2) Отказ судов “общего права” от заимствования института договора из римского права

•

Консервативный характер английской революции, на кото­рый указывал Маркс, нашел, в частности, свое выражение в том, что английская буржуазия всячески старалась доказать “законность” своих притязаний, обосновать их определенным правовым титулом. Она сама отрицала свою революционность',

⁵⁶ См “История средних в&ков”, т. II. Под ред. С. Д. Сказкина, А. С. Самойло и А. Н. Чистозвонова. М., Госполитиздат, 1954, стр 243—274; Е.А Косминский. Английский абсолютизм. Буржуаз­ная революция в Англии в XVII веке. М, 1940, К. Хил л. Английская ре­волюция ИЛ, М, 1947, стр 52—75; “Английская буржуазная революция XVII века” Под ред Е А. Косминского и Я. А. Левицкого, т. I. Изд-во АН СССР, М, 1954, стр. 74—84; А. Л Мортон. Указ. соч., стр. 190—193.

/i/i

выставляла себя защитницей старинных “прав и свобод”, яко­бы нарушавшихся королевской властью.

В “общем праве”, в старинных англо-саксонских “свободах”, в Великой хартии вольностей, в прецедентах, характеризую­щих примат парламента над королем,— английская буржуазия искала идеологическое оружие для борьбы против королевской власти, против ее стремления превратить Англию в абсолютист­ское полицейское государство по образцу католических аб­солютных монархий 'на континенте Европы. Поэтому суды “общего права” цепко держались за освященное вековыми традициями “общее право”, за прецедент, борясь против про­никновения посторонних влияний в область 'права. В противо­вес судам “общего права”, королевская власть создала свои суды, так называемые “суды королевской 'прерогативы”, с весьма широкой юрисдикцией. Эти суды (Звездная палата, Высокая комиссия, Палата казначейства, Следственный суд и др.) разбирали в основном уголовные дела. В области же гражданского права вмешательство королевской власти осу­ществлялось главным образом через суд лорда-канцлера, дея­тельность которого именно в этот период (в XVI и начале XVII в.) характеризуется особой активностью.

Широкое вмешательство суда лорда-канцлера в отправле­ние правосудия, применение этим судом не норм прецедент-пого, а принципов римского права вызвали сильное противо­действие судов “общего права”, вылившееся, наконец, в от­крытый конфликт 'между главным судьей королевской скамьи Эдвардом Коком и лордом-канцлером Якова I — Эльсмиром. Кок протестовал против вмешательства лорда-канцлера в от­правление правосудия и издания судом канцлера так называе­мых injunctions — предписаний, запрещавших исполнение при­говоров судов “общего права”. Король в этом вопросе, как и в других, встал на сторону лорда-канцлера, обосновывая на основании доктрины об абсолютной и неограниченной власти монарха право последнего через своих слуг вмешиваться в осу­ществление правосудия. Кок был смещен со своего поста, однако 'ни его смещение, ни замена строптивых судей более покорными не могли смягчить остроты обусловленного глубо­кими экономическими причинами конфликта, “Общее право” стало знаменем буржуазии, боровшейся против попыток пре­вращения Англии в абсолютистское полицейское государство.

К концу XVI в. буржуазия окрепла как класс и настойчиво добивалась проведения собственной политики через парламент. Католическая же династия Стюартов ориентировалась на като­лические абсолютистские монархии континента Европы, стре­мясь создать такую же монархию в Англии. Экономические условия и реальное соотношение классовых сил обрекли эту

45

попытку па неудачу, но острая борьба, завершившаяся рево­люционным взрывом, не прекращалась с начала XVII в.

В этой борьбе Стюарты идеологически обосновывали свои претензии положениями естественного права в их абсолютист-ско-монархической интерпретации (нашедшими впоследствии яркое выражение в работах Гоббса) и принципами римского права. Этим принципам английская буржуазия противопоставт ляла свои древние “свободы”, выраженные в “общем праве”. Ее идеологи утверждали, что именно “общее право” должно ограничивать власть монарха; монарх является сувереном' лишь до тех пор, пока он действует в границах, установленных “общим правом”; нарушение этих границ недопустимо и не может быть терпимо даже если совершается королем. Таким образом, в идеологической подготовке английской революции “общее право” сыграло известную роль, противопоставив аб­солютистским концепциям королевской власти национальное право, существенно ее ограничивающее, и подготовляя оппо­зицию принципу неограниченности власти монарха еще до от­крытого конфликта между королем и парламентом.

Конечно, идеологи буржуазии путем толкования суще­ственно изменяли и развивали “общее право”, так как при­способить принципы решений, выносившихся в XIII и XIV вв. по конкретным поводам, к обстановке, сложившейся в XVI и XVII вв , было очень трудно. Вообще следует иметь в виду, что то “общее право”, которое отстаивала судейская оппозиция, а впоследствии и парламент, было не “общим правом”, тво­римым в это время в судах, а его идеализацией, представ­лением добивающейся власти буржуазии о том, каким должно быть “общее право”, которое защищало бы ее классовые ин­тересы.

В действительности же, Стюартам удавалось иногда делать суды “общего права” орудием королевской власти. Яков I и Карл I, нарушая традицию, сохранявшуюся даже при.Тюдо-. pax, неоднократно сменяли судей, добиваясь такого их соста­ва, который обеспечил бы защиту притязаний короля в судах “общего права”. Хотя королю и 'не удалось сделать суды “об­щего права” своим орудием, но многие судьи “общего права” подчинялись желаниям короны; судейские должности продава­лись; подкуп и взятка были таким же распространенным явле­нием, как и в суде лорда-канцлера ^5&. Однако подавить судей­скую оппозицию Стюарты все же не смогли. Если многие судьи “общего права” в угоду королю нарушали старинные “свободы” и выносили решения, противоречащие принципам

"ATI Савин Лекции по истории английской революции. Соцэкгиз, М, 1937, стр 123—124 Фактический материал см W. S Holdsworth. Ор cit, v V, р 352—354

46

“общего права”, то друшс, выражая классовые ишорссы бур­жуазии, предпочитали держаться за старые принципы “общего права”, которые к этому времени приняли новую окраску.

Находившиеся в оппозиции судьи были избраны в парла­мент, где принципы “общего права” стали правовой формой, в которую облекались политические требования буржуазного большинства парламента Это большинство, выдвигая новые требования, ссылалось на “традиции”, <на “освященные време­нем” привилегии, создававшиеся в совершенно иных историче­ских условиях В покрытых вековой пылью манускриптах XIII и XIV вв они искали обоснования тех требовании, которые могли появигься лишь в результате возникновения нового, ка­питалистического способа производства ⁵⁷

В этой обстановке, которая представляла собой идеологи­ческую подготовку английской буржуазной революции, заим­ствование принципов римского права “общим правом” было невозможным Римское право использовалось противниками “общего права” и противопоставлялось последнему как враж­дебная система. Суды же “общего права” и его литература отказывались от принципов римского права Они пытались втиснуть новые отношения в старые, веками вырабатывавшие­ся формы “общего права”, не прибегая к более отвечавшим новым требованиям формам римского права. Это целиком от­носится и к договорному праву. Путем сложнейших казуисти­ческих вывертов и натяжек, создания всевозможных фикций, суды “общего права” создавали свои нормы для защиты нс-формального договорного обязательства

Эта тенденция сохранилась и после победы буржуазии Она отражает общую консервативную направленность англий­ских господствующих классов, их стремление сохранить архаи­ческую внешнюю форму тогда, когда она уже безнадежно устарела Об этой традиции английского господствующего класса Энгельс писал, что в Англии преемственная связь меж­ду дореволюционными и пореволюционными учреждениями и компромисс между крупными землевладельцами и капитали­стами нашли свое выражение в преемственности судебных прецедентов и в. почтительном сохранении феодальных право­вых форм ^5а

⁵⁷ О роли “общею права” в идеологической подготовке английской революции см “Английская буржуазная революция XVII века” Под ред Е А КосминскогоиЯ А Левицкого, т 1,М, стр 145—147, А Н Савин Указ соч, стр 55—57, 120—127, К Хил л Указ соч, сто 63 и след Фактический материал по этому вопросу см W S Holds-worth A History of English Law, v V, р 277—278-, W S Holds-worth Some Makers of English Law, p 87 ft, W J V Wi n d.e.y.er. Op.„ cit, p 170—182 .

⁶⁸ См К МарксиФ Энгельс Соч , т XVI, ч. II, стр 300

47

Было бы, однако, неправильным считать, что английское договорное право складывалось совершенно изолированно от всяких посторонних влияний, в том числе и от влияния рим­ского права. Маркс и Энгельс, анализируя развитие частного права, писали в “Немецкой идеологии”: “Когда впоследствии буржуазия так усилилась, что государи стали защищать ее интересы, чтобы с ее помощью сокрушить феодальную знать, тогда во всех странах... началось настоящее развитие права, происходившее повсюду, за исключением Англии, на основе римского кодекса. Но и в Англии для дальнейшего развития-частного права (в особенности в той его части, которая отно­сится к движимому имуществу) пришлось обратиться к прин­ципам римского права”⁵⁹.

В рассматриваемый нами период можно говорить лишь о заимствовании “общим правом” отдельных принципов рим­ского права, особенно в области договора. В последующем, как можно будет убедиться из дальнейшего изложения, влия­ние римского права несколько расширилось.

Таковы в самых общих чертах причины, обусловившие, с одной" стороны, необходимость правовой защиты неформаль­ного договора и, с другой стороны, отказ судебной практики от заимствования понятия договора, разработанного as римском праве. Путь, который прошла судебная практика для того, что­бы в рамках консервативного и формалистического “общего права” разработать систему достаточно гибкой и эффективной правовой защиты неформальных договоров, был необычайно сложен. Это нашло свое отражение во многих особенностях современного английского договорного права.