Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Общественная мысль России с древнейших времен до середины ХХ в. В 4 томах. Т.3 общественная мысль России второй четверти XIX – начала XX в.
.pdf
Глава 5. Идея представительной власти 201
соблюдения законов всеми и каждым и применимости их к нуждам
страны». Далее отмечалось, что «внешние и внутренние враги замолчат, когда народ в лице своих представителей, с любовью окружая
престол, будет постоянно следить, чтобы измена не могла ниоткуда
проникнуть»1.
Идеи дворянского конституционализма встретили неприятие
большей части правительства. Основной разработчик крестьянской
реформы Н.А. Милютин в частной беседе заявил: «Никогда… я не допущу каких бы то ни было притязаний дворянства на роль инициаторов в делах, касающихся интересов и нужд всего народа. Забота о них
принадлежит правительству; ему и только ему одному принадлежит
и всякий почин в каких бы то ни было реформах на благо страны.
Tout pour le peuple – rien par le peuple»2. Прусский посол О. фон Бисмарк докладывал своему министру иностранных дел: «Н. Милютин…
самый умный и смелый человек из прогрессистов, рисует себе будущую Россию крестьянским государством с равенством, но без свободы, с сильным развитием просвещения, промышленности, бюрократии, печати – по наполеоновскому образцу»3.
В 1865 г. император заявил в беседе со сторонником московского адреса звенигородским уездным предводителем Д.П. Голохвастовым: «Я даю тебе слово, что сейчас, на этом столе, я готов подписать
какую угодно конституцию, если бы я был убежден, что это полезно
для России. Но я знаю, что сделай я это сегодня, и завтра Россия распадется на куски»4. По этим причинам предложение министра внутренних дел П.А. Валуева о создании нижней законосовещательной
палаты – избираемого проектируемыми земствами съезда государственных гласных (1863) было отклонено.
С середины 1860-х гг. требования дворянских и земских собраний
о создании представительства временно прекратились из-за их безрезультатности и изданного 13 июня 1867 г. закона о порядке производства дел в земских, дворянских и городских, общественных и сословных собраниях. Закон, в частности, обязывал их председателей
под страхом уголовной ответственности не допускать обсуждения
и принятия «несогласных с законами или выходящих из круга предметов ведомства собрания» предложений5.
1
Там же. С. 54–55; Иорданский Н.М. Указ. соч. С. 141–143.
2
Глинский Б.Б. Борьба за конституцию. 1612–1861. М., 1908. С. 572. (Пер. с фр.:
Все для народа, ничего через народ).
3
Иорданский Н.М. Указ. соч. С. 65.
4
Сватиков С.Г. Указ.соч. Ч. 2. С. 58.
5
ПСЗРИ. Собрание II.Т. 42. Отделение 1. СПб., 1871. № 44690. С. 896–898.
202
Общественная мысль России с древнейших времен до середины XX в. Т. 3.
Представители дворянского либерализма, находившиеся в эмиграции, выступали более последовательно. В 1862 г. в Лейпциге кн.
П.В. Долгоруков опубликовал брошюру «О перемене образа правления в России»1. В ней крайне резкие выпады против правящей династии и бюрократии сочетались с довольно умеренной политической
и особенно социальной программой. Публицист опровергал утверждения о неготовности России к конституционному правлению из-за
необразованности народа (ссылаясь на опыт стран Южной Европы
и Бразилии), о нежелательности установления всевластия дворянства (утверждал, что оно уже существует и будет устранено всесословным голосованием), отсутствия среднего сословия (указывал на
существование почетных граждан, купцов и мещан, а также бедных
дворян) и др. Долгоруков признавал основательность возражения,
связанного с обширностью и разнородностью империи, но предлагал
решить эту проблему путем введения децентрализации. Князь считал неприемлемым всеобщее голосование из-за вотирования неимущими по указанию местных властей или богатых и влиятельных лиц
и предлагал ввести невысокий имущественный или образовательный
или служебный цензы. В отличие от законов о выборах в земства
и впоследствии в Государственную думу, не предусматривалось голосование крестьян по общинной земле.
Долгоруков был сторонником двухпалатной системы из-за необходимости умерять «безостановочное движение вперед» и вставать на пути «таким потокам понятий ложных, которые мгновенно
овладевают умами, упояют общественное мнение»2. Проектируемая
верхняя палата (Боярская дума или Дума государственных советников) должна была состоять из 500 пожизненных членов не моложе
35 лет, из которых половина должна была назначаться императором,
половина избираться Земской думой из кандидатов, предложенных
областными сеймами. В число назначенных членов должны были
войти представители духовенства: 15 или 20 от православного, по
4–5 от римско-католического, лютеранского и старообрядческого,
по 1–2 от иудейского и мусульманского. Также членами верхней палаты должны были являться наследник престола и великие князья
после достижения совершеннолетия.
Нижняя палата – Земская дума должна была избираться уездными «сходками» избирателей в составе 600–700 депутатов. Она могла
быть распущена императором с немедленным проведением новых
1
Долгорукий П.В. О перемене образа правления в России. М., 2016.
2
Там же. С. 62–64.
Глава 5. Идея представительной власти 203
выборов и созывом нового состава не позднее чем через 4 месяца после роспуска.
Предлагалось издавать законы с согласия обеих палат и императора. В бюджетных вопросах решающим должно было стать мнение
Земской думы: она получала право отклонять простым большинством поправки верхней палаты, вето императора по этим делам
предлагалось запретить.
Главой государства являлся неприкосновенный и безответственный наследственный император с широкими полномочиями. Он
должен был назначать и увольнять чиновников и офицеров, осуществлять «верховное начальство над войсками», объявлять войну, заключать мирные и иные договоры (с утверждением Земской думой
постановлений о торговле и расходах) и др.
Долгорукий считал необходимым «предоставление исполнительной власти главе государства под ответственностью министров,
им назначаемых по его воле, но которые, разумеется, не могут оставаться на своих местах, если не имеют за себя большинства голосов
в палатах»1. Предусматривалась обязательная скрепа императорских
указов министрами, которые должны были нести судебную ответственность перед палатами за незаконные действия. Для рассмотрения судебных дел членов императорской фамилии, членов обеих
палат и областных сеймов, министров, сенаторов и губернаторов проектировался Верховный уголовный суд из 60 пожизненных членов,
из которых император и обе думы назначали (избирали) по одной
трети. Император не должен был обладать правом помилования или
смягчения наказания осужденных этим судом.
Долгоруков высказывался за введение конституции императорской властью, но сомневался в способности Александра II это сделать. Поэтому он, ссылаясь на западные образцы, рассчитывал на
переход к конституционному строю по требованию народного представительства, вынужденно созванного находящимся в тяжелом положении правительством, или же путем военного переворота, или
поддержанного массами военного восстания (на манер английской
«Славной революции»).
В 1860-е гг. сторонником созыва Земского собора стал Н.И. Тургенев. Обоснованию этой идеи посвящена его книга «Чего желать для
России?» (1868). Отрицая способность бюрократии завершить намеченные реформы, Тургенев писал: «Один только совокупленный
ра зум всего народа, народа равноправного, одна только сосредото-
1
Там же. С. 51–52.
204
Общественная мысль России с древнейших времен до середины XX в. Т. 3.
ченная его нравственная сила, словом, один только “Земский собор”
может помочь народолюбивому правительству разрешить все многотрудные вопросы, окончательно устроить государство и упрочить
благоденствие его»1.
По мнению публициста, только представительство сможет предотвратить бюрократический застой в государственных делах и даст
«здравое направление умам, мнению общественному»2. Отмечалось,
что созыв Земского собора повысит престиж России как среди славяно-греческих народов, так и в Западной Европе. Собор должен был
включать 400–500 членов, «избранных всем народом, всеми сословиями, в соразмерности значения их не только интеллектуального или
нравственного, но и числительного»3, а также членов по назначению
(1/4 или 1/5 часть).
Собор должен был стать постоянно действующим учреждением
и получить законодательные права, в том числе право законодательной инициативы. Вместе с тем Тургенев выражал сомнение, что это
произойдет в ближайшее время. По его мнению, «долго, очень долго
эти права останутся, так сказать, без употребления» и «долго, очень
долго “Земский собор” не будет, по нашему мнению, ни чем иным, как
совещательным собранием»4. Делая акцент на «единодушии» членов
Земского собора, Тургенев предостерегал их от систематической
оппозиции правительству, ибо это неминуемо встретило бы «самое
сильное негодование со стороны масс народных, безусловно и вполне
преданных престолу»5.
С 1860-х гг. среди славянофилов возникли разногласия по отношению к народному представительству. Против его создания возражали кн. В.А. Черкасский и Ю.Ф. Самарин. Если князь делал упор
на то, что у славянофилов практически нет шансов войти в его состав, то Самарин был противником ограничения самодержавия6. Он
утверждал: «...Народной конституции у нас пока еще быть не может,
а конституция не народная, т. е. господство меньшинства, действующего без доверенности от имени большинства, – есть ложь и обман»7.
В то же время другие славянофилы (К.С. Аксаков) высказывались за нерегулярный созыв Земского собора по усмотрению госуда-
1
Тургенев Н.И. Чего желать для России? Лейпциг, 1868. С. XXXI, 57–58.
2
Там же. С. 113.
3
Там же. С. 79–80.
4
Там же. С. 72–73.
5
Там же. С. 91.
6
Дудзинская Е.А. Указ. соч. С. 240.
7
Русь. 1881. 30.5. С. 13–14.
Глава 5. Идея представительной власти 205
ря. В 1855 г. А.И. Кошелев составил записку «О денежных средствах
России в настоящих обстоятельствах», в которой доказывал необходимость созыва в Москве «выборных от всей земли русской» для введения новых налогов с целью покрытия военных расходов1.
По сути, в проекте Кошелева речь шла о разовом представительстве. Так, 30 августа 1859 г. он писал А.И. Герцену: «Мы за самодержавие, потому что освободить крестьян (дело самое важное для нас)
может только одно самодержавие. Представительство теперь у нас
невозможно, ибо в нем будет играть роль дворянство, самое гнилое
у нас сословие и… всякая вымышленная конституция есть для государства величайшее зло. Дайте времени: самодержавие возможно,
пока нет другой силы, могущей его ограничить. Этой силы еще нет, ей
надобно возникнуть, развиться и окрепнуть. Освобождение крестьян
должно быть к этому первым шагом»2.
Однако среди славянофилов были и те, кто настаивал на необходимости постоянно действующего относительно демократического
представительного собрания с решающими полномочиями. Наиболее ярким выразителем этой точки зрения в 1860-х гг. оказался
Кошелев. В 1862 г. в брошюрах «Какой выход России из настоящего положения» и «Конституция, самодержавие и Земская дума» он
предложил возложить на Думу рассмотрение всех законопроектов,
бюджета и финансовых отчетов. Ее полномочия, по его мнению,
должны были стать промежуточными между совещательными и решающими: император получал право утверждать мнение либо большинства, либо меньшинства Земской думы. По замыслу Кошелева,
Дума не имела права законодательной инициативы. Однако она по
заявлениям своих членов и местных представительных собраний
могла обращаться с прошениями непосредственно к императору.
Министры, по мнению Кошелева, должны были назначаться из состава Земской думы. Это, считал он, необходимо для доверия страны к правительству, а также гласного и открытого ведения государственных дел3.
За создание «установления, при помощи которого могли бы правильно выражаться и своевременно удовлетворяться разумные желания страны», в начале 1860-х гг. выступал славянофильский журнал
«Отечественные записки»4.
1
Дудзинская Е.А. Указ. соч. С. 228–230.
2
Там же. С. 225–226.
3
Сватиков С.Г. Указ. соч. Ч. 2. С. 10–11.
4
Китаев В.А. Либеральная мысль в России (1860–1880 гг.). М., 2004. С. 31–34.
206
Общественная мысль России с древнейших времен до середины XX в. Т. 3.
В то же время теоретики интеллигентского либерализма в начале 1860-х гг. были склонны поддержать правительство. К.Д. Кавелин
считал выступления дворянских собраний в пользу представительства основанными на эгоистических интересах и направленными
на захват власти и восстановление крепостного права1. В брошюре
«Дворянство и освобождение крестьян» (1862) Кавелин, отстаивая
либеральные реформы (введение гражданских свобод и неприкосновенности личности, независимого и гласного суда, упорядочение
государственных финансов, развитие народного образования и т. п.),
не отрицал возможность проведения этих преобразований монархической властью. Такой подход он аргументировал неготовностью
России к представительному правлению (малочисленность среднего
сословия, неготовность народных масс к участию в политике, невозможность сословной конституции).
«Чтобы иметь представительное правление, надобно сперва получить его и, получивши, уметь его поддерживать, а это предполагает
выработанные элементы представительства в народе, на которых бы
могло твердо и незыблемо основываться и стоять здание представительного правления… Составных стихий народа у нас две: крестьяне
и помещики; о среднем сословии нечего говорить: оно малочисленно и пока так еще незначительно, что не идет в счет. Что касается до
масс народа, то, конечно, никто, зная их хоть сколько-нибудь, не сочтет их за готовый, выработанный элемент представительного правления… остается дворянство. В наше время трудно себе представить
исключительно дворянскую конституцию… Политические права
одного сословия и отсутствие политических прав для всех других –
это теперь что-то немыслимое, такое, что встретило бы единодушное
противодействие не только со стороны правительства, но и со стороны всего просвещенного, либерального в России… Дворянство материально расстроено, политически стоит изолировано или враждебно
с прочими классами, не представляет ничьих интересов, кроме своих
собственных, не составляет стройного, органического сословия, не
пользуется даже своими сословным правами и участием в местном
управлении… При таких условиях представительное правление у нас
невозможно…»
2
Б.Н. Чичерин в конце 1850-х гг. в издаваемых Герценом «Голосах из России» писал о необходимости отмены крепостного права,
1
Арсланов Р.А. К.Д. Кавелин: человек и мыслитель. М., 2000. С. 189.
2
Кавелин К.Д. Собр. соч.: в 4 т. Т. 2. СПб., 1904. Стб. 136–141, 154–155.
Глава 5. Идея представительной власти 207
введения свободы совести, печати, преподавания, публичности административных действий и судопроизводства, но ничего не говорил
о представительстве1. Впоследствии (1878) он так описывал возможность создания представительства в начале 1860-х гг.: «Избирать такую пору для введения конституционного порядка было бы то же, что
пустить корабль по воле ветра и волн. Этим… давалась точка опоры
всем разнузданным страстям и интересам… Результатом подобного
шага могло быть лишь усиление анархии, а вслед за тем – неминуемое торжество реакции, которая могла уничтожить не только едва
зарождающуюся политическую свободу, но и юные преобразования,
не успевшие еще упрочиться в народной жизни»2.
В своей работе «О народном представительстве» (1866) Чичерин доказывал, что наилучшей формой правления является конституционная монархия с цензовым двухпалатным парламентом. По
его мнению, верхняя палата должна была состоять из представителей высшей бюрократии и крупного землевладения, а нижняя – из
представителей средних классов. При этом ученый полагал, что для
введения представительного правления необходимы, в частности, отсутствие сословной розни и наличие «крепких и проникнутых государственным духом партий, способных стать во главе управления»3.
Также отмечалось несоответствие представительного правления традициям и психологии российского народа и указывалось, что чисто
дворянское представительство «ослабит реформаторский потенциал» власти4.
По свидетельству меньшевистского публициста начала ХХ в.
Н.М. Иорданского, радикальная интеллигенция «до 19 февраля
1861 г. сознательно и бессознательно стояла если не на стороне правительства, то, во всяком случае, против его врагов, какими являлись
дворяне-конституционалисты». Однако затем «не удовлетворенная
“Положением” 19 февраля, встревоженная явными признаками политической реакции и выбитая из колеи новым строем жизни, беспоместная и мелкопоместная дворянская интеллигенция заволновалась и в университетах, и в армии, и в канцеляриях, и в литературе.
К ней примкнула и разночинная интеллигенция, стремившаяся к по-
1
Пирумова Н.М. Земское либеральное движение. М., 1977. С. 54.
2
Чичерин Б.Н. Конституционный вопрос в России // Опыт русского либерализ-
ма. М., 1997. С. 57.
3
Там же. С. 92–95.
4
Нарежный А.И. Эволюция конституционных воззрений Б.Н. Чичерина // При-
звание историка. М., 2001. С. 100–101.
208
Общественная мысль России с древнейших времен до середины XX в. Т. 3.
литической свободе и политическим правам. В 1861 году возникают
первые общества конституционалистов»1.
В частности, Н.Г. Чернышевский в середине 1850-х гг. был противником конституционного правления как выгодного лишь привилегированным классам, но на рубеже 1850–1860-х гг. стал выступать
за политическую свободу и в 1862 в «Письмах без адреса» поддержал
конституционные требования тверского земства2.
С начала 1860-х гг. все революционные прокламации говорили
о необходимости созыва представительства (Народное собрание,
Земской собор, Учредительное собрание, Земская дума). Одним
из умеренных был составленный неизвестными лицами и напечатанный в газете «Великоросс» в 1861 г. проект адреса императору
с требованиями созыва «представителей русской нации, чтобы они
составили конституцию для России», а также «представителей польской нации… чтобы они устроили судьбу своей родины сообразно ее
потребностям»3.
Сходные идеи отстаиваются в проекте адреса, разработанном
в 1862 г. редакцией «Колокола» под влиянием выступлений дворянской оппозиции, прежде всего тверского адреса4. В нем после
длительной вступительной части о якобы наступившем в результате непродуманной реформы 1861 г. экономическом и социальном
крахе говорится: «Государь! Не спросясь народа, нельзя спасти государства. Без Земского собора, который один в состоянии найти из
совокупности местных экономических средств способ спасти разоренное государство и безденежное правительство, нельзя обойтись
безнаказанно». Со ссылкой на опыт сельского и волостного самоуправления (только создававшегося) утверждалось, что «народ
знает хорошо своих избранных и способен избрать людей, могущих
обсуждать общие нужды и спасти Россию надлежащими постановлениями и указаниями, чего сделать уже не в силах ни сословное
дворянство, ни правительство вашего величества, составленное из
дворян, чиновников»5.
В проекте содержались требования всеобщих и равных выборов.
Предполагалось, что выборщики от городов и волостей выдвинут из
своей среды 3 кандидатов, из которых население уезда прямым го-
1
Иорданский Н.М. Указ. соч. С. 118.
2
Валицкий А. История русской мысли от Просвещения до марксизма. М., 2013.
С. 218.
3
Иорданский Н.М. Указ. соч. С. 119–123.
4
Пирумова Н.М. Александр Герцен. С. 141–142. Документ не был опубликован.
5
Там же. С. 126–127.
Глава 5. Идея представительной власти 209
лосованием сможет избрать депутата. Земский собор обладал всей
полнотой законодательной власти и правом рассмотрения «всех
вопросов, которые Земский собор почтет нужным обсудить и решить». Общество «Земля и воля», действовавшее в 1862–1863 гг.,
усматривало основной источник бед страны в ее политическом
строе и требовало созыва Народного собрания (Земского собора) из
«выборных представителей свободного народа» с учредительными
функциями1.
В большинстве революционных листовок начала 1860-х гг. созыв народного представительства предусматривался лишь после
свержения монархии и проведения ряда мероприятий революционного характера. Так, например, в воззвании «Молодая Россия»
предлагалось после поголовного истребления всех имущих классов
и установления революционной диктатуры созвать Национальное
собрание в столице, а также областные собрания для установления
федеративной республики. Предлагалось предоставить областям
право самостоятельно решить вопрос о вступлении в нее или получении независимости2.
М.А. Бакунин в 1863 г. требовал созыва «Всенародного земского собора», который должен представлять именно народные массы,
а не вызывающие их ненависть дворянство и чиновничество. При
этом один из ведущих теоретиков анархизма открыто утверждал, что
в случае опоры царя на такой Собор «и мир, и вера восстановились
бы как чудом, и деньги нашлись бы, и все бы устроилось просто, естественно, для всех безобидно, для всех привольно…», в противном случае, по его мнению, произойдет «кровавая революция»3. Такой исход
Бакунин считал неизбежным из-за недоверия императора к народу
и нежелания поступиться своей властью. Спустя несколько лет Бакунин признавал эти идеи ошибкой, вызванной надеждами на созыв
Собора правительством4.
Следующий этап в эволюции идеи представительной власти
в российской общественной мысли начинается со второй половины 1870-х гг. Он был связан с усилением недовольства положением
в стране и правительственной политикой. Во-первых, широкие общественные слои буквально раздражали реакционные «эскапады» министра народного просвещения гр. Д.А. Толстого. Во-вторых, в связи
1
Сватиков С.Г. Указ. соч. Ч. 2. С. 36.
2
Там же. С. 36–38.
3
Бакунин М.А. Народное дело. Романов, Пугачев или Пестель? М., 1917. С. 30–31.
4
Пирумова Н.М. Александр Герцен. С. 145.
210
Общественная мысль России с древнейших времен до середины XX в. Т. 3.
с решением Александра II предоставить в 1879 г. конституцию российская передовая общественность была явно уязвлена недоверием
к ней самодержавной власти. Усугубленное этим решением монарха недовольство обусловило радикализм общественных требований
в отношении политических преобразований в России. Неслучайно на
данном этапе проблема народного представительства оказалась в фокусе внимания общественности.
В пользу представительства высказывались представители почти
всех общественно-политических течений, кроме части консерваторов
и части течений радикалов.
За конституционное правление с 1870-х гг. стали единодушно высказываться либералы. В выражавшем их взгляды журнале «Вестник
Европы», учитывая цензурные условия, участились публикации статей, в которых подробно рассказывалось о различных типах конституций и, соответственно, основанных на них типах политических систем. Такого рода публикации преследовали цель пробудить интерес
у представителей российской общественности к осмыслению преимуществ западноевропейского опыта конституционного правления.
Учитывая реальные условия России, теоретики либерализма вынуждены были оглашать более скромные требования.
В 1875 г. обозреватель «Вестника Европы» Л.А. Полонский высказался за объединение земского самоуправления и коронной администрации на губернском и уездном уровне, а также за выдвижение губернскими земствами кандидатов в Государственный совет
(2–3 человека на место, из них император должен был назначать
на 3 года одного члена Совета). Однако эту статью не пропустила
цензура1.
В этот период большое внимание проблемам конституции и народного представительства продолжал уделять Б.Н. Чичерин. В работе «Конституционный вопрос в России» (1878) Чичерин объявил
переход к конституционной монархии задачей ближайшего времени.
Отмечалось, что самодержавие не способно обеспечить гражданскую
свободу, а также его невозможно представить без привилегированной
аристократии. Поэтому отмена дворянских привилегий со временем
приведет либо к демократическому цезаризму (на манер древнегреческой тирании или бонапартистского правления), либо к конституционному порядку. Мыслитель отмечает, что первый вариант не
соответствует традициям России, недолговечен и ведет к «всеобщему унижению умов»2. Поэтому Чичерин доказывал необходимость
1
Китаев В.А. Указ. соч. С. 202–221.
2
Чичерин Б.Н. Конституционный вопрос в России. С. 64.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]