В. Т. Клоков. Французский язык в мире

не оказался отстраненным от информатизации, чтобы производимые во Франции товары были доступны на французском языке не только во Франции, но и во всем мире [Corbeil, 2002: 131].

На этом фоне Наржес Энассер предупреждает об опасности межъязыковой интерференции, проявляющейся в процессе освоения английского языка. В настоящее время превосходство английского языка кажется неоспоримым и для франкофонов особенно важно правильно организовать его освоение и применение. Причем речь идет о таком уровне владения им, который позволил бы молодым людям читать и писать по-английски так, чтобы они в полном объеме могли усваивать англоязычную информацию. В то же время для франкофонов особенно важно правильно передавать на родном языке ту информацию, которую они получают через английский. В частности, речь идет о корректности обозначения и передачи тех новых концептов, для которых во французском языке пока не создано подходящих эквивалентов. Более того, франкофоны должны сохранять возможность самим создавать новые слова и выражения, которые соответствовали бы их национальному мышлению [Ennasser, 2010: 86].

3.8. Глобализация мышления и унификация творческой деятельности франкофонов

Клод Ажеж считает, что англизация и связанная с ней унификация культуры приводит к культурному обнищанию народов, и призывает к преодолению этого недостатка. Данную идею автор развивает в книге Contre la pensee´ unique («Против единомыслия»), в которой заложена мысль о необходимости сохранения разными народами своих оригинальных представлений о мире, разнообразия культуры [Hagege,` 2013]. Осуждая распространение единообразия мысли, автор отмечает, что данный феномен не в последнюю очередь основывается на глобальном распространении в мире английского языка. В частности, он пишет, что если в начале своего существования английский язык находился в условиях угнетения со стороны французского, то за нескольких веков смог приобрести самостоятельность, а в XX в. (особенно после Второй мировой войны) стал уже выступать в роли важного средства международного общения. В рамках формирующегося языкового единомыслия особенно очевидными стали последствия в области тех научных исследований, где отражается явное расхождение между англоязычным и франкоязычным типами представления о мире. В книге иллюстрируются также особенности двух типов коммуникации, связанных в одном случае с желанием развивать разные языки и культуру, а в другом – довольствоваться бы только вспомогательным (служебным) языком и единой культурой.

150

Глава 3. Французский язык в глобализованном мире

Впрочем, Клод Ажеж считает, что широкое распространение того или иного языка не всегда имеет негативные последствия. Как правило, оно осуществляется согласно потребностям и желаниям того или иного народа. Так, многовековое использование латинского языка в Европе и за ее пределами не привело к унификации мышления, но напротив, создало благоприятные условия для развития уже существовавшего разнообразия в европейской культуре.

В наше время распространение английского языка по миру сопровождается развитием неолиберальной идеологии, несущей в себе то культурное содержание, которое заложено в этом языке, с чем, впрочем, люди не обязательно должны соглашаться. Поп- и рок-музы- ка, например, стала инструментом значительной унификации, разрушающей творческое начало в мире. Клод Ажеж замечает, что культуры не прививаются одна к другой; более того, нередко вступают между собой в схватку. Китай, например, занимается распространением своей культуры и своего языка в довольно агрессивной манере, не пытаясь при этом использовать меры по китаизации мира в ответ на его американизацию. Впрочем, некоторые считают, что столкновение культур является источником постоянного взаимообогащения. Автор выступает против навязывания миру единственно английского языка, против преподавания только его в начальной школе и считает, что с 5 лет дети должны знакомиться с другими широко распространенными языками, например итальянским, немецким, португальским или испанским [Hagege,` 2013].

Клод Ажеж обращает также внимание на то, что распространением английского языка сегодня обеспокоены главным образом не

вСША, а в тех странах, бы которые создают спрос на унифицированное мышление и активно продвигают его. Так, в Брюсселе деятельность НАТО ведется сегодня исключительно на английском языке. Этот процесс американцы называют «мягким проявлением силы» (softpower). Он основан не на оружии, а на контенте – американцы заметили, что нередко именно контент бывает более эффективен, чем физическое столкновение. Автор утверждает также, что люди распространяют не только слова, но и заложенный в них смысл. Так, есть люди, которые никогда не пользуются словами planning или timing, и даже носители английского языка не понимают их в значении «программа». Обычно они говорят schedule. Так же и со словом dancing, которое в своем значении «танцевальная площадка» стало таким же английским, как и французским. А ведь на самом деле оно означает «танец», а не «место, где танцуют». Опасность состоит в том, что

вданном случае слово может потеряться в обоих языках, т. е. не только в родном, но и в том, откуда совершается его заимствование. Так

151

В. Т. Клоков. Французский язык в мире

происходит только потому, что поначалу такое выражение стало распространяться благодаря моде.

Словарь французского языка состоит примерно на 90% из слов, имеющих латинские корни. При этом известно, что языки живут заимствованиями и что данное явление необходимо оценивать на основе некоего порога. Так, от 7 до 10% имеющихся в языках заимствований, без сомнения, являются для них полезными, поскольку питают и обогащают собой эти языки. Когда таких заимствований становится от 10 до 15%, начинается «несварение», а если их накапливается более 25%, это приводит к настоящей угрозе, а при 70% уже начинается замена одного языка на другой. Однако вторжение английского на уровне выражений, обозначающих, к примеру, некоторые типы поведения, можно считать мимолетным и малозначимым. Экономические заимствования тоже могут исчезнуть вслед за соответствующими понятиями [Hagege,` 2013].

В интервью газете Le Point Клод Ажеж замечает, что в настоящее время во всех странах международным деловым языком становится англо-американский, и в этой ипостаси он несет неолиберальную систему взглядов и ценностей. В то же время по миру распространяются языки бывших колонизаторов – испанский, французский, португальский и арабский. Преимущество английского языка заключается в простоте его изучения, тем более что в нем отсутствует система склонений, имеется мало согласований, а спряжение глаголов представлено довольно просто. Его единственная трудность состоит в орфографии, которую надо выучивать наизусть. Китайский же язык с его трудной графикой имеет мало шансов заменить собой английский. Англо-американский язык несет в себе самую простую логику общественной жизни: «Я произвожу, я продаю, я потребляю». Но со своими односложными словами английский язык позволяет петь песни под любой ритм. Совсем другое дело с оперными ариями, особенно на французском языке [Gairin, 2012].

Клод Ажеж считает, что в таких условиях борьба за языковое разнообразие должна стать обязательным актом. При этом его внимание привлечено именно к той угрозе, которой подвергается языковая диверсификация. Впрочем, можно оставаться спокойным и ни о чем не тревожится, ибо разнообразие есть закон естественного развития объектов в биологии, зоологии и ботанике. Так и английский язык в настоящее время переживает период креолизации, т. е. эпоху развития его разнообразия. Впрочем, у английского языка пока хватает времени, чтобы оставаться таким, какой он есть, в отличие от латинского, который долгое время выполнял роль международного языка, по крайней мере в Европе. Однако во многих странах Европы, Азии и Африки

152