Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Психология развития субъекта образовательной и профессиональной среды. Коллективная монография

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
1 Мб
Скачать
☆
Знакомство будущих специалистов в области физической куль­туры и спорта с вышеизложенными аспектами проблемы агрес­сивности учит анализировать и отбирать необходимые идеи для дальнейшей практической работы, способствует повышению ин­тереса студентов к психологическим дисциплинам, их профессио­нальной компетентности и личностному росту.
Литература
1. Аристотель. Поэтика // Сочинения: В 4-х т. Т.4. М.: Мысль, 1984.
830 с.
2. Асмус В. Ф. Античная философия. М.: Высшая школа, 2009.
400 с.
3. Бердяев Н. А. О назначении человека. М.: Республика, 1993.
383 с.
4. Богомолов А. С. Античная философия. М.: Высшая школа,
2006. 390 с.
5. Большой психологический словарь / под ред. Мещерякова Б. Г.,
Зинченко В. П. М.: АСТ, СПб.: Прайм-Еврознак, 2008. 868 с.
6. Бэрон Р. Агрессия / Р. Бэрон, Д. Ричардсон. СПб.: Питер, 2001.
352 с.
7. Лихи Т. История современной психологии. СПб.: Питер, 2003.
448 с.
8. Лоренц К. Агрессия. М.: Прогресс, 1994. 272 с.
9. Майерс Д. Социальная психология. СПб.: Питер, 2007. 794 с.
10. Назаренко Т. И. Проблема нравственных ценностей и регуля­ции поведения в этических концепциях психологии философского периода // Значение прикладной психологии в новейшей истории России: материалы конференции. Ставрополь: СГУ, 2005. 226 с.
11. Руссо Ж.-Ж. Педагогические соч. / Ж.-Ж. Руссо: В 2-х тт. Т.2. М.: Педагогика, 1981. 656 с.
12. Фрейд З. Введение в психоанализ. Лекции. М.: Наука, 1991. 456 с.
13. Фрейд З. Психоанализ. Религия. Культура. М.: Ренессанс,
1992. 293 с.
14. Фромм Э. Анатомия человеческой деструктивности. М.: АСТ,
2006. 640 с.
15. Хьелл Л. Теории личности / Л. Хьелл, Д. Зиглер. СПб.: Питер,
2006. 607 с.
16. Эйдемиллер Э. Г., Юстицкис В. В. Психология и психотера­пия семьи. СПб.: Питер, 2008. 672 с.
41
Коллективная монография
ПСИХОЛОГИЯ РАЗВИТИЯ СУБЪЕКТА ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ И ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ СРЕДЫ
1.3. Восприятие агрессивности
как предмет исследования в социальной психологии
Ситуация социальной нестабильности и интенсивных социаль­ных сдвигов, наблюдаемая в нашей стране, приводит к тому, что создаётся не только «новый образ отдельных элементов соци­ального мира, но и образ самого общества» [1, с. 231]. В резуль­тате претерпевает существенные изменения процесс построения образа другого человека, который заключается в «лёгкости при­писывания другому образа врага». «Драматизм такого устояв­шегося способа атрибуции социальной ответственности, – пишет Г. М. Андреева, – заключается в том, что непосредственно в пе­реломный момент, переживаемый обществом сегодня, осущест­вляется перенос ответственности за неуспех с врага «внешнего» на врага «внутреннего», что [1, с. 230] наиболее характерно для сознания современной молодёжи. Итогом этого социально-психо­логического механизма, которым оперирует массовое сознание, является рост агрессивности, и, в частности, агрессивных образ­цов индивидуального поведения.
Развитие технологической цивилизации привело к пересмотру основных ценностей, идеалов, которые в прошлом выступали в ка­честве ограничителей агрессивных проявлений и способствовали упорядочиванию человеческих отношений. А. Г. Асмолов пишет, что в нашем обществе разрушена «культура страха», а вот «культура стыда» ещё не родилась; «в зазоре между этой культурой страха и культурой стыда распрямилась пружина агрессии, толкающая де­тей, подростков и молодёжь к насилию и жестокости» [3, с. 5].
Важность проблемы изучения агрессии и агрессивного поведе­ния отмечается многими исследователями в различных областях социальных наук и в особенности в психологии [1; 3; 5; 14; 17]. Дан­ная тематика лежит на пересечении сразу нескольких наук: пси­хологии личности, социальной психологии, политической психо­логии, педагогической и возрастной, юридической, медицинской психологии, семейной психотерапии. Необходимо отметить, что почти все исследователи стремились понять природу агрессии и вскрыть значение и смысл данного понятия на основе только од­ного какого-то фундаментального механизма, совершенно игно­рируя возможности описания агрессии с какой-либо иной теоре-
42
тико-методологической позиции.
Коллективная монография
Современные учёные считают, что возникновение и развитие агрессии и агрессивности зависит, в первую очередь, от обще­ственных условий, к которым относится как ближайшее окруже­ние, так и социальная формация, тип государства, в котором живёт человек. Однако исследование психологических причин агрессив­ности требует не только анализа влияния среды на человека, но и изучения его собственного отношения к ней, его личных пережива­ний и потребностей.
Постановка проблемы о связи между отношением к агрессии и самосознанием человека закономерна, так как агрессивные со­стояния трудно искоренить, если не обращаться к самосознанию человека, к осознанию им различных проявлений агрессивности, как у себя, так и у окружающих, поскольку у людей агрессия зави­сит не только от того, что они чувствуют, но и от того, что они дума­ют. Как отмечает В. С. Мухина, «индивидуальное бытие личности формируется через внутреннюю позицию человека, через станов­ление системы личностных смыслов, на основе которых человек строит своё мировоззрение, свою идеологию» [14, с. 57].
Однако в рамках каждого менталитета существуют разные тол­кования понятий агрессии и агрессивных проявлений, что объяс­няется различным историческим опытом, различными традиция­ми, способами поведения в определённых значимых ситуациях. Эти знания об агрессии носят не абстрактный характер, а явля­ются системой смыслов, значимых для данной группы и оказы­вающих влияние на их поведение в социуме, что в свою очередь может сказаться на процессах политической жизни страны. Поэто­му столь актуальна на сегодняшний день проблема изучения мен­тальности, связанная с особенностями построения «образа мира» у человека, в частности особенностей восприятия и понимания образа агрессивного человека.
Особенности этого восприятия проявляются в умении челове­ка выбирать по отношению к окружающим его людям наиболее подходящие способы поведения, способы обращения с ними. Мы считаем, что восприятие и понимание людьми, относящимися к разным возрастным, половым, профессиональным группам, об­раза агрессивного человека, различия в отношении, которые этот образ вызывает к себе у людей определённой социальной общно­сти, является достаточно важной проблемой в осмыслении агрес­сии и особенностей агрессивного поведения, ибо нельзя уяснить само общество, не зная особенностей проявления агрессивного
43
Коллективная монография
ПСИХОЛОГИЯ РАЗВИТИЯ СУБЪЕКТА ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ И ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ СРЕДЫ
поведения составляющих её членов и того, как это поведение ос­мысливается и символизируется в культуре. Кроме того, рассма­триваемые нами особенности восприятия образа агрессивного человека могут выступать и в качестве «ориентировочной основы поведения» (А. Н. Леонтьев).
Наиболее остро данная проблема встаёт в связи с усложнени­ем межэтнических отношений, особенно в нашем, Северо-Кав­казском регионе. Соответственно на сегодняшний день на пер­вый план выдвигается задача изучения особенностей восприятия агрессии и агрессивного человека представителями разных этни­ческих общностей, с тем чтобы проследить, какие представления у них при этом актуализируются, какие отношения возникают к другим национальностям, населяющим Северный Кавказ, особен­но русским. Это тем более актуально, так как такое восприятие влияет на формирование мировоззрения и миропонимание пред­ставителей этноса, которые проявляются в виде оценочных эта­лонов, личностных установок, накладывающих отпечаток как на «отражение» человеком людей из других этнических групп, так и на проявляющееся к ним отношение, что с необходимостью долж­но быть в центре внимания людей, занимающихся политическим обустройством общества.
Субъективная реальность, воспринимаемая человеком, пред­ставляет собой тот образ мира, в котором этот человек живёт, ту систему знаний, определённым образом структурированных и эмоционально окрашенных, которые воспринимаются им как ис­тинные. Поскольку мы рассматриваем социальные образы, необ­ходимо констатировать, что понятие «представления» в области межличностного восприятия отличается от общепсихологического понимания. Психологическая характеристика «взаимодействия» субъекта и объекта межличностного восприятия заключается в построении образа другого человека, в представлениях субъекта об объекте. И в этом случае мы имеем дело уже с социальными представлениями.
Социальные представления обозначают специфическую фор­му познания или «знания здравого смысла» (Д. Жоделе, С. Моско­вичи), содержание, функции и воспроизводство которого социаль­но обусловлены (П. Н. Шихирев, А. И. Донцов, Т. П. Емельянова, В. Л. Калькова, Е. В. Якимов, Г. М. Андреева и др.). В более широ­ком плане социальные представления – это свойства обыденного практического мышления, направленные на освоение и осмысле-
44
ние социального окружения.
Коллективная монография
Мы, вслед за П. Н. Шихиревым, рассматриваем социальные представления как основной элемент группового сознания: в них выражено отношение определённой группы к тому или иному объ­екту [19]. Исходя из этого, социальные представления выража­ют не индивидуальное мнение человека, а его мнение как члена группы, представителя определённой культуры. На эту особен­ность социальных представлений обращали внимание У. Липпман, Д. Жоделе, С. Московичи и др., указывая на то, что они нужны че­ловеку, для того чтобы понять смысл окружающего его мира, по­строить относительно непротиворечивую картину мира. При этом у социального представления «пристрастная», в понимании этого термина А. Н. Леонтьевым, природа, так как факты окружающего мира подвергаются трансформации и оценке, опираясь на реаль­ный социальный опыт человека.
По мнению Л. С. Выготского, А. Н. Леонтьева, А. Р. Лурии, С. Л. Ру­бинштейна представление о мире всегда дано в рамках некото­рой культурно-исторической системы значений и смыслов – опре­делённой социальной среды, общности, культуры. С позиций Л. С. Выготского и А. Н. Леонтьева, системный анализ человеческо­го сознания, в которое включаются и житейские представления об окружающем мире, других людях и себе («обыденное сознание»), требует изучения значения как единицы сознания. При этом систе­ма значений не только опосредует высшие психические функции, но и сама может быть организована в некие повествовательные структуры, вызывающие в сознании субъекта целостный контекст ассоциативных связей. Метод исследования данной проблемы «не может быть иным, чем метод семантического анализа, метод анализа смысловой стороны речи, метод изучения словесного значения» [6, с. 50].
На значимость изучения субъективной репрезентации и кате­горизации объективного мира указывают в своих исследованиях А. Г. Шмелёв, В. Ф. Петренко, Е. Ю. Артемьева и др. Так, например, по мнению В. Ф. Петренко, «исследование имплицитных теорий общественного сознания, его категориальных структур позволяет обществу рефлексировать самоё себя, и, следовательно, расши­ряя горизонты сознания, увеличивать степень свободы в выборе путей своего развития» [15, с. 179].
Работы в области психосемантики вносят весомый вклад в изучение представлений индивида о мире. Данное направле­ние возникло благодаря представлениям, в которых происходит
45
Коллективная монография
ПСИХОЛОГИЯ РАЗВИТИЯ СУБЪЕКТА ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ И ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ СРЕДЫ
разделение картины мира, присущей субъекту, и реальной дей­ствительности. «Именно разделение картины мира, связанное с индивидуальным опытом субъекта, его смысловым отношением к реальности, обусловливает противоречивость образа объекта межличностного восприятия, который нужно изучать», – считает М.А. Джерелиевская [7, с. 50]. В задачу психосемантики как раз и входит реконструкция индивидуальной системы значений, через призму которых происходит восприятие субъектом мира, других людей, самого себя [15]. Результатом такой реконструкции систе­мы значений является построение так называемого семантиче­ского пространства, то есть «нахождение системы тех латентных факторов, в рамках которых респондент «работает», так или ина­че оценивая какие-либо объекты» [18, с. 130]. При этом испытуе­мый не осознаёт существования самих этих факторов. Семанти­ческое пространство, по существу, является исследовательской моделью структуры индивидуального сознания, на основе которой происходит восприятие испытуемым объектов, их классификация, сравнение, описание и т.д.
Е. Ю. Артемьева, Ю. К. Стрелков, В. П. Серкин предложили ие­рархическое представление о структурах субъективного мира, образующих три слоя: образ мира (самый главный слой), картина мира (семантический слой) и перцептивный мир [Цит. по: 4, с. 38]. Е. Л. Доценко на основе этих слоёв выделил семантические уров­ни построения субъективного опыта [там же, с. 38]:
1) уровень семантических формул – представлен в сознании в повседневной жизни, содержит характеристику предметов и свойств;
2) уровень конструктов – устойчивое измерение мира, продук­том которого являются имплицитные модели того или иного фраг­мента реальности, к которой обращается человек;
3) уровень базовых допущений – глубокий, неосознаваемый, несущий в себе ядерные структуры представлений; «настройка готовности субъекта воспринимать мир или действовать в нём тем или иным образом».
Необходимо отметить, что одной из центральных проблем пси­хологии является проблема изучения закономерностей обыден­ного сознания, выполняющих регулятивную роль в поведении че­ловека, в его представлениях об окружающем мире. По мнению В. Ф. Петренко, сознание «не просто дублирует с помощью знако-
46
вых средств отражаемую реальность, а выделяет в ней значимые
Коллективная монография
для субъекта признаки и свойства, конструирует их в идеальные обобщённые модели действительности» [15, с. 16].
Д. Н. Завалишина, Б. Ф. Ломов и В. Ф. Рубахин выделили три системы семантики, взаимодействие которых определяет те зна­ковые системы, в которых человек отражает и анализирует мир [8]:
1) семантика, связанная с общепринятыми, общечеловеческими значениями и нормами (социальные нормы поведения, професси­ональный алфавит);
2) ситуативная (функциональная) семантика, в которой значе­ния отдельных элементов обусловливаются целью деятельности («цели деятельности детерминируют контекст и ракурс анализа элементов ситуации»);
3) индивидуальная семантика, обусловленная личностной зна­чимостью (профессия, интересы, индивидуальный опыт и др.).
Поскольку наше восприятие и представление мира является ка­тегориальным (опосредованным значениями), то проблема иссле­дования различных уровней обобщения может быть сформулиро­вана и как «проблема исследования различных уровней и форм репрезентации объекта субъекту» [15, с. 47].
При этом личностный смысл объектов и явлений действитель­ности проявляется в той характеристике, которую они приобрета­ют, будучи представлены субъекту в образе. Основными формами презентации субъекту личностного смысла объектов и явлений действительности, по мнению Д. А. Леонтьева, является их «эмо­циональная окраска» и «трансформация» [10]. В этом отношении, метод семантического дифференциала является операциональ­ным способом «улавливания» эмоциональной стороны смысла, вкладываемого индивидом в рассматриваемые объекты. В субъ­ективной семантике смысл определяется как «след взаимодей­ствия с объектом, явлением, ситуацией в виде отношения к ним» [2, с. 11].
В работах Е. Ю. Артемьевой был рассмотрен вопрос о том, как объект, обладающий неким смыслом, актуализирует те или иные структуры субъективного опыта, то есть, как смысл объекта вли­яет в результате на его субъективную репрезентацию и катего­ризацию. Так как значения в рамках построения семантических пространств задаются как пересечения категорий – координат семантического пространства, В.Ф. Петренко считает, что их мож­но рассматривать как «операциональный аналог категориальной структуры индивидуального сознания» [15, с. 102]. Кроме того,
47
Коллективная монография
ПСИХОЛОГИЯ РАЗВИТИЯ СУБЪЕКТА ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ И ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ СРЕДЫ
с помощью субъективных семантических пространств можно вы­делить субъективную значимость основания категоризации и описать имплицитную теорию субъекта относительно различных сфер предметной и социальной действительности [16].
Таким образом, с помощью применения психосемантических методов исследования достигаются следующие цели: 1) раскры­тие аффективных компонент смыслов, вкладываемых людьми в те или иные объекты, явления, понятия; 2) выявление тех факто­ров, которые определяют смысловую значимость объектов для человека: пространство, образуемое этими факторами, являет­ся тем самым семантическим пространством, в которое респон­дент как бы помещает объект, оценивая его каким-либо образом;
3) определение различий в восприятии человеком разных объ­ектов; 4) выделение типов людей, имеющих сходную картину из­учаемых смыслов, сходные психосемантические пространства; соответствующие усреднённые смыслы интерпретируются как значения объектов для субкультуры, отождествляемой с рассма­триваемым типом людей [18].
Проводя с помощью семантического дифференциала эксперт­ную оценку различных объектов и явлений, в нашем случае объек­та «агрессивный человек», можно определить скрытое отношение к ним. Описание этих представлений на модельном языке психо­семантики является актуальной задачей в области исследования проблем агрессии. Поэтому для изучения представлений об агрес­сивном человеке, которые могут возникать у людей под влияни­ем воспитания, обучения, личного опыта или даже стихийно, мы использовали методику психосемантического дифференциала. В исследовании принимали участие 200 респондентов – студенты и преподаватели СКФУ, а также учителя средних школ г. Ставрополя.
Изучение особенностей представлений об агрессивном чело­веке в выделенной нами социальной общности проводилось с учётом двух основных факторов: пола и возраста. Выбор данного критерия исследования был обусловлен тем, что между мужчина­ми и женщинами существуют достаточно важные различия в отно­шении агрессии (исследования Р. Бэрона, Д. Ричардсон, Д. Майер­са, М. Раттера). Эти различия относятся, во-первых, к проявлениям агрессии и использованию различных её форм, а во-вторых, к установкам относительно агрессии.
Исследователи утверждают, что и мужчины, и женщины придер­живаются противоположных социальных представлений об агрес-
48
сии (Campbell). Так, например, женщины рассматривают агрессию
Коллективная монография
как экспрессию, то есть как средство выражения гнева и снятия стресса путём высвобождения агрессивной энергии. Мужчины же относятся к агрессии как к инструменту, считая её моделью пове­дения, прибегая к которому можно получить социальное или ма­териальное вознаграждение. Кроме этого, мужчины более склон­ны прибегать к прямым формам агрессии, а женщины в основном пользуются косвенными действиями. Таким образом, мужчины и женщины действительно отличаются друг от друга относительно агрессии. При этом мужчины, как правило, более склонны к физи­ческой агрессии, чем женщины (по данным Р. Бэрона). Многие био­логи, занимающиеся изучением социального поведения (Sadalla, Kenrick, Vershure), связывают это с тем, что в прошлом подобное поведение давало возможность мужчинам передавать свои гены следующему поколению. Отсюда делается вывод о том, что ген­дерные различия в агрессии объясняются в основном генетиче­скими факторами.
В другом объяснении гендерных различии в агрессии рассма­тривается влияние социальных и культурных факторов. Наиболь­шее признание получила гипотеза интерпретации социальных ролей, предложенная Э. Ингли (Engly) и её сотрудниками. Соглас­но этой теории, гендерные различия в агрессии связаны с проти­воположностью гендерных ролей или иначе – представлениями о том, каким, в пределах определённой культуры, должно быть поведение представителей различных полов. При этом утвержда­ется, что многие народы считают, что для женщин должно быть больше характерно дружелюбие, беспокойство за других, эмоци­ональная экспрессивность. От мужчин же ожидается демонстра­ция силы – независимости, уверенности и подобных этим качеств. Это связано с тем, что в большинстве культур считается, что муж­чины должны вести себя во многих ситуациях более агрессивно, чем женщины. На основании полученных данных делается вывод о том, что гендерные различия в агрессии порождаются, хотя бы в некоторой степени, противоположностью гендерных ролей и сте­реотипами, которые имеются во многих культурах. Таким образом, противопоставление гендерных ролей является достаточно важ­ным фактором в представлении об агрессии.
Но все эти данные касаются в основном проявлений агрессии: поведения человека того или иного пола в ситуациях, связанных с агрессивными проявлениями, или различий в отношении к этим ситуациям. Между тем, мало изученным остаётся вопрос о том, су­ществуют ли различия в представлениях об агрессивном человеке
49
Коллективная монография
ПСИХОЛОГИЯ РАЗВИТИЯ СУБЪЕКТА ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ И ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ СРЕДЫ
между мужчинами и женщинами, и какие категории людей, в том числе и в возрастном диапазоне, они считают более агрессивными.
Таким образом, целью нашего исследования явилось рассмо­трение особенностей гендерных различий в представлении об агрессивном человеке. Гипотеза исследования состояла в том, что представления об агрессивном человеке в женской выборке испытуемых должны отличаться от особенностей представлений мужчин: поскольку женщины обладают более развитой эмпатий­ностью, им должна быть свойственна и более сложная «имплицит­ная теория личности» или «картина мира».
Процедура эксперимента и обработки данных.
Основным методом исследования категориальной структу­ры обыденного сознания выступало построение семантического пространства. Факторный анализ проводился по программе цен­троидного метода и включал подпрограмму поворота факторных структур по принципу varimax. Для построения субъективных се­мантических пространств, описывающих и дифференцирующих особенности представлений об агрессивном человеке мужчинами и женщинами, результаты испытуемых суммировались в группо­вые матрицы, раздельно по возрастному и половому признаку для студенческой и преподавательской групп. Затем к полученным ма­трицам данных применялась процедура корреляционного и фак­торного анализа. В результате обработки данных были выделены факторные структуры и найдены нагрузки по факторам. Анали­зируя результаты эксперимента, мы рассматривали особенности выделенных в результате факторизации исходных данных семан­тические пространства, расположение ролевых позиций, а также отдельные аспекты содержания, имеющие отношение к понима­нию образа агрессивного человека и агрессии.
Представим некоторые результаты проведённого нами иссле­дования. Обработка данных мужской и женской возрастных выбо­рок показала наличие в этих выборках трёх основных факторов – «Враждебность – Дружелюбие», «Самостоятельность – Несамо­стоятельность», «Доминирование – Подчинение». При этом в ос­новном для всех выборок испытуемых наиболее информативным, а значит, более значимым является первая ось семантического пространства, которая получила максимальный процент вклада в общую дисперсию (кроме 17-летних юношей). Наибольшее своё выражение фактор «Враждебность – Дружелюбие» получил в
50
выборке 20-летних юношей (40.6 % вклада в общую дисперсию)
Коллективная монография
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]