Эпистемологические проблемы поисков внеземных цивилизаций (seti)

Репутация проблемы SETI в научных кругах еще недавно была достаточно высокой, но за последние годы заметно поблекла и подвергается серьезным испытаниям. Иногда ее считают чуть ли не псевдопроблемой. Причина заключается отчасти в том, что в этой области науки пока не удалось достигнуть эмпирически значимых результатов. Но не менее важен еще один момент: пополнения «банка идей» по проблеме SETI принципиально новыми идеями за последние годы почти не происходит.

Но, несмотря на частичную утрату своего ореола, проблема SETI продолжает систематически обсуждаться на специальных форумах. Автор был участником двух советско-американских симпозиумов (Бюракан, 1970 год¹⁴⁶; Таллин, 1970 год¹⁴⁷). Значительное место проблеме SETI было уделено и в рамках мероприятий, проводившихся Научным советом и Институтом философии: симпозиумов по философским вопросам астрономии 1972 и 1986 годов, симпозиума 1987 года, состоявшегося вблизи Вильнюса¹⁴⁸. Мне пришлось быть одним из организаторов этих симпозиумов.

Наиболее сильное впечатление произвел, конечно, бюраканский симпозиум 1970 года. В нем приняли участие нобелевские лауреаты Ч.Таунс и Ф.Крик, такие выдающиеся исследователи Вселенной, как В.Л.Гинзбург, Ф.Дайсон, Ф.Дрейк, Н.С.Кардашев, Ф.Моррисон, Р.Оливер, К.Саган, Г.Стент, В.С.Троицкий, И.С.Шкловский и др. — практически все крупные специалисты по проблеме SETI. Обсуждались проблемы существования других планетных систем, внеземной жизни, эволюции разума, эволюции технических цивилизаций, длительности существования технологически развитых цивилизаций, астроинженерной деятельности, контактов между цивилизациями и последствий таких контактов. Многие из выступлений затрагивали эпистемологические проблемы SETI: так называемый астросоциологический парадокс (большая вероятность существования внеземных цивилизаций и полное отсутствие проявлений их деятельности), стратегия поиска цивилизаций, проблема взаимосвязи теории и наблюдения в контексте SETI. Но сами термины «философия» и «эпистемология» оставались «за кадром». Автор благоразумно избрал для себя роль слушателя и, как оказалось, поступил совершенно правильно. Из двух философов, приглашенных на симпозиум, выступить решился только один — Э.С.Маркарян, который рассматривал в качестве ключевого для понимания космической цивилизации понятия «адаптивно-адаптирующей деятельности». Град вопросов и критических замечаний буквально обрушился на докладчика со стороны американских участников симпозиума. А когда на заключительном заседании принималась резолюция, в которой перечислялись специальности участников: астрономы, физики, радиоастрономы и т.д., в проекте резолюции упоминались также философы. Но американцы решительно запротестовали, настаивая на том, что в США это не принято. После небольшой дискуссии нас обозначили термином «социологи», поставив в самом конце списка. При публикации материалов в США доклад Маркаряна был опущен.

Столь очевидная неприязнь к философским вопросам со стороны исследователей, которые четко отделяли свои собственные философские размышления от высказываний профессионалов-философов, конечно, не вдохновляла. Но на других симпозиумах — Таллинском и Вильнюсском — гуманитарные, в том числе философские, проблемы SETI заняли почетное место и обсуждались весьма благожелательно. В частности, доклад автора «Общие закономерности эволюции и проблема внеземных цивилизаций» получил одобрительную оценку члена-корреспондента АН СССР М.В.Волькенштейна. На Вильнюсском симпозиуме мировоззренческие и эпистемологические проблемы SETI были вообще основными.

Научный статус проблемы SETI несомненно специфичен, поскольку она представляет собой область исследования, применяющую средства и методы целого ряда естественных (астрономия, физика, химия, биология и др.), социальных (археология, лингвистика, антропология, история, социология и др.), технических (радиофизика, техническая кибернетика и др.) дисциплин. На какой основе возможно объединение средств, методов и знаний (в том числе концептуального аппарата) столь обширного комплекса разнородных наук, да и возможно ли оно вообще? По мнению автора, такой интердисциплинарной основой является научная картина мира.

АС-парадокс. Исходным моментом выработки различных стратегий поиска ВЦ (а в дальнейшем - аргументации в пользу идеи об уникальности земной цивилизации) стал «астросоциологический парадокс»: большая вероятность существования жизни (а в усиленном варианте полного освоения Вселенной космическими цивилизациями в духе идей К.Э.Циолковского и отсутствия в настоящее время каких бы то ни было следов их деятельности). Ценные соображения о природе АС-парадокса были высказаны М.Л.Гиндилисом. Точка зрения автора по этому вопросу сводится к следующему. Какая-то (или какие-то) из гипотез, входящих в структуру АС-парадокса, могут оказаться ошибочными и тогда парадокс возможно, будет разрешен просто выявлением неверной гипотезы. Однако, учитывая гетерогенность знаний, входящих в структуру АС-парадокса, на это мало надежды. Природа АС-парадокса заключается, по существу, в противоречии между серией экспертных оценок, приводящих к идеи распространенности жизни во Вселенной (включая разумную) и фактом (или тем, что пока принимается за «факт») молчание космоса.

Мы встречаемся таким образом, с почти беспрецедентным в науке случаем: не эмпирически значимые достижения, а именно их отсутствие (!) каждая стратегия поиска старается использовать как аргумент в свою пользу, свидетельствующая одновременно о неубедительности конкурирующей стратегии, основанной на другом сценарии эволюции ВЦ. Неудивительно, что в подобной ситуации наблюдательные программы поиска осуществляются до известной степени независимо от этих сценариев и ориентированы скорее, на случайный успех.

Известны две основных стратегии поиска, которые уже давно получили не очень удачные на современный взгляд, названия: концепция «земного шовинизма», согласно которой другие цивилизации по уровню энергопотребления сходны с нашей, и эволюционная концепция, согласно которой другие цивилизации могли намного превзойти нас в своем технологическом развитии. Обе концепции исходят из различных гипотез на уровне научной картины мира. Например, концепция земного шовинизма опирается на следующие представления: 1) число фундаментальных законов природы и общества не только конечно, но и не очень велико; 2) процессы биосоциальной эволюции различных космических цивилизаций мало отличаются друг от друга; 3) существует большое число цивилизаций, достигших уровень развития, близкого к нашему. На основе этих базисных представлений и формируется стратегия поиска цивилизаций, подобных земной, которые используют технику связи, сходную с нашей (радиосвязь). Эволюционная концепция заполняет пробелы в научной картине мира совершенно иными фундаментальными гипотезами. Она допускает, в частности, что: а) должны существовать еще неизвестные нам фундаментальные законы природы, которые могут быть известны другим цивилизациям и использоваться ими; б) вполне допустимо считать, что пути и темпы развития жизни, разума, технологически развитых цивилизаций могут быть различными; в) существуют космические цивилизации, уровень развития которых намного превышает наш собственный. Эти представления подсказывают иную стратегию исследования - поиск суперцивилизаций, обладающих высокоразвитой инженерной деятельностью. Поскольку ни одна из стратегий пока не привела к успеху, мы не знаем какая из них окажется более эффективной.

Наиболее экстравагантная, пожалуй, попытка объяснить «молчание космоса» была предпринята И.С.Шкловским. Сначала он придерживался мнения о возможности успеха программы SETI, но затем резко изменил свою точку зрения, высказавшись, наряду с М.Хартом, Ф.Типлером, С.Сингером в пользу идеи о возможной уникальности нашей цивилизации в смысле ее единственности во Вселенной. Эта точка зрения подчеркивает трудности и неопределенности, с которыми сталкиваются экспертные оценки числа ВЦ во Вселенной. Важен и этический аспект идеи уникальности человечества во вселенной. Тем не менее, эти моменты еще не доказывают каких-то особых преимуществ идеи уникальности человечества перед ее альтернативами. Призрак «чуда» в проблеме происхождении жизни на Земле, на который ссылается И.С.Шкловский, возникает лишь потому, что чисто вероятностный подход к этой проблеме оказывается явно недостаточным, а законы самоорганизации, которые посредством стохастических механизмов должны приводить к возникновению жизни при определенных условиях, нам пока неизвестны; иными словами, «чудо» в данном случае имеет скорее всего эпистемологическую природу, отражая лишь меру нашего незнания. А вывод о нашем практическом одиночестве во Вселенной никак нельзя считать «логически неизбежным» следствием исходных предпосылок. Ведь на одном и том же базисе экстраполяции основываются и все остальные попытки разрешения АС-парадокса, которые все, вобщем, проблематичны; наконец, социально-этический и гуманистический пафос столь же (если не в большей мере!) присущ концепции множественности ВЦ.

Изложенные соображения высказывались автором в дискуссиях с И.С.Шкловским. Его ответные замечания свидетельствовали, возможно, о том, что одним из наиболее сильных импульсов, побудивших И.С.Шкловского поддержать идею уникальности человечества, был его нарастающий социальный пессимизм.

Парадоксальным образом — ведь не одна внеземная цивилизация пока не обнаружена — разработка проблемы SETI имеет не только научное, но и практическое значение. Оно сохранилось бы даже в том маловероятном случае, если бы наша собственная цивилизация оказалась в конце концов единственной во Вселенной. Видимость парадоксальности сразу исчезнет, если мы учтем, что SETI позволяет нам взглянуть на самих себя как бы в «космическое зеркало». Например, моделируя возможные сценарии прогресса космических цивилизаций (включая вопрос о теоретически мыслимых путях разрешения ими глобальных проблем), можно получить ценную информацию в отношении подобных проблем, стоящих сейчас перед нами, не говоря уже о значении, которое имел бы непосредственный контакт с другой космической цивилизацией.