Территориальные споры

Территориальные споры не могут решаться силовым изменением границ. Территориальные споры, как правило, являются наиболее затяжными и проблемными. Они чреваты нарушениями мира и применением силы. При серьезном территориальном споре невозможно нормальное сотрудничество государств и народов.

Примером попыток силового решения территориального спора могут служить сомалийско-эфиопские конфликты 6070-х годов ХХ века. В июле 1977 года регулярные войска Сомали вторглись на Юго-Восток Эфиопии  территорию, населенную преимущественно сомалийскими племенами. В 1978 году вооруженные силы Эфиопии освободили эту территорию, но государство Сомали от территориальных претензий к Эфиопии не отказалось. Эфиопия эти притязания отвергла и потребовала выплаты компенсации за ущерб, нанесенный стране боевыми действиями сомалийских войск в Эфиопии.

Советский Союз выступил в сомалийско-эфиопском вооруженном конфликте на основе принципов территориальной целостности и нерушимости границ, по просьбе Эфиопии оказал этому государству помощь в защите границы. Сомали в ответ на такую позицию прекратило действие Советско-сомалийского договора о дружбе и сотрудничестве 1974 года.

Примером мирного решения международного спора о границе может служить спор между Буркина-Фасо и Мали. Линия границы была определена Международным судом ООН в решении от 22 декабря 1986 года. Фактически решение Международного суда ООН стало своеобразной заменой международного договора, способом создания и закрепления правил двусторонних взаимоотношений по поводу линии границы.

Принцип невмешательства во внутренние и внешние дела государств Содержание и источники

Очень важным для международного правопорядка и мирного сосуществования является принцип невмешательства во внутренние дела государств. Одновременно данный принцип можно считать и самым сложным в применении и толковании. Он нарушается наиболее часто.

Главная проблема, по-видимому, состоит в том, что юридически не определено содержание самого понятия «внутренние дела».

Принцип невмешательства является обычно-правовой нормой и вытекает из суверенитета государств, их независимости, из принципа территориальной целостности и неприкосновенности. В прошлых веках принцип невмешательства «соседствовал» с правом на применение силы и если соблюдался, то соблюдался в отношениях между «цивилизованными» государствами.

В США в качестве истоков принципа невмешательства некоторые юристы преподносят национальную доктрину, известную по имени Президента США Монро (1823), озвучившего ее в конгрессе (Хайд Ч. Ч. Международное право, его понимание и применение Соединенными Штатами, т. 1, стр. 436487). На самом деле этой доктриной США разделили мир на американскую и европейскую части, определили свою зону интересов, в которой установили свою гегемонию и хозяйничали, не стесняясь в действиях. В основном это была доктрина «европейского невмешательства» в «дела США» на американском континенте.

В ХХ веке содержание принципа было частично зафиксировано в Уставе ООН, в Декларации о принципах МП, Декларации о недопустимости вмешательства во внутренние дела государств, об ограждении их независимости и суверенитета 1965 года, Декларации о недопустимости вмешательства во внутренние дела государств 1982 года, Хартии экономических прав и обязанностей государств 1974 года, Заключительном акте СБСЕ и других актах.

Данный принцип закреплен и на региональном уровне, например в статье 18 Устава Организации американских государств (ОАГ), в Учредительном акте Африканского союза (ст. 4), в Уставе СНГ.

Из Устава ООН (ст. 2, п. 7)

…Настоящий Устав ни в коей мере не дает Организации Объединенных Наций права на вмешательство в дела, по существу входящие во внутреннюю компетенцию любого государства, и не требует от Членов Организации Объединенных Наций представлять такие дела на разрешение в порядке настоящего Устава; однако этот принцип не затрагивает применения принудительных мер на основании Главы VII.

Устав ООН предусматривает одно исключение из принципа: вмешательство допустимо и правомерно в отношении государства, которое совершило агрессию, нарушает мир или угрожает миру.

Соединенные Штаты в ходе подготовки Декларации о принципах МП сопротивлялись утверждениям, что принцип невмешательства  это один из принципов Устава ООН. Они утверждали, что статья 2 (п. 7) Устава предполагает лишь невмешательство со стороны ООН и не относится к действиям государств. Эти толкования Устава были решительно отвергнуты другими государствами, работавшими над текстом Декларации.

Существо принципа невмешательства во внутренние дела, согласно Декларации о принципах МП, можно изложить следующим образом:

 государства вместе или порознь не имеют права вмешиваться во внутренние и внешние дела другого государства ни прямо, ни косвенно;

 вмешательство в любой форме является нарушением МП;

 формой вмешательства может быть вооруженное вмешательство и иные формы, а также угрозы, направленные против правосубъектности государства или против его политических, экономических основ;

 запрещается применять любые меры для того, чтобы подчинить государство в осуществлении им своих суверенных прав или для получения от него преимуществ;

 запрещается любая деятельность, направленная на изменение строя государства путем насилия (через вооруженную, подрывную, террористическую деятельность);

 запрещается вмешиваться во внутреннюю борьбу в другом государстве;

 государства имеют право без вмешательства выбирать свою политическую, экономическую, социальную и культурную системы.

Можно добавить: государства вправе самостоятельно разрабатывать свои естественные ресурсы и распоряжаться ими, вводить налоги и сборы, брать и давать кредиты, осуществлять все необходимые внутренние и внешние функции, определять форму правления, создавать внутреннее право, проводить плебисциты.

В условиях глобализации и постиндустриального развития вопросов исключительно «внутренней компетенции» остается все меньше и меньше. Государства добровольно, по согласованию друг с другом, постепенно передают множество «внутренних дел» под международно-правовое регулирование. Это одно из проявлений процесса формирования Глобального права, Глобальной правовой системы, в которой внутреннее право и Монро начинают работать в новом качественном единстве.

На относительность категории «внутренние дела» обращалось внимание еще в 1923 году Постоянной палатой международного правосудия  в консультативном заключении, касающемся законов о гражданстве в некоторых африканских странах (PCIJ, 1923. Ser. B, № 4, p. 24).

Сегодня уже не являются только «внутренними делами» вопросы обеспечения прав человека, таможенного регулирования, правила внешней торговли, валютные режимы, охрана природы, иммиграционные нормы, многие аспекты предпринимательской среды и т. п.

Если государства, к примеру, подписывают соглашение об устранении случаев двойного гражданства или безгражданства, тем самым они передают такой вопрос «внутренней компетенции», как гражданство, для регулирования нормами МП.

Не являются вмешательством меры контроля, проверки, инспекции, предусмотренные международными соглашениями. Такие меры предусмотрены Конвенцией 1993 года о запрещении химического оружия, Договором 1996 года о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний и др.

Под международно-правовые механизмы попадают «святая святых»  вопросы проведения выборов, особенности конституционного строя и организации, функционирования политических систем.

Похоже, что некоторые положения международных актов либо развиваются, либо ревизуются. Считается, что в международном праве нет нормы, разрешающей государству интервенцию против другого государства, которое избрало какие-то свои принципы политической, экономической, идеологической системы. А так ли это на самом деле? Должно ли быть так?