2) Договоры, заключенные душевнобольными или лицами, находящимися в состоянии опьянения

Действительность договоров, заключенных душевноболь­ными, зависит от того, были они признаны в установленном законом порядке таковыми или нет.

⁹⁰ G С. Cheshire and С. Н. S. FiJoot. The Law -of Contract p. 343—344.

⁹¹ Теллер указывает, что несовершеннолетний не несет ответственно­сти за ущерб, причиненный им вследствие того, что он обманным образом скрыл свои возраст (L Teller. Op. cit., p. 115—116).

232

Если душевнобольной признан таковым в соответствии с Законом о душевнобольных 1890 г. (Lunacy Act), управление его имуществом, согласно ст. 120 закона, переходит к короне. В этих случаях душевнобольной не может заключать дого­воров имущественного характера даже в “светлые проме­жутки”, когда он в состоянии отдавать отчет о своих действиях.

Душевнобольной, не признанный таковым в установлен­ном законом порядке, может заключать договоры в “светлые-промежутки”. Если душевнобольной в период “светлого про­межутка” признает договор, заключенный им в остром при­падке болезни, такой договор является действительным. До­говоры, заключенные таким душевнобольным в болезненном состоянии, но при условии, что он мог понимать значение совершаемого им акта, также действительны. Даже если он находится в таком состоянии, что не вполне понимает значе­ние своих поступков, однако его болезненные представления не касаются предмета договора, последний считается дейст­вительным. При несоблюдении этих требований душевноболь­ной может освободиться от ответственности по договору толь­ко в том случае, если докажет, что его контрагент знал о его болезни, либо что договор несправедлив.

Если душевнобольному, независимо от того, признан он таковым или нет, поставлены необходимые предметы, у него возникает квазидоговорная обязанность уплатить за них “справедливую” цепу. Квазидоговорпый характер этого обя­зательства заключается в том, что обязательство можсг воз­никнуть без предварительного соглашения сторон, а при на­личии предварительной договоренности душевнобольной обя­зан уплатить не договорную, а установленную судом “спра­ведливую” цену.

В практике особо выделяется вопрос о действительности договоров, заключенных лицами, находящимися в состоянии опьянения. Положение этих лиц при заключении договоров аналогично положению душевнобольных, не признанных та­ковыми в установленном законом порядке. Договоры, заклю­ченные этими лицами, действительны, кроме тех случаев, когда контрагент знал о состоянии опьянения, в котором на­ходилось лицо, и тех случаев, когда договор был “неспра­ведлив”. Право не дает никаких указаний о содержании этого понятия, целиком предоставляя его определение суду. В этих последних случаях договор может быть оспорен после того, как состояние опьянения прошло. Если такой договор не был оспорен, он действителен. По договорам о приобре­тении необходимых предметов лица, находящиеся в состоя­нии опьянения, отвечают так же, как и душевнобольные.

233

3) Договоры, заключенные замужними женщинами

По “общему праву” дееспособность замужних Женщин до недавнего времени была существенно ограничена. До конца XIX в. договоры замужних женщин, как правило, были нич­тожны: замужняя женщина не могла распоряжаться своим имуществом, вступать в обязательства, искать и отвечать в суде. В гражданско-правовых отношениях ее представлял муж, который распоряжался всем имуществом семьи, вклю- • чая и имущество жены Лишь в тех случаях, когда специаль­ным актом за женщиной закреплялось определенное, так называемое отдельное имущество (separate estate), женщина, при очсутствии ограничений в акте, устанавливающем пере­дачу ей такого имущества, могла распоряжаться своим от­дельным имуществом.

В конце XIX в. в связи с' расширением/участия женщин в производстве и в результате длительной борьбы прогрессив­ных организаций за равноправие женщин, статутное право Англии начинает постепенно отменять некоторые нормы “об­щего права”, ограничивавшие дееспособность женщин. Про­цесс этот был, однако, очень длительным. Лишь Закон об изменении права относительно замужних женщин и правона­рушителей—Law Reform (Married Women and Tortfeasors) Act, принятый в 1935 г., установил, что замужняя женщина является полностью дееспособной. Однако закон сохранил в силе все ограничатся в траве распоряжения определенным имущее ibom, установленные в отношении замужних женщин каким-либо специальным актом или документом, изданным до 1 января 1936 г.

Следует также иметь в виду, что закон признал замужнюю женщину полностью дееспособной только формально. В дей­ствительности экономические условия, имущественный режим, весь строй семейных отношений в капиталистическом общест­ве таковы, что замужняя женщина в большинстве случаев не может использовать формально предоставленные ей зако­ном права.

Во всех штатах США, особенно в южных и экономически менее развитых штатах (Луизиана, Флорида, Калифорния, Техас, Аризона, Георгия и др.), гражданская дееспособность замужней женщины существенно ограничена: она не может распоряжаться своим имуществом, совершать гражданско-правовые сделки, искать и отвечать в суде.

Лишь в отдельных штатах (Флорида, Луизиана) по спе­циальному постановлению суда или административных орга­нов замужняя женщина может самостоятельно осуществлять некоторые из своих гражданских и процессуальных прав.

234

Даже в экономически наиболее развитых штатах (Нью-Йорк, Массачузстс, Мичиган) гражданская дееспособность замуж­них женщин ограничена. Так, почти во всех штатах замуж­няя женщина не может выступать доверительным собственни­ком (trustee), не вправе без согласия мужа закладывать или отчуждать недвижимое имущество и т. д. Американские ав­торы указывают, что законы отдельных штатов, признающие замужних женщин частично дееспособными, должны толко­ваться ограничительно. Основой остается таким образом ста­рое положение “общего права” о недееспособности замужних женщин⁹².