4) Неэквивалентность встречного удовлетворения и обязательства

Строго соблюдая принцип возмездности договора, ан­глийское право вместе с тем не требует эквивалентности или даже пропорциональности обязательства и встречного удо­влетворения. Во всех курсах договорного права, а также в многочисленных решениях судов постоянно подчеркивается, что отсутствие эквивалентности между встречным удовлетво­рением и обязательством ни в какой мере не влияет на дей-' ствительность договора²⁴. Свод договорного трава США

²³ См. Самонд и Вильяме. Указ соч, стр 131—132

²⁴ См. “Po'.lock's Principles of Contract”, p. 141—il42, J Charles-worth- The Principles of Mercantile Law. L, 1945, p 22—2J, Th Ц Hoi

151

также указывает, что “прибыль или выгода для должника, либо убыток или невыгода для кредитора, либо несоответствие цен­ности обязательства и встречного удовлетворения не влияют на действительность встречного удовлетворения” (§ 81). В ча­сто цитируемом в английской литературе решении по делу Бэйнбриджа против фирмстона (Bainbridge v. Firmstpne, 1838) судья Денман сказал: “... сами стороны в момент заключения договора должны решить вопрос о соответствии встречного удовлетворения и обязательства, а не суд, тогда, когда дого­вор должен быть исполнен” ²⁵.

Для теоретического обоснования этого положения англий­ские юристы ссылаются на Гоббса, писавшего: “Цена вещей, являющихся объектом договора, измеряется желанием дого­варивающихся сторон, и справедливой ценой поэтому являет­ся та цена, которую они согласны дать” ²⁶. Такое “теоретиче­ское” обоснование способно оправдать любую сделку, при которой один из участников, пользуясь безвыходным положе­нием другого, обирает и закабаляет его. Принцип, столь от­кровенно сформулированный Гоббсом, находит свое яркое и неприкрытое выражение в положении английского права о том, что соотношение обязательства и встречного удовлетворения не имеет значения для действительности договора.

В этом отношении, как и во многих других, английское право более откровенно и последовательно, нежели правовые системы других буржуазных государств. В последних встреча­ются попытки декларировать защиту граждан от явно неспра­ведливых договоров. Так в § 138 Германского гражданского. уложения (ВОВ) мы читаем: “Сделка, нарушающая правила общественной 'нравственности, ничтожна. Ничтожна в особен­ности сделка, по которой одно лицо, пользуясь нуждою, легко­мыслием или неопытностью другого, взамен каких-либо услуг со своей стороны, выговаривает или заставляет предоставить себе или третьему лицу имущественную выгоду, размеры кото­рой настолько превосходят ценность услуг, что выгода, при дан­ных обстоятельствах дела, представляется явно несоразмерной оказанным услугам”. Формулировка этой статьи очень рас­плывчата и может быть использована судом в самых различ­ных целях, причем такое использование зависит целиком от усмотрения суда. Приведенная норма—это типичный “каучу­ковый параграф”, представляющий суду широчайшие возмож-

1 a n d. Op. cit, р. 286—287, “Halsbury's Laws of England”, Second Edition, v. VII L., 1932, p. 139—140, W. S. Но 1 dew о r t h. A History of English Law (L, 1923), v. VIII, p. 17; E. Jenks. A Digest of English Civil Law, L , 1938, p 99, Вильям Р. А н с о н. Указ. соч., стр. 86—89; V. М о r a w e t ъ,. Elements of the Law of Contracts. N. Y., il927, ip. 145—146.

²⁵ Изложение казуса см. Вильям Р. А неон. Указ. соч., стр. 87.

²⁶ Томас Г о б б с. Левиафан. М., Соцэкгиз, 1936, стр. 132.

ности произвола путем отсылки к таким общим, неопределенным и условным критериям, как “общественная нравственность”.

И. А. Покровский, подвергший эту статью резкой критике с позиций буржуазного либерализма и фритредерства и поэш-му не раскрывший полностью ее истинного назначения и клас­совой направленности, вместе с тем тонко подметил основной недостаток этой нормы, показал, что 'в условиях буржуазного общества такая статья означает возможность неограниченно­го произвола суда ²⁷.

Статья 1118 Фраццузского гражданского кодекса устанав­ливает: “убыточность опорочивает соглашения, содержащиеся лишь в некоторых договорах или заключенные некоторыми лицами”. Таким образом, по французскому праву несоразмер­ность взаимных обязательств, как бы очевидна она ни была, как общее правило, не влияет на действительность договора. Закон делает исключение лишь для определенных случаев и определенных лиц.

Под определенными лицами имеются в виду несовершен­нолетние. Для них, однако, правило об убыточности как осно­вании для расторжения договора излишне, а иногда даже мо­жет ухудшить положение несовершеннолетнего, так как осно­ванием для расторжения договора в этом случае может быть признана недееспособность стороны.

Случаи, в которых договор может быть признан недействи­тельным вследствие явной его убыточности для одной из сто­рон, очень немногочисленны. Это может иметь место, если про­давец недвижимости продал имущество по цене, составляющей не более ^ действительной цены (ст. 1674 гражданского ко­декса), если при соглашении о разделе имущества кто-либо получил менее ³/^ действительно причитающейся ему доли (ст. 887). Кроме того, закон от 8 июля 1907 г. установил, что при продаже кормов (закон от 10 марта 1937 г. распространил это и на продажу семян) покупатель может предъявить иск об уменьшении покупной цены, если она оказалась более чем на '/4 выше средней цены.

Как видно из приведенного перечня, французское право только в очень немногих случаях защищает сторону от исполь­зования контрагентом в своих интересах ее тяжелого положе­ния. При этом закон вмешивается лишь тогда, когда речь идет об определенных социальных слоях: собственниках недвижи­мого имущества, наследниках, зажиточном крестьянстве. Основ­ную же массу договоров, которые основаны на использова­нии экономически более сильной стороной своих преимуществ в ущерб контрагенту, закон не запрещает. Французские

²⁷ См. И А. Покровский, Основные проблемы гражданского пра­ва. Пг., 1917, стр. 262—263.

153

юристы подводят под это положение “теоретическое” обосно­вание, доказывая практическую невозможность такого вмеша­тельства, его противоречие принципу свободы договоров, его субъективный характер и т. д.²⁸

Таким образом, положение указанных буржуазных пра­вовых систем о недопущении убыточных, “несправедливых” договоров представляет собой в значительной мере деклара­цию. Вместе о тем это положение используется для защиты

•интересов отдельных группировок господствующего класса. Английское и американское право не прибегает к такому сред­ству. Оно откровеннее и последовательнее, открыто предо­ставляя экономически более сильной стороне полную возмож­ность использовать затруднения своего контрагента.

Некоторые английские юристы отмечают несправедливость положения о неэквивалентности обязательства и встречного удо­влетворения. Как на разрешение вопроса они указывают на то, что при явном и грубом несоответствии обязательства и встреч­ного удовлетворения, потерпевшая сторона может добиться признания договора недействительным как заключенного под влиянием обмана. В следующей 'главе будут подробно рас­смотрены случаи недействительности договора. Здесь необхо­димо лишь отметить, что оспаривание договора по мотивам об­мана в английском праве сопряжено с большими затруднения­ми и требует разрешения стольких привходящих вопросов, что средство, предлагаемое буржуазными цивилистами, оказы­вается малоэффективным.

Говоря о том, что англо-американское право признает встречное удовлетворение действительным, независимо от его соотношения, с соответствующим ему обязательством, необхо­димо указать на имеющееся в этом вопросе расхождение между английским 'правом и правом США.

Английская правовая теория и практика, указывая на то, что несоответствие обязательства и встречного удовлетворения . не влияет на действительность последнего, в то же время под-- черкивают, что встречное удовлетворение должно тем не ме-, нее иметь какую-то ценность с точки зрения права²⁹. Очень осторожно и с оговорками английское право все же не признает

•“номинального” встречного удовлетворения. Право США, на­оборот, допускает возможность такого встречного удовлетворе­ния, которое является чисто номинальным. “Встречным удов­летворением может быть зернышко перца, но оно должно . быть”,—таково общераспространенное в праве США положе-

^ss См. М. Р 1 a n i о 1. Traite elementaire de droit civil, t. II. P., 1949, p. 96—101.

²⁹ См. “Halsbury's Laws of England”, v. 7, p. 139; W. S. Holds-worth. Op. cit., v, VIII, p. 18; Вильям P. A u с о н. Указ, соч., стр. 86~-89.

154

ние. Отдельные авторы возражают против этого положения, но практика твердо его придерживается. Договоры на крупные •суммы, заключаемые за встречное удовлетворение в один дол­лар или один цент,— повседневное явление в практике США ³⁰.

На это различие между правом Англии и США несомненно повлияло то, что монополии США, открыто диктующие свою волю, всегда имеют возможность использовать в своих инте­ресах любую правовую фикцию, в том числе и фикцию номи­нального встречного удовлетворения. Определенное значение имеет, очевидно, и то обстоятельство, что значительная часть штатов США отказалась от договоров за печатью как осо­бой формы, обеспечивающей минимальные возможности оспо­рить договор. В тех случаях, когда стороны желают обезо­пасить себя от возможности оспорить договор по мотивам, связанным с встречным удовлетворением, что вследствие за­путанности норм, регулирующих эти отношения, часто пред­ставляет реальную опасность ведения сложного и длительного процесса с очень неопределенными перспективами, они могут в Англии облечь свой договор в форму договора за печатью. Поскольку в большинстве штатов США такой возможности лет, здесь стороны прибегают к номинальному встречному удовлетворению.

Придерживаясь принципа неэквивалентности обязатель­ства и встречного удовлетворения, английское право допускает исключения из этого правила в тех случаях, когда это диктует­ся интересами господствующего класса. Таким исключением является общепринятое в Англии положение о том, что платеж части денежного долга не может служить основанием для освобождения должника от уплаты всей суммы долга.

Этот принцип был впервые сформулирован в решении по делу Пиннела (Pinnel's case, 1602), которое до сих пор остает­ся основным прецедентом по этому вопросу. В решении гово­рится: “Платеж меньшей суммы в погашение большей, произ­веденный в срок, не может рассматриваться как погашение всей суммы, так как судьи считают, что ни в каком случае меньшая сумма не может удовлетворить истца вместо большей, но передача коня, сокола, одежды и т. д. была бы доста­точной”³¹. Это мотивируется тем, что конь, сокол, одежда и т. д. могут иметь в данном случае для контрагента особую ценность, не совпадающую с обычной ценой; ценность же денег в каж­дый данный момент одинакова.

Правило о том, что внесение части суммы в погашение де­нежного долга не может рассматриваться как встречное

³⁰ О встречном удовлетворении в один доллар см. J. L. dark. Sum­mary of American Law, N. Y., 1947, § 15.

³¹ См. W. S. Holdsworth. Op, cit, v. VIII, p. 20.

15П

удовлетворение и что основанное на эгой уплате соглашение недействительно, также не является безусловным. “Общее право” признает, что сам по себе платеж меньшей суммы не может служить встречным удовлетворением, но если такой платеж совершается с изменением первоначальных условий относительно времени, места или способа платежа, то согласие должника на такое изменение служит достаточным встречным удовлетворением для обязательства кредитора получить мень­шую сумму денег вместо большей.

Это .положение очень неопределенно и оставляет чрезвы­чайно широкое поле для судейского усмотрения. Не всегда можно точно установить, действительно лу. имелось отклонение от первоначальных условий платежа. Но даже если и установ­лено наличие такого изменения, то далеко н'е всегда судьи при­нимают'его во внимание. В ряде случаев судьи придают значе­ние тому, в чьих интересах совершено такое изменение перво­начальных условий.

В этом отношении интересно дело Ванбергена против ком­пании Сент Эдмундс Пропертис (Vanbergen v. St. Edmunds Properties, Ltd., 1933). Истец должен был ответчику 208 ф. ст., причем местом платежа был указан банк в Лондоне, где на­ходился счет ответчика. Платеж вовремя произведен не был. Тогда стороны договорились о том, что если должник на вто­рой день после истечения срока внесет эту сумму наличными в банк в Инстберне на счет адвокатов ответчика, то кредитор не пошлет ему извещения о неплатежеспособности, которое он уже заготовил. Должник совершил платеж условленным обра­зом, но кредитор все-таки послал извещение о неплатежеспо­собности. Должник обратился в суд с иском о 'неисполнении договора.

Суд первой инстанции, исходя из указанного выше прин­ципа, признал, что поскольку способ платежа был изменен по сравнению с первоначальными условиями, такое 'изменение может 'рассматриваться как встречное удовлетворение для обя­зательства кредитора не посылать извещения о неплатежеспо­собности. Однако это решение было отвергнуто апелляционным судом на том основании, что измененный порядок платежа был установлен в интересах должника, а не кредитора, и поэтому не мог служить встречным удовлетворением для обязательства кредитора ³².

Положение о том, что договор может иметь место только при наличии встречного удовлетворения и платеж меньшей суммы .не может рассматриваться как встречное удовлетворе­ние для обязательства кредитора отказаться от требования