Глава 2. Современные тенденции развития языковых ситуаций в мире

предоставляется образование, распространяется информация, развиваются наука, литература и культура.

Интернационализация современной экономики создала условия для формирования новых территорий с более широким спектром деятельности, чем у однонациональных. Глобализация, т. е. вынесение на международный рынок одновременно многих видов деятельности, включение их в общую конкуренцию рыночных секторов, до того разделенных национальными границами, ускорила процесс интернационализации, придав ему новые масштабы.

В эти рамки стала вписываться также языковая практика. В то время как логика государственных дел упорядочивала языковое использование в отдельных странах, практическое применение в них отдельных языков все более связывается с выделением наиболее сильных из них. Так, благодаря усилиям, оказываемым со стороны государства, французский и немецкий языки сильнее, чем остальные, были вовлечены в эту тенденцию. Вскоре, однако, на просторах Европейского континента мощную имплантацию стал проявлять английский язык. Северные страны первыми испытали его влияние в 1960–1970-е гг., а в 1970–1980-е гг. то же стали переживать западноевропейские страны, а за ними и страны Центральной и Восточной Европы. Доминирующая роль английского языка стала проявляться во всех сферах: на международных и многонациональных предприятиях, в культурной индустрии (в кино- и телепроизводстве), в научных исследованиях, в туризме, в системе транспорта, в информационных сетях. Изменился статус английского языка в системе образования, где он перестал быть только иностранным. Предоставляя каждому человеку все более глубокое и длительное образование на английском языке и организуя подготовку соответствующих кадров, образовательные структуры во многих странах Евросоюза придали ему почти официальный статус. Процесс глобализации ускорил данную мутацию, и сегодня во всех случаях слияния предприятий с разными культурой и языками в качестве всеобщего выбирается именно английский язык. В публичной сфере английский стал практически вторым языком Северной Европы. В таких странах, как Франция, уже к 2010 г. был достигнут такой уровень внедрения английского языка, какой был установлен в странах Северной Европы к 2000 г. [Truchot, 2001: 232].

2.7. Взаимодействие национальных языков в едином европейском пространстве

На протяжении XIX–XX вв. тесно переплеталась экономика отдельных европейских государств, причем в эти колониальные и постколониальные времена своими границами была надежно защищена

69

В. Т. Клоков. Французский язык в мире

от конкурентов и только наиболее крупным из них широко открывала свои рынки. Процессы интернационализации и глобализации изменили отношение государств к своей экономике. Образование Евросоюза имело главной целью адаптировать геополитическое пространство к тем изменениям, которые были учреждены на основе соглашения, подписанного в Риме в 1957 г. Смысл этого документа состоял в том, чтобы ликвидировать границы внутри Европы и создать условия для свободной циркуляции капиталов, ценностей, а также услуг вначале в рамках общего, а затем и единого мирового рынка.

Поначалу в этот рынок объединились шесть стран: Германия, Бельгия, Франция, Италия, Люксембург и Нидерланды. В 1973 г. к ним присоединились Дания, Ирландия и Великобритания; в 1984 г. – Испания, Греция и Португалия; в 1995 г. – Австрия, Финляндия и Швеция. Позднее к этому союзу подключились Венгрия, Польша и Чехия. Отношения между рынками Евросоюза и других стран мира стали регулироваться условиями общего европейского права, которое легло

воснову широкой европейской национальности, управляемой общегосударственными учреждениями. Большую роль в этом объединении

внастоящее время играет Европейская комиссия, занимающаяся выработкой текущих мер, ставящая общие задачи на будущее и реализующая их после принятия соответствующих решений. Еврокомиссия проводит работу по собственному плану, что делает ее в достаточной степени независимой от отдельных государств, составляющих Евросоюз. Предложения Комиссии должны, тем не менее, утверждаться Евросоветом, объединяющим представителей государств Евросоюза. Европарламент принимает бюджет и выполняет функции консультативного органа. Судейская палата Евросоюза следит за соблюдением общеевропейского права.

Языковой режим государств, составляющих Евросоюз, определяется постановлением совета министров, принятого в 1958 г. Согласно этому документу, его официальными и рабочими средствами коммуникации стали четыре языка первых шести стран – членов Евросоюза: немецкий, французский, итальянский и нидерландский. Данный список позднее был увеличен вначале за счет включения в него английского и датского языков, затем испанского, португальского и греческого, а позднее – финского и шведского (в 1995 г. их было 11). В Евросоюзе каждый раз новый список принимается единогласно, при этом страныучастницы пользуются одинаковыми языковыми правами.

Смомента формирования Евросоюза и до середины 1970-х гг. французский язык оставался в нем наиболее используемым; при этом английский язык был введен в Евросоюз только в середине 1970-х гг.

70

Глава 2. Современные тенденции развития языковых ситуаций в мире

Почти 30-летнее доминирование в Евросоюзе французского языка (с 1957 по 1992 г.) можно считать уникальным явлением в современной международной практике. Обычно это объясняется тем, что в то время французский язык был распространенным в 6 странах, создавших Евросоюз, причем в 3 из них он считался официальным языком, а в остальных – наиболее бы изучаемым. Более того, основные организации Евросоюза в то время располагались во франкоязычных городах Брюсселе и Люксембурге, причем административная деятельность Союза калькировала собственно французскую систему управления.

Моментом включения английского языка в категорию европейских средств межэтнического общения считается именно факт вхождения

в1973 г. в Евросоюз Великобритании и Ирландии. Это событие означало действительное вхождение английского языка на официальный уровень международного использования в Европе. При этом защита французского языка во Франции, Евросоюзе и мире превратилась

внастоящий политический акт. Жорж Помпиду в качестве одного из условий вхождения Англии в Общий рынок потребовал, чтобы она посылала в Брюссель только таких функционеров, которые знали бы французский язык, и англичане согласились с этим условием. Впрочем,

всвязи со вступлением в Общий рынок скандинавских стран в 1992 г. и стран Восточной Европы в 2004 г. ситуация изменилась так, что французский язык потерял свои ведущие позиции в Евросоюзе. Но на этот факт как правые, так и левые французские правительства вовремя не отреагировали должным образом. В результате принятия соответствующих решений граждане стран Общего рынка должны сегодня говорить по меньшей мере на двух иностранных языках, один из которых обязательно должен быть английский (который, кстати, в начальных соглашениях даже не упоминался). В конечном итоге английский язык был навязан участникам Общего рынка и практически превратился

вего единственный общий язык.

Впрочем, повсеместное распространение англоязычия в Европе, в частности на уровне индивидуального овладения английским языком, было и остается не совсем успешным. В 2001 г. в статье, опубликованной в Интернете на сайте www.sat-amikaro.org/spip.php?article288, говорилось о том, что во всех странах мира, за исключением англоязычных государств, расходовались огромные средства на публикацию работ на английском языке. При этом в статье подчеркивалось, что ясно и грамотно свои мысли выражают обычно только те люди, для которых этот язык является родным [Aspects socio-linguistiques de la mondialisation: электронный ресурс].

В этой же статье речь шла о том, как годом раньше, т. е. в 1999 г., генеральный директор завода «Рено» Луи Швейцер заявлял, что только

71

В. Т. Клоков. Французский язык в мире

английский язык должен использоваться в контактах между службами его предприятия, расположенными в разных регионах мира. Тем не менее два года спустя агентство «Франс-Пресс» распространило заявление сделанное тем же Л. Швейцером по поводу полезности создания специального фонда, который должен был позволить японцам лучше узнать Францию, изучая для этого язык французов. Как отмечал автор заявления, иностранный язык стал представлять трудность несколько большую, чем ожидалось. Английский язык выбрали в качестве объединяющего средства, но это оказалось настоящей ловушкой, которая привела к снижению производительности труда во всех областях.

Со своей стороны, президент Франции Жак Ширак, который

всвое время обучался английскому языку в Соединенных Штатах, во время своего посещения Нью-Йорка (после событий 11 сентября 2001 г.) скромно извинился перед слушателями за то, что не может выступать перед ними на английском языке и вынужден говорить пофранцузски, сказав при этом: «My English is not very good». Несколько раньше, а именно 25 сентября 1997 г., Жак Ширак в интервью датской газете Mon Quotidien, отвечая на вопрос, говорит ли он по-английски, когда бывает за рубежом, сказал: «Да, со своими друзьями, но только не в официальной обстановке, потому что на этом языке я говорю не очень хорошо, и это для меня было бы трудно. Когда говоришь на серьезные темы, надо быть уверенным, что тебя хорошо понимают» [Aspects socio-linguistiques de la mondialisation: электронный ресурс].

По возвращении с киотского саммита в декабре 1997 г. сенатор от департамента Сена Доминик Вуане заявил в газете Journal du dimanche, что все технические выступления звучали там по-английски без какого-либо перевода, причем это была конференция в Организации Объединенных Наций. Многие делегаты чувствовали себя униженными, так как были не в состоянии внятно отвечать на вопросы и не могли уверенно представлять свои аргументы.

Руководитель Шведского языкового комитета Маргарет Вестман заявила в шведской газете Svenska Dagbladet от 24 октября 1993 г., что шведы часто переоценивают свои языковые навыки, в частности

вобласти пользования английским языком, но их явно не хватает.

По данному вопросу 22 октября 2001 г. немецкое агентство печати DPA привело следующее мнение Хартмута Куглера – председателя Ассоциации немецких преподавателей-германистов: «Если человек хочет сказать что-нибудь, ему надо выразить свои мысли на том языке, который он знает лучшим образом». И продолжил: «Когда говоришь на иностранном языке, то в речи часто бывает трудно выразить нюансы, в то время как относительно легко понимаешь собеседника, если слушаешь его пассивно» [Aspects socio-linguistiques de la mondialisation: электронный ресурс].

72

Глава 2. Современные тенденции развития языковых ситуаций в мире

В 2017 г., отвечая на вопросы газеты «Фигаро», Пьер Фрат заметил, что в обозримом будущем английский язык вряд ли станет языком Франции. Тем не менее он будет занимать важное место в тех областях, которые до сих пор занимал французский, а именно в сфере науки, если только научные исследования и высшее образование будут склоняться в сторону исключительного употребления английского. В данном случае может произойти то, что принято называть потерей языка

вотдельной сфере: французы больше не смогут говорить на своем языке на темы, в полной мере связанные с имеющимися у них знаниями.

Впрочем, в современном мире существует только горстка языков, способных со всей полнотой выражать современную действительность. Из всех других языков планеты в большинстве не имеется достаточно слов для выражения полного объема современных знаний и понятий. Безусловно, они смогли бы приобрести эти слова, но потратили бы на это огромные силы в области неологии, а их носителям пришлось бы значительно повысить уровень своего образования в этой области. Однако об этом речь пока не идет. Напротив, сегодня обращается внимание лишь на английский язык, что приводит к развитию тенденции замены английским родных языков людей, даже если они (например, такие, как французский) остаются абсолютно пригодными.

Многие исследователи, в частности Алис Девелей, обращают внимание на то, что сегодня уже больше не существует французской империи и сами французы поняли, что их число составляет примерно 1% от общего числа мирового населения. Тем не менее многие считают, что их влияние на решение мировых проблем все еще значимо, причем независимо от их общедемографического веса. В то же время французы почувствовали, что их мировое влияние снижается и что их страна из центра собственной империи переместилась на периферию другой страны – Соединенных Штатов. В настоящее время они делают то, что обычно делают периферийные народы – приступили к изучению главного языка современности, каковым стал сегодня английский [Develey: электронный ресурс (а)].

Такое смещение в положении французского языка в мире произошло не без согласия политических сил в Европе, которые, к тому же, и сегодня не хотят открыто отвечать на ряд важных вопросов,

втом числе действительно ли Европа для своих внутренних и внешних контактов хочет иметь только английский язык и должна ли Франция знать ответ на этот вопрос и согласиться на английский монолингвизм или выступить против него. При такой дилемме выбор того или иного ответа привел бы соответственно или к окончательным похоронам, или к спасению французского языка. Если бы политика защиты французского языка была четко провозглашена на уровне Общего рынка, то за

73

В. Т. Клоков. Французский язык в мире

этим должно было бы последовать подписание двусторонних и многосторонних соглашений. Но в любом случае необходимо принимать во внимание значимость других языков Европы и развертывать кампанию по расширению и упрочению на континенте ситуации многоязычия.

Впрочем, вначале английский язык был широко употребимым только в таких областях, как экономика, промышленные технологии

иточные науки. Но с 1980 г. его использование в Европе стало нарастать – вначале медленно, а затем все быстрее. Активизация использования английского языка началась в связи со многими факторами – в первую очередь с развитием глобализационных процессов, требовавших использования английского языка в тех областях, которые относились к компетенции ЕС, с преподаванием английского языка

иповышением уровня владения им гражданами Евросоюза, с подготовкой новых поколений дипломатов и чиновников в американских, английских и европейских вузах по англоязычным специальностям, с расширением Евросоюза за счет вхождения в него в 1995 г. тех стран, в которых английский считается вторым языком. Нужно признать, что дипломаты и государственные служащие, пользовавшиеся английским языком лучше, чем французским, стали с трудом соглашаться на участие в такой системе управления, при которой французскому языку отводилось бы важное место, и старались заменить практику на такую, которая основывалась бы на собственно англоязычной системе.

Соответствующее распределение ролей между французским и английским языками в Евросоюзе регулировалось медленно. В 1991 г. исследователи отмечали, что при общении между собой служащие Еврокомиссии пользовались французским языком в 63% случаев, а английским – в 33%. Но при устном общении служащие и эксперты Евросоюза переходили на французский язык в 22% случаев, а на английский – в 31%. Письменная практика на французском языке осуществлялась в то время в 6% случаев, а на английском – в 59% [Truchot, 2001: 238].

Расширение использования английского языка происходило также за счет вытеснения немецкого языка, и до того занимавшего довольно скромное место в Евросоюзе. Тем не менее в первое время предусматривалось расширение использования немецкого языка в Центральной

иВосточной Европе, в частности в Венгрии и Польше. Однако такая перспектива до сих пор не открывается. Программы PHARE, TACIS для этой части Европы продолжают реализовываться исключительно на английском языке. Центральный европейский банк во Франкфурте, скалькированный с немецкого Bundesbank, также сегодня почти полностью работает на английском языке. Официально в нем могут использоваться 9 языков, но только английский употребляется при разработке

74

Глава 2. Современные тенденции развития языковых ситуаций в мире

ипринятии важных решений. По крайней мере на сайте Bundesbank используется только английский.

Клод Трюшо особо подчеркивает, что немецкий язык не смог «воспользоваться» предоставленными ему преимуществами в Евросоюзе, что в дальнейшем помешало ему стать международным языком. И это несмотря на то, что уровень развития Германии и других немецкоязычных сообществ в европейской экономике, политике и демографии становился довольно высоким. Французский же язык выигрывает у немецкого прежде всего в статусе. Так, поддержание преподавания французского языка в качестве иностранного обусловлено в некоторой степени его престижем как ведущего языка в Европе. Во всяком случае во многих странах, недавно вошедших в состав Евросоюза (в Швеции, Финляндии и Польше), отмечается расширение преподавания французского языка, а также значительное увеличение количества учащихся, изучающих его.

Тем не менее не ясно, сумеет ли в будущем французский язык сохранить свое сегодняшнее положение, а немецкий – улучшить свои позиции. Что же касается английского языка, то он продолжает занимать ведущее положение по всем направлениям, и можно предположить, что те факторы, благодаря которым он стал первым языком в Европе

имире, позволят ему и впредь наращивать свои преимущества, чтобы стать единственным языком общения на международном уровне. Однако для будущей перспективы французского языка все еще имеются экономические и культурные возможности, которые могли бы способствовать широкому использованию его во многих сферах европейской жизни [Truchot, 2001: 244–245].

Прослеживая движение Европейского союза в сторону англизации, А. Массон следующим образом представил динамику языковых предпочтений в публикациях стран Евросоюза в период с 1970 по 2009 г. (таблица):

Динамика выбора языков в средствах массовой информации стран Евросоюза в конце XX – начале XXI в., %

Эти изменения заставили членов Национальной делегации по языкам Франции заявить в своем отчете за 2006 г., что французский язык

75