В. Т. Клоков. Французский язык в мире

диверсификации и изучении языков» от 14 февраля 2002 г. Именно в этом духе известный политический деятель Франции Лионель Жоспен в 2001 г. поддержал политику, ориентирующуюся на разнообразие языков, и указал, что политика Франции представляется ему довольно умозрительной и удаленной от культурных и педагогических реалий. В частности, он заявлял:

«Для нас, европейцев, культура не является товаром. Прежде всего это часть нашей идентичности. Чтобы придать ей жизненности, Европа должна позволить всем разделить данное наследие. Необходимо как можно больше поддерживать мобильность студенчества, артистов и исследователей. Через 10 лет все молодые европейцы должны пройти часть своего обучения в какой-либо чужой для них стране, входящей в Евросоюз. Давайте обязательно обучаться по крайней мере сразу двум европейским языкам, причем с самого раннего детства. В школе все должно быть сделано так, чтобы наши дети осознали, что их национальное наследие вписывается в более широкие рамки, чем европейская культура» [цит. по: Phillipson, 2006: 34].

Еще в начале XXI в. общественные и политические деятели Европы, строя свои долгосрочные планы, предполагали что для их реализации потребуются огромные средства и радикальная смена ментальности. Конечно, школа в силу своих возможностей должна помогать молодым людям стать билингвами и трилингвами. В частности, этого добивались известные «европейские» школы 10 городов Европы. При этом предполагалось, что если учащихся придется обучать трем языкам, то влияние английского языка в этом случае будет уменьшаться. Однако такого результата можно ожидать только в том случае, если в Европе будет усилено обучение французскому и испанскому языкам, а также значительно расширено их использование в профессиональных контактах. Но, как отмечают специалисты, такая ситуация сегодня маловероятна, поскольку одновременно быстро возрастает роль английского языка, особенно в сферах торговли, высшего образования и молодежной культуры. Что касается французского языка, то в настоящее время его изучение сокращается везде, за исключением стран Африки южнее Сахары.

2.3. Развитие языков в условиях мультилингвизма

На мировой арене французский язык вплоть до 1939 г. оставался, с одной стороны, языком выражения своей собственно французской культуры, а с другой – языком мировой культуры, и как таковой мог бы

ивпредь находиться в зените, если бы продолжал удовлетворять потребностям средних слоев мирового сообщества, а те, в свою очередь,

ивпредь ориентировались бы на современную французскую культуру. Тем не менее французская культура уже в то время не в полной мере могла удовлетворять потребностям соответствующих слоев общества.

60

Глава 2. Современные тенденции развития языковых ситуаций в мире

Начиная с 1960-х гг. французский язык стал постепенно изгоняться из науки, причем элита французского общества начала проявлять безразличие к судьбе родного языка, а средний класс – все больше испытывать притяжение со стороны англо-американского языка, что обеспечивалось влиянием экономического фактора, а также постепенным превращением английского языка в язык знания, техники и власти.

И все же в то время у французского языка еще оставались некоторые преимущества перед английским, особенно на уровне традиционности, гуманизма и мудрости французской мысли. Действительно, к 1960 г. многие аналитики отмечали особое обновление французской культуры, в частности в области литературы. Однако уже тогда авторитет французского языка наталкивался на традиционный для французов формализм и общественная поддержка его в мире уже не могла спасти их язык. Чтобы французский язык смог восстановить теряемые им позиции, он должен был стать более открытым перед другими языками, а сами французы согласились бы на тесное сотрудничество с ними, лучшим образом приспособившись к новому видению мира и избрав тот путь, по которому уже в то время следовали многие другие народы.

Так, в 1960-х гг. слабеющий французский язык понемногу укреплял свои позиции за пределами Франции, прежде всего в Африке,

врезультате распространения на этом континенте современной культуры и обучения африканцев французскому языку в местных школах. Одновременно его престиж повышался в Квебеке, где в ходе «Спокойной революции» проводилась активная кампания по модернизации и пропаганде местного варианта французского языка.

Стого времени положение языков и их дальнейшая судьба на мировой арене все чаще стали рассматриваться с двух позиций: с позиции законов языкового рынка и с позиции мультикультурализма. В рамках мультикультурализма авторитет французского языка стал связываться прежде всего с совместной поддержкой его не только Францией, но и другими франкоязычными странами, с повышением к нему интереса со стороны некоторых народов мира, с желанием людей изучать его и пользоваться им. Подобная политика остается актуальной также

втех странах Европейского союза, где в рамках единого социальноэкономического содружества разные национальные сообщества продолжали ориентироваться на сохранение оригинальности их культуры и языков их народов. Так, на семинаре по вопросам существования языков во многоязычном мире, состоявшемся в 2006 г. в Брюсселе, Жак Дельмоли (Delmoly), в частности, говорил следующее:

«Взаимное понимание европейцев не может обеспечиваться единым языком, который, конечно, необходим в торговом обмене, но недостаточен для установления более глубоких социальных и культурных связей. Иными словами, если Европейский союз хочет представлять собой больше чем общее торговое пространство,

61

В. Т. Клоков. Французский язык в мире

то в деле языкового развития он не должен выбирать модель, основанную на использовании единого “лингва франка”. Если исходить из того, что каждый язык является носителем особого видения мира, то необходимо поощрять европейцев к раскрытию всего богатства их культур, даже путем неполного изучения языков своих соседей» [Delmoly, 2006: 57].

Именно эта философия объясняет тот факт, что с 2003 г., т. е. с момента принятия своей программы, Европейская комиссия по мультилингвизму не устает повторять, что «одного английского языка людям недостаточно».

В настоящее время в Европейском союзе к официальному использованию приняты 23 языка. При этом в европейской Хартии основных прав человека записано, что мультилингвизм должен уважаться повсеместно. Именно на основе этой Хартии в Евросоюзе был принят ряд законов, предоставляющих его гражданам право обращаться к официальным органам на любом из его официальных языков. В этих условиях естественной задачей стало широкое изучение тех языков, которые могли бы служить доступным инструментом общения между гражданами Евросоюза и его официальными органами.

Тем не менее мультилингвизм имеет не только положительные, но и отрицательные стороны. С этой точки зрения М. А. Марусенко следующим образом характеризует мультикультурализм:

«Каждый индивид, несомненно, имеет право говорить на любом языке по своему желанию и применять в частной жизни любые культурные практики. Но он не должен никого заставлять слушать его или предоставлять ему ресурсы для сохранения своего языка или культуры. Причина, по которой какой-либо язык угасает, не в том, что его носители отказались от своих прав, а в том, что бы они не хотят или не могут говорить на нем. Это может быть трагедией для отдельных людей и разочарованием для профессиональных лингвистов, но это не имеет никакого отношения к правам. Ни культура, ни образ жизни, ни язык не обладают божественным “правом на существование”» [Марусенко, 2015: 184].

Сегодня закон рыночной конкуренции отрицательно действует в отношении многих языков, что приводит к значительному снижению потребительского спроса на них. Снижение конкурентной способности французского языка означает постепенное перемещение его из группы суперцентральных в группу менее значимых языков на мировой арене.

2.4. Развитие языков в условиях рыночной конкуренции

Противоположный мультилингвизму подход к определению судьбы современных языков формулируется как закон рыночной конкуренции, согласно которому спрос на язык устанавливается с учетом эффективности реализации им своей основной, т. е. коммуникативной функции.

62

Глава 2. Современные тенденции развития языковых ситуаций в мире

В данном случае имеется в виду, что наибольшим спросом на международном рынке сегодня пользуются те языки, на которых общается максимальное число людей, беседующих в максимально широком спектре разговорных тем и в максимально доступных речевых ситуациях. Действие данного закона зависит от конкретных требований, которые в данный момент предъявляются к языкам на потребительском рынке. Как заключает Льонель Мене (Meney), в современных условиях количество языков в мире представляется избыточным, в связи с чем между ними создается весьма жесткая конкуренция, приводящая к поглощению некоторых из них. В таких условиях только те языки остаются востребованными, которые наилучшим образом отвечают запросам их пользователей; другие языки, напротив, из-за малой в них потребности приходят в упадок или исчезают вовсе. При этом искусственное воздействие на повышение рыночного спроса на тот или иной язык далеко не всегда приводит к положительному эффекту, тем более если влияние на данную ситуацию оказывается в основном методами идеологической пропаганды [Meney, 2010: 57].

Особенности развития языков в условиях рыночной конкуренции следующим образом описывает Луи-Жан Кальве: все современные языки составляют систему разноуровневых отношений, соответствующих тем политико-экономическим и культурным связям, которые исторически сложились между странами и народами. На том или ином этапе исторического развития один из этих языков может занять лидирующее положение и стать наиболее востребованным. Другие языки, согласно спросу на их использование, выстраиваются в некоторую иерархическую систему разных категорий. Сегодня, по мнению ЛуиЖана Кальве, на самом высоком уровне находится гиперцентральный английский язык, вокруг которого располагаются 10 менее значимых суперцентральных языков: арабский, китайский, французский, немецкий, хинди, японский, малайский, португальский, русский, испанский

исуахили. На каждом из них в мире говорят по 100 млн человек

иболее. Вокруг каждого из этих языков находятся группы по 100– 200 менее значимых так называемых центральных языков. В их орбиту входят языки, относящиеся к дальней периферии, общая численность носителей которых достигает от 4 до 5 тысяч человек [Calvet, 2001: 80].

На основе отношений доминирования и подчинения, складывающихся в этой системе, устанавливаются горизонтальные связи между языками одного уровня и вертикальные связи между языками, располагающимися на разном уровне. Так, суперцентральный французский язык находится одновременно в отношении подчинения к гиперцентральному английскому и равенства с другими суперцентральными языками мира (испанским, немецким, итальянским и др.). В то же время

63

В. Т. Клоков. Французский язык в мире

французский язык доминирует по отношению к той группе языков дальней периферии, которые входят в орбиту его подчинения: к бретонскому, корсиканскому и др. (на территории Франции), к бамана, волоф и др. (на территории бывших французских колоний в Африке)

ит. д. На каждом уровне устанавливается та или иная разновидность билингвизма: горизонтальный (например, франко-арабский, франко-ис- панский и др.) и вертикальный (например, англо-французский, франкокаталанский и др.) [Calvet, 2001: 80].

Вданной системе коммуникативная значимость каждого языка находится в зависимости от числа его непосредственных носителей

ипользователей тех языков, которые входят в его орбиту. Именно исконные носители и те его пользователи, для которых он не является родным, образуют коммуникативную среду языка и, следовательно, определяют его коммуникативную значимость. С этой точки зрения коммуникативная значимость английского языка представляется выше коммуникативной значимости китайского, так как в мире имеется большое количество носителей разных языков, которые, кроме своего родного, пользуются английским как языком мирового общения. Китайским же языком, кроме его иконных носителей, пользуется лишь незначительное число иностранцев, и именно этот критерий определяет уровень его коммуникативной значимости как более низкий по сравнению со значимостью английского языка.

Сегодня носители английского языка в большей степени тяготеют к монолингвизму. Это объясняется тем, что, владея английским языком в качестве родного и гиперцентрального, англоязычные жители планеты не нуждаются в освоении какого-либо иного языка. Что же касается носителей суперцентральных языков, то они, напротив, тяготеют к многоязычию и, наряду со знанием своего родного языка, стремятся осваивать гиперцентральный английский язык (вертикальный билингвизм) и один или несколько других суперцентральных языков (горизонтальный билингвизм). В этих условиях носители суперцентральных языков, изучая английский, увеличивают свои коммуникативные возможности гораздо больше, чем те, кто изучает только какой-либо другой суперцентральный язык. В свою очередь носители центральных языков стремятся освоить гиперцентральный (английский) язык, а также один или несколько языков из числа суперцентральных. Чем дальше родной язык удален от центра языковой галактики, тем актуальнее для его носителей становится знание английского языка. Таким образом, в случае освоения человеком английского языка у него значительно увеличиваются коммуникативные возможности.

По данному поводу Льонель Мене приводит следующее замечание:

64