5. Проблема сложности

В оценке деятельности любого научного подразделения важнейшее значение приобретает анализ того, на какие рубежи исследований оно вышло, какие проблемы рассматриваются в настоящее время. Если иметь в виду теоретико-познавательный аспект исследований по философии естествознания, то их современная направленность олицетворяется прежде всего проблемой сложности. Проблеме сложности в последнее время уделяется повышенное внимание. Проводятся соответствующие конференции, организуются специализированные научные подразделения. Все это, конечно, не означает, что проблема сложности является совершенно новой для современной науки: ее анализ имеет, несомненно, длительную историю. Вместе с тем нынешнее внимание к ней говорит о том, что мы наблюдаем изменения в нашем понимании сложности и возникновение концепций о новых классах сложности. Понятие сложности стало использоваться для выражения специфики определенного класса систем – сложных и сложноорганизованных. Один из основателей теории информации У.Уивер разделял историю познания на большие периоды, согласно чему наука вначале изучала простые зависимости, затем — неорганизованные сложности, а в наше время она перешла к исследованиям упорядоченной сложности. Другими словами, понятие сложности непосредственно связано с разработкой базовых моделей устройства мира и его познания.

Простейшие, исторически первые представления о сложности появились, когда в практике и познании встала проблема перехода, как ранее говорили, от единого ко многому, когда встала задача анализа свойств и поведения подобного многого. Сложность некоторых объектов и процессов здесь рассматривается как их «сложенность» из некоторых объектов и функциональных изменений. Весьма существенно, что элементы, составляющие сложную вещь, рассматриваются как простые. Для древних был характерен поиск первых начал, простых тел и простых движений, совокупностью и взаимодействием которых объяснялись видимые, чувственно данные человеку тела и движения. Подобный подход олицетворяет и определенную методологию познания, которая была характерна и для классического периода развития науки.

С развитием познания изменялись, обогащались и наши представления о сложности. Когда ныне говорят о сложности, то имеют в виду не просто катастрофическое нарастание элементов и параметров исследуемых систем, а раскрытие и анализ новых типов (классов, видов) взаимосвязей и взаимодействий в природе, отличных от взаимосвязей и взаимодействий, изучаемых классической наукой. В развитии новых представлений о сложности важнейшую роль сыграли и играют теоретико-вероятностные методы исследований, становление парадигмы вероятностного мира. Именно вероятностные методы ввели в науку представления о новых видах взаимоотношений и взаимодействий в мире и эти новые представления выражаются через понятие о случайном.

В последней четверти нашего века стали происходить дальнейшие коренные преобразования в базисной модели мироздания. Эти изменения олицетворяет разработка основ наших представлений о явлениях самоорганизации в материальном мире. Понятие самоорганизации родственно понятию жизни. Соответственно исследования явлений самоорганизации имеет такую же длительную историю как и исследования процессов жизни, ее природы и происхождения. Вместе с тем в исследованиях проблем самоорганизации в наше время произошел резкий скачок, вызвавший резонанс во всем современном познании. Этот перелом обусловлен властным вторжением физико-математических методов, концепций и идей в анализ явлений самоорганизации. В центре этих преобразований лежит анализ нового вида взаимосвязей и взаимодействий, которые и выражаются через представления о нелинейности. Нелинейность характеризует крайне «непростые» и необычные связи и процессы, а потому она символизирует дальнейшие преобразования и в наших представлениях о сложности. Возрастание роли и значения нелинейности в познании связано с возрастанием информационного аспекта в структуре и эволюции мира. Нелинейность еще далека от своего достаточно полного раскрытия и осмысления. Как сказал М.Бунге: «Факт, что нелинейные теории редки, является не столько особенностью природы, сколько признаком младенчества науки»⁴.

Почти все исследователи сложности обращают также внимание на идею иерархии как на важнейшую, сквозную идею анализа сложных систем. «...Среди всех сложных систем, — отмечает Г.Саймон, — только иерархии располагают достаточным временем на развитие»⁵. «...Сложность, — замечает Дж.Николис, — подрывает устойчивость, если не умеряется иерархической структурой»⁶. Весьма существенно понимание смысла иерархии в контексте учения о системах. Идея иерархии весьма древняя и история уже зафиксировала, что иерархия иерархии рознь. Иерархия возможна и в рамках систем жесткой детерминации, и в вероятностных системах, и в нелинейных системах. Иерархия выражает собою характер взаимоотношения между различными уровнями строения и детерминации систем и эти взаимоотношения могут быть весьма разнообразными: естественные иерархии усиливают эффективность функционирования как сложных систем в целом, так и ее элементов.

Соответственно сказанному изучение феномена сложности можно рассматривать в свете смены парадигм мышления. Классическая наука начинала с рассмотрения мира как состоящего из атомов, затем мир стал рассматриваться как построенный из атомов и полей, далее — из элементарных частиц, а ныне мир рассматривается как образованный из нелинейных динамических систем. Добавим, что через представления о последних характеризуются не только живые и социальные, но и квантовые системы. В качестве же исходного, рабочего определения сложности можно принять такое: сложные системы суть такие системы, поведение которых содержит акт принятия решений, что характеризуется как выбор из ряда возможных, включая альтернативные. Выбор содержит в себе и случайные механизмы. Другими словами, сложные системы суть системы с открытым будущим и, следовательно, их поведение в чем-то существенном неопределенно и непредсказуемо. Недаром на полуюмористическом языке высказывается, что сложность — это когда ожидаешь получить одно, а получаешь нечто совсем другое.