В Древней Греции понятие «философия» имело смысл, близкий к понятию «наука». Как только зародилось античное рационалистическое мировоззрение, оно,

постепенно освобождаясь от мифологических установок, было направле­но вообще на весь мир, как бы охватывая сразу все предметы познания. В ранний период античной философии еще не было разделения знания на различные дисциплины. Необходимо понимать, что философия, хотя это и непривычно для современного человека, тогда была единой наукой как таковой, или наукой вообще. Но постепенно вычленяются различные дис­циплины и направления. Скажем, у Аристотеля выделяются первая фило­софия, или метафизика (изучающая наиболее общие, абстрактные свой­ства сущего), и вторая философия, или физика (изучающая собственно окружающий мир в его процессах естественного движения и измене­ния). С течением времени из недр первичного философского взгляда на мир выходят и приобретают самостоятельность различные специальные науки: астрономия, математика, биология и др.

Однако не всегда отношения философии и отпочковавшейся от нее на­уки складывались безоблачно. В период Нового времени (с XVII в.) в связи с ускоренным развитием точного естествознания прежнее метафизическое знание стало вытесняться научным; в новой ситуации положение филосо­фии стало менее определенным. В итоге наука как самостоятельный рацио­нальный проект существенно оттеснила традиционную философию и вы­шла на лидирующие позиции в культурной жизни вообще. Поэтому сегодня не так-то просто ответить на вопросы, зачем вообще нужна философия и тем более что полезного она может предложить современной науке. Сейчас

наука и академическая философия разделены строгими профессиональ­

ными барьерами. Более того, у многих современных людей вообще сформи­ровалось предвзятое, пренебрежительное отношение к философии. Напри­мер, ее считают лишь собранием бесполезных или банальных рассужде­ний. Часто говорят также о кризисе философии, в т.ч. и сами философы.

Чем же является философия в современной социально-культурной си­туации? Можно сказать, что сегодня философия представляет собой сохра­нившийся через века, доживший до наших дней и использующий современ­ные интеллектуальные средства импульс того самого первоначального

античного «свободного поиска», не дифференцированного на узкие специа­лизированные области и не стесненного жесткими методологическими

рамками (подобно тем, которые существуют в науке). Конечно, философия сегодня тоже является университетской дисциплиной со своими внутрен­ними правилами, делениями на направления и темы. Например, у профес­сиональных философов периодически возникает желание дать философии строгое определение, навязать жесткие рамки мышления, отделить «настоя­щих» философов от «ненастоящих», как бы стандартизировав философию на манер точных наук. Но все эти попытки рано или поздно отбрасываются. Мы не должны терять из виду изначального философского проекта раскре­пощенного и целостного познания мира. Философия — это всегда попытка начать все сначала, вновь и вновь поставить важнейшие вопросы: кто такой человек, как устроен мир, как человеку следует в нем жить и т.п.

Философия — это живой и свободный интеллектуальный поиск.

Философия — это первичное «горение» мысли, первичное усилие самой рациональности, из которых рождаются новые идеи, новые культурные смыслы, а также и новые области научной деятельности. Сфера философских

исследований весьма разнородна. В ней разрабатываются учение о бытии,

учение о познании, логика, этика, эстетика и многие другие учения. Филосо­фия —это также сфера мысленных экспериментов, обнаружения и постанов­ки новых проблем, обкатки новых интеллектуальных средств. На самом деле любой человек, покидающий привычную дорогу испытанных способов мыс­ли и действий и открывающий новые точки зрения, уже является в той или

иной степени настоящим философом, пусть и непрофессиональным. Разуме­ется, не все «производимое» в философии оказывается в дальнейшем плодо­творным, не все принимается последующим развитием мысли. Но ведь то же самое касается и научных исследований: далеко не все научные поиски ока­зываются перспективными и далеко не все научные проекты завершаются

открытиями. Все это — неизбежные издержки процесса свободного поиска.

В каких-то исторических ситуациях философия может испытывать трудно­сти со своим самоопределением в культуре, но в целом философствование как выражение стремления человека понять мир и свое предназначение в ми­ре непрерывно и вечно. Поэтому неверно было бы представлять философию профессионально замкнутой скучной дисциплиной, наполненной общеиз­вестными суждениями или совершенно оторванной от реальной жизни.

Функции и роль философии в научном познании

Несмотря на то что сейчас наука и академическая философия отделены

друг от друга и кажется, что наука прекрасно обходится без философских учений, на самом деле вся научная деятельность насыщена философскими принципами и предположениями. Научный поиск вообще невозможен без

поддержки со стороны «живой», работающей философии, которую исполь­зует любой ученый в своей деятельности, осознает он это или не осознает. Великий немецкий философ и ученый Г.В. Лейбниц указывал, что филосо­фией пропитана буквально вся человеческая деятельность, что огромная масса понятий пришла из философии и что «именно из них состоят почти все наши рассуждения, и не только теологи и философы, но и политики и врачи после каждого третьего слова вынуждены употреблять нечто мета­физическое и выходящее за пределы физических ощущений»¹.

Каковы же функции философии в научном познании?

Прежде всего отметим, что философствование отнюдь не является про­цессом произвольного и бездоказательного умствования. Наоборот, всякое философствование апеллирует именно к рациональным основаниям, аргу­ментирует и обосновывает свои утверждения. Философские концепции, предлагаемые мыслителями, представляют собой абстрактные теорети­ческие конструкции с внутренней взаимосвязью элементов и с собственной базой аргументации. Построение философской теории — это систематиче­ское и последовательное развертывание какого-то первоначального допуще­ния, исходной интуиции, взгляда на мир. С другой стороны, философские

конструкции никогда не принимаются философским сообществом на веру, без строгой оценки. Они подлежат рациональному обсуждению и должны выдержать концептуальную критику. Конечно, философские учения не опровергаются напрямую научными фактами (хотя опосредованно они все же должны быть совместимы с научными данными), но в философии в каж­дую историческую эпоху действует свой собственный комплекс норм обо­снованности и теоретической адекватности. Философские концепции, как и научные теории, можно критиковать, оценивать, сравнивать, отвергать, предпочитать одну другой, принимать какую-либо как наиболее разумную.

В мировой философской и методологической литературе философ­ские компоненты научной деятельности принято называть метафизиче­скими. В этом термине оживает первоначальное аристотелевское понима­ние метафизики как учения о наиболее общих, абстрактных свойствах

существующего вообще, о предельных началах бытия и познания.

' Лейбниц Г.В. Сочинения: В 4 т. Т. 3. М., 1982, С. 455.

И

В первой половине XX в, в философии науки преобладала тенденция враждебного отношения к традиционной метафизике, т.е. антиметафи­зические настроения. Эта тенденция сформировалась под влиянием т.н. позитивизма — философского учения, парадоксально направленного про­тив самой же философии. Позитивизм провозглашал науку самодостаточ­ным видом человеческой деятельности, а метафизику — собранием бес­смысленных утверждений и антинаучных заблуждений (о позитивистской

программе мы будем говорить подробнее в § 0.2). Однако позже исследова­телями были обнаружены весьма полезная роль метафизики в науке и, бо­лее того, предельная насыщенность самой науки различного рода метафи­зическими компонентами. Начиная с этого периода (который в философии науки связан со становлением т.н. постпозитивизма) отношение к метафи­зике стало более уважительным и терпимым. Пришло понимание того, что

общий метафизический фон является необходимой и неустранимой пред­посылкой научного познания вообще.

Какую роль играет философия в научном познании? Обычно говорит­ся, что философия дает ученому базовые теоретические и методологиче­ские принципы. Но это слишком общая характеристика. Она не раскрыва­ет все богатство функций философии в реальной научной практике. На самом деле философские, или метафизические, составляющие научной

деятельности очень разнообразны и плодотворны. Так, к основным функ­циям философии в научном познании относятся:

37. критическая;

38. предпосылочная;

39. обобщающе-экстраполирующая;

40. эвристическая;

41. ценностно-этическая;

42. интерпретирующе-коммуникативная;

43. проясняющая;

44. направляющая.

Опишем их подробнее.

1. Критическая. Это, пожалуй, наиболее яркая, наиболее заметная

функция философии. В тех ситуациях, когда ученый производит пере­смотр сложившихся представлений, переосмысливает сами устоявшиеся научные понятия и общепризнанные способы мышления, когда он пыта­ется выйти за рамки традиционного и взглянуть на все это как бы со сто­роны, он занимается именно философской деятельностью. Подвергнуть сомнению самое, казалось бы, привычное и отправиться в свободный ин­теллектуальный поиск — это и есть философия в действии.

Пытаясь найти нужные ориентиры, ученый может отбросить современ­ные ему научно-философские положения и вернуться к каким-то более ран-

12

ним метафизическим системам. Он может черпать из них потенциал для критики имеющихся представлений. Например, именно это произошло в начале Нового времени (Х\Т>Х\Т1 вв.), когда были подвергнуты сомне­нию устои аристотелевско-схоластической метафизики; в тот период уче­ные в поисках более адекватного способа мышления и соответствующих критических аргументов обратились к античному учению об атомах —

к представлениям Демокрита, Эпикура, Лукреция.

Разумеется, значение критической функции философии резко возраста­ет в периоды научных революций. Если во время относительно спокойного развития науки, когда преобладают процессы устойчивого накопления зна­ний, наука кажется совершенно автономной по отношению к философии,

то в период смены научных представлений роль философии в области осно­ваний науки становится весьма важной, иногда даже решающей.

2. Предпосылочная. Научная деятельность пронизана понятиями, перво­начально выдвинутыми в философском познавательном проекте. Это, например, такие фундаментальные, логико-методологические понятия, как причинность, взаимосвязь, отношение, сущность, элемент и многие дру­гие. Философия обеспечивает научное познание базовыми интеллектуаль­ными инструментами. Это понятийная, или категориальная, поддержка

науки. Кроме того, философия обеспечивает науку и определенными со­держательными представлениями, исходными тезисами.

Вообще для обозначения совокупности начальных допущений и предпо­сылок используют специальный термин «предпосылочное знание». К пред-

посылочному знанию относятся общие представления об объективной ре­альности и методологические принципы. Без предпосылочного знания невозможно выполнить даже относительно простые научные процедуры. Так, используя процедуру измерения скорости движущегося тела, мы в клас­сической механике основываемся на том базисном допущении, что свойства часов и линеек являются абсолютными, не зависят от их скорости (а в реляти­вистской механике, как известно, это допущение не проходит).

Философское предпосылочное знание существенно влияет на возмож­ность достижения конкретных научных результатов. Философские уста­новки могут помочь ученому и, наоборот, могут помешать ему совершить открытие. Это касается даже математики, при всей ее кажущейся само­достаточности. Например, Р. Декарт, основываясь на разработанных им

философских идеях о познаваемых и непознаваемых объектах, ограничил

предмет геометрии лишь алгебраическими кривыми, что фактически по­мешало ему выйти к новой области математических исследований; мета­физические позиции Р. Декарта оказались для развития математики препят­ствием, которое позже отбросили Г. Лейбниц и И. Ньютон. В то же самое

время у Г. Лейбница разработка дифференциального исчисления была

13