Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Концепция уголовного досудебного производства в правовой доктрине современной России. Монография
.pdf
дела. Непроцессуальная деятельность должна лишь дополнять, сопровождать
процессуальную деятельность, но не подменять ее. В той же степени излишняя
"процессуализация" производств, которым точная, детальная процедура не
требуется, "ведет не к чему иному, как к регрессу, к стагнации судопроизвод
ства"74.
В связи с этим в юридической литературе последних лет появились серь¬
езные суждения по поводу кардинальной модернизации стадии возбуждения
уголовного дела. Для этого есть причины не только теоретического толка.
Изучая проблемы расследования преступлений в современных условиях,
Б.П. Сандрюков выделил наиболее распространенные при возбуждении уго¬
ловного дела уголовнопроцессуальные правонарушения: неквалифицирован¬
ное реагирование на заявления и сообщения о преступлении; превышение
сроков проверки информации и несвоевременное принятие процессуальных
решений; различные формы сокрытия преступлений от учета75.
Справедливости ради необходимо признать, что институт возбуждения
уголовного дела с вынесением соответствующего постановления в свое вре¬
мя сыграл положительную роль как некоторая форма процессуального конт¬
роля за обоснованностью начала производства по делу. Вместе с тем "в на¬
стоящий момент (речь идет о процедурах по УПК РСФСР, хотя проблема со¬
хранилась и в УПК РФ.
Ю.Д.),
пишет Б.Я. Гаврилов, данный инсти¬
тут на практике приводит к осуществлению органом расследования повторных
следственных действий с целью придания им формальноюридической значи¬
мости, что отягощает процедуру следствия бюрократическими проволочками"76.
Убежденная сторонница сохранения стадии возбуждения уголовного дела,
Н.А. Власова видит доследственное производство "существенной правовой
гарантией от необоснованного привлечения граждан к уголовной ответствен¬
ности, применения мер процессуального принуждения, а также предотвра¬
щает расследование и доведение до суда деяний, в которых нет состава пре¬
ступления, предупреждая тем самым напрасные издержки"77. Таким образом дан¬
ный институт существует лишь для "поиска или открытия" преступления.
Но если нет преступления, не может быть и уголовного процесса, а соответственно,
и процессуальной формы, о своеобразии которой рассуждает автор!
73
См.: Поляков М.П. Указ. соч. С. 104106.
74
Поляков М.П. Указ. соч. С. 97.
75
См.:
СандрюковБ.П. Актуальные проблемы расследования преступлений в со¬
временных условиях // Следователь. 1998. № 3. С. 42.
76
Гаврилов Б.Я. Проект уголовнопроцессуального кодекса России и вопросы
досудебного производства // Юридический консультант. 1998. № 1. С. 17.
77
Власова Н.А. Проблемы совершенствования форм досудебного производства в
181
Предлагая пути реформирования стадии возбуждения уголовного дела
(переименование ее в стадию рассмотрения и разрешения сообщений о пре¬
ступлениях; признание за актом возбуждения уголовного дела статуса юри¬
дического основания лишь для применения мер процессуального принужде¬
ния; распространения на данную стадию положений доказательственного
права, допуск производства следственных действий и др.), Н.А. Власова вольно
или невольно признает, что все обозначенные ею проблемы, в частности труд¬
ности вовлечения в процесс доказывания сведений, полученных до возбуж¬
дения уголовного дела, и есть негативные последствия или порождение вве¬
дения в советский (российский) уголовный процесс данной стадии и право¬
вого института.
Большая группа ученых, также считающих необходимым исключить из
уголовного процесса "доследственную проверку" как своеобразный "сурро¬
гат расследования", предлагает законодательно закрепить необходимость не¬
медленного возбуждения уголовного дела при поступлении всякого сообще¬
ния о преступлении, если на момент рассмотрения неочевидна его ложность78.
Занимая, в принципе, аналогичную позицию, А.В. Ленский считает, что
любая уголовнопроцессуальная деятельность должна начинаться с вынесе¬
ния определенного процессуального решения акта о возбуждении произ¬
водства. Вместе с тем автор не видит необходимости в существовании само¬
стоятельной стадии возбуждения уголовного дела. За реализацией этого пред¬
ложения, на его взгляд, может последовать: экономия процессуальных средств
путем ликвидации двойного расследования в разных процессуальных режи¬
мах; решение проблемы о возможности проведения определенных следствен¬
ных действий до возбуждения уголовного дела; освобождение суда от необ¬
ходимости принятия подобного решения. В связи с этим предлагается оста¬
вить в уголовнопроцессуальном законе только одну досудебную стадию
стадию предварительного (досудебного) производства, включающую три
элемента: протокольное досудебное производство; дознание; предваритель¬
ное следствие. Стадию же возбуждения уголовного дела из процесса необ¬
ходимо исключить79. Как указывалось выше, к таким же выводам пришла
С.П. Сереброва80.
уголовном процессе. С. 22.
78
См.: Боботов С.В., Вицин С.Е., Коган В.М., Морщакова Т.Г. и др. Пути совер¬
шенствования системы уголовной юстиции // Сов. госво и право. 1989. № 4.
С. 92; Концепция судебной реформы в Российской Федерации. С. 8889; Концепция
уголовнопроцессуального законодательства Российской Федерации. С. 47.
79
См.: Ленский А.В. Досудебное (предварительное) производство в современном
уголовном процессе России: Автореф. дис... канд. юрид. наук. Н. Новгород, 1998.
С. 1820.
80
См.: Сереброва С.П. Проблемы рационализации досудебного производства.
182
На наш взгляд, в данном случае авторы несколько отстранились от более
глубокого исследования природы действительно единой фазы, стадии уголов¬
ного процесса досудебного производства, которое должно быть не только
по форме, но и по сути унитарным.
Специально исследовал институт возбуждения уголовного дела в УПК
РФ С.Е. Вицин. Дав ему сравнительноисторическую характеристику, автор
отметил, что согласно Уставу уголовного судопроизводства 1864 г. так назы¬
ваемое возбуждение уголовного дела было лишь частным случаем начатия
судопроизводства, вместе с тем "в советском уголовном процессе появились,
по существу, неправовые, квазисудопроизводственные процедуры в виде так
называемой предварительной доследственной проверки, реализуемой за пре¬
делами уголовного процесса", в результате чего правоохранительные органы
приобрели "большие, трудноконтролируемые возможности произвольного
решения исключительно острых вопросов уголовного преследования во вне
процессуальных формах"81. В связи с этим автор предлагает полностью и безо¬
говорочно отказаться от доследственной проверки сообщений о преступ¬
лениях и решать вопрос о возбуждении уголовного дела "путем подачи заяв¬
ления потерпевшим", как в производстве у мирового судьи (ст. 318 УПК РФ)
Рассматривая соотношение форм досудебного производства, А.И. Тру¬
сов считает, что стадия возбуждения уголовного дела, которая практически
сводится к предварительной или доследственной проверке, явилась продук¬
том перерождения института дознания, предусмотренного дореволюционным
законодательством, в соответствии с которым задачей полиции в ходе осуще¬
ствления дознания было не собирание, а обеспечение доказательств82. К по¬
добному выводу приходят также исследователи розыскной формы уголовно¬
го процесса России В.И. Власов и Н.Ф. Гончаров83. Действительно, дознание
возлагалось на полицию и определялось в более позднем, по отношению к
судебным уставам Законе "О судопроизводстве по делам о преступлениях и
проступках", как "собирание сведений, необходимых для удостоверения о том,
что происшествие действительно было и что оно соединено с преступлением
и проступком"84. Таким образом, современная стадия возбуждения уголовно¬
го дела должна обратно трансформироваться в дознание, проводимое по
правилам административного производства. Для того, наряду с приведен¬
ными выше аргументами, есть, по крайней мере, еще три довода.
Н. Новгород, 1997. С. 50.
81
Вицин С.Е. Указ. соч. С. 55.
82
См.: Трусов А.И. Проект УПК: готов ли он стать законом? // Следователь. 1997.
№ 4.
нодательство и практика. Домодедово, 1997. С. 75.
С.
13.
83
См.:
ВласовВ.И., ГончаровН.Ф. История розыскного процесса в России: зако¬
84
Свод законов Российской империи, СПб., 1892. Т. 16. Ч. 2. Разд. 3.
183
Вопервых, уголовнопроцессуальный закон (ст. 109 УПК РСФСР, ст. 144
УПК РФ) устанавливал и устанавливает обязанность "рассмотрения заявле¬
ний и сообщений о преступлении". Между тем проведенный в ходе исследо¬
вания анализ статистических данных свидетельствует о том, что в общей мас¬
се рассматриваемой по существу правоохранительными органами информа¬
ции данного рода лишь в 62,3% случаев устанавливаются преступления, при
этом по 37,8% заявлений и сообщений принимаются решения об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием состава или события преступления
и лишь 48,4%, т.е. менее половины, становятся предметом производства по
уголовному делу. Так, по данным отчета о разрешении заявлений и сообще¬
ний о преступлениях (форма № 2Е) по Омской области лишь по половине
рассмотренных информаций подобного рода принимается решение о возбуж¬
дении уголовного дела, а по каждому третьему об отказе в возбуждении
уголовного дела в связи с отсутствием состава или события преступления.
По сути, в стадии возбуждения уголовного дела идет административное про¬
изводство по проверке фактов, только схожих по объективной стороне с пра¬
вонарушениями, в том числе лишь частью предусмотренных уголовным за¬
коном. Следовательно, нет нужды в поиске дополнительных доказательств
отсутствия необходимости в детальной уголовнопроцессуальной регламен¬
тации данной деятельности. Как справедливо заметил А.И. Трусов, это при¬
водит к смешению полицейских функций с судебной деятельностью85.
Вовторых, правовые средства, которые предусматривала ст. 109 УПК
РСФСР, с одной стороны, и методы и формы деятельности полиции согласно
ст. 254 УУС 1864 г. с другой, практически аналогичны. Следует также от¬
метить, что порядок досудебной подготовки материалов в протокольной фор¬
ме также мало отличался от процедуры "доследственной проверки", в связи с
чем высказывалось предложение именовать протокольную форму "провероч¬
ной деятельностью" или просто "уголовнопроцессуальной проверкой"86.
В свою очередь, подобный подход законодателя породил в юридической ли¬
тературе суждения о необходимости введения в уголовный закон понятия уго¬
ловного проступка87 для того, чтобы затем осуществлять по нему производ¬
ство в рамках уже существующей ускоренной процедуры88. Такое предложе¬
ние представляется довольно спорным, так как в данном случае не специфи
Ст. 1.32.
85
См.: Трусов А.И. Указ. соч. С. 12.
86
См.:
Советский уголовный процесс / Под ред. С.В. Бородина. С. 507.
87
См.: Маршев С.А. О дифференциации форм уголовного судопроизводства //
Развитие и совершенствование уголовнопроцессуальной формы. Воронеж, 1979.
С. 141147.
88
См.: Волынская О.В. Ускоренное производство в уголовном процессе: Автореф.
184
ка предмета рассмотрения определяет режим производства по нему, а наобо¬
рот, производство предлагает себе предмет исследования.
Втретьих, сравнительный анализ этих же средств со средствами, исполь¬
зуемыми в административной и оперативнорозыскной деятельности (напри¬
мер, раздела IV Кодекса РСФСР об административных правонарушениях и
ст. 6 Федерального закона "Об оперативнорозыскной деятельности") также
позволяет сделать вывод о единстве их правовой природы. Опрос граждан
(получение объяснений), истребование материалов (изъятие вещей и доку¬
ментов), по сути, есть методы сугубо административной деятельности и,
таким образом, должны регулироваться не уголовнопроцессуальным, а ад¬
министративным законодательством. В результате того, что способы и сред¬
ства реализации чисто полицейских административных функций по реагиро¬
ванию на сообщение о преступлении искусственно получили статус процес¬
суальных (ст. 109 УПК РСФСР), на наш взгляд, "процессуальнее" они не ста¬
ли. В свою очередь, подобный подход породил проблемы конкуренции пра¬
вовых средств реализации уголовнопроцессуальной, административной и
оперативнорозыскной деятельности и, соответственно, использования в ка¬
честве доказательств результатов последней.
Как известно, УПК РСФСР 1960 г. (глава 8) регламентировал поводы,
основания и порядок возбуждения уголовного дела, процедуру приема, рас¬
смотрения и разрешения первичных данных о преступлении, права и обязан¬
ности должностных лиц и граждан, деятельность прокурора по надзору за
законностью принимаемых в данной стадии уголовного процесса решений.
По аналогичному пути пошел и УПК РФ, хотя в теоретическом аспекте
вопрос о "самостоятельности" стадии возбуждения уголовного дела стал дис¬
куссионным, так как законодатель практически отказался от представления
правоприменителю средств доследственного производства, регламентируя,
тем не менее, в ст. 144 УПК РФ обязанность и общий порядок рассмотрения
сообщений о преступлении. Следует ли подобный шаг рассматривать как по¬
ворот к созданию единого процедурного режима по проверке информации о
правонарушении (в том числе о возможном преступлении) в рамках админи¬
стративнопроцессуального производства ("полицейского дознания")? Учи¬
тывал ли законодатель, разрабатывая и принимая УПК РФ, возможности Ко¬
декса Российской Федерации об административных правонарушениях, при¬
нятого 30 декабря 2001 г.? Вопросы непростые, требующие взвешенных от¬
ветов. Однако представляется вполне очевидным, что правоприменитель в
разделе IV КоАП РФ получил детально регламентированный административ¬
ный процесс, который гипотетически можно рассматривать как основу еди¬
ного производства по проверке сообщений о правонарушении.
В соответствии с требованиями ч. 1 ст. 144 УПК РФ дознаватель, орган
дознания, следователь и прокурор обязаны принять, проверить сообщение о
185
любом совершенном или готовящемся преступлении и в пределах компетен¬
ции, установленной настоящим Кодексом, принять по нему решение. Однако,
в отличие от УПК РСФСР, вооружавшего правоприменителя на данной ста¬
дии хотя бы тремя процессуальными средствами (правом истребовать необ¬
ходимые материалы, получать объяснения и проводить осмотр места проис¬
шествия в случаях, не терпящих отлагательств), УПК РФ практически остав¬
ляет лишь последнее и, соответственно, ничего иного для определения осно¬
ваний возбуждения уголовного дела (при буквальном толковании его норм)
в процессуальном плане не предлагает. Положения ч. 4 ст. 21 УПК РФ о пуб¬
личности и обязательности выполнения требований и запросов прокурора,
следователя, органа дознания и дознавателя применительно к рассматривае¬
мой проблеме носят корпоративный характер и могут использоваться как пра¬
вовые основания для истребования необходимых материалов при проверке
сообщений лишь в качестве нормы общего дозволения.
Нельзя, на наш взгляд, относить к процессуальным средствам стадии
возбуждения уголовного дела предлагаемую законодателем в ч. 4 ст. 146 УПК
РФ возможность производства отдельных следственных действий до согла¬
сования постановления о возбуждении уголовного дела у прокурора. Выше
уже отмечалось, что осмотр места происшествия в соответствии с ч. 2 ст. 176
УПК РФ в случаях, не терпящих отлагательств, может осуществляться до
возбуждения уголовного дела. Освидетельствование и назначение судебной
экспертизы это следственные действия, проводимые в рамках производства
по уголовному делу, т.е. после вынесения постановления следователя о воз¬
буждении уголовного дела, но "с отложенным решением" об утверждении
его прокурором. Проведение следственных действий вне режима предвари¬
тельного расследования бесспорный путь к произволу. Кроме того, как из¬
вестно, участники уголовного судопроизводства, а соответственно, производ¬
ства следственных действий также появляются после возбуждения уголовно¬
го дела.
Как утверждает Л.Н. Масленникова, "основным содержанием проверки
является деятельность по анализу заявлений или сообщений. В законе нет
иных средств проверки сообщений до возбуждения уголовного дела"89.
И с этим нельзя не согласиться. Справедливости ради необходимо признать,
что законодатель сделал попытку хотя бы частично решить данную проблему
и Федеральным законом от 4 июля 2003 г. № 92ФЗ дополнил ч. 1 ст. 144
УПК, наделив орган дознания, дознавателя, следователя и прокурора правом
требовать при проверке сообщения о преступлении производства докумен¬
тальных проверок, ревизий и привлекать к их участию специалистов. Вместе
дис... канд. юрид. наук. М., 1992. С. 23.
89
Новое уголовнопроцессуальное законодательство России: проблемы теории и
186
с тем достаточно очевидно, что данный "инструментарий" может быть ис¬
пользован лишь по экономическим преступлениям и малоприменим для про¬
верки информации о преступлениях иного характера, которые составляют,
безусловно, основную массу находящихся в производстве у органов уголов¬
ного преследования.
Практика была вынуждена отреагировать: спонтанно подготовленная для
сотрудников ОВД "Инструкция о порядке приема, регистрации и разрешения
в органах внутренних дел сообщений о преступлениях и иной информации о
правонарушениях", объявленная приказом МВД РФ от 13 марта 2003 г.
№ 158, в п. 24 разъясняет, что проверка сообщений о преступлениях и иной
информации осуществляется в соответствии с письменным указанием началь¬
ника органа внутренних дел либо лица, исполняющего его обязанности,
в порядке, установленном уголовнопроцессуальным законодательством Рос¬
сийской Федерации. При этом сотрудником органа внутренних дел, осуще¬
ствляющим проверку зарегистрированного сообщения о преступлении и иной
информации, без производства следственных действий могут быть истре-
бованы необходимые материалы и получены объяснения90.
Несколько позже на эту же проблему отреагировали органы прокурату¬
ры. Приказ Генерального прокурора РФ от 21 октября 2003 г. № 45 допускает
в ходе проверки зарегистрированных сообщений о преступлении получение
объяснений, истребование и изучение необходимых документов и материа¬
лов, назначение по ним исследования специалиста (п. 4.2). Выход, казалось
бы, найден, однако, в отличие от предлагаемых ранее в ст. 109 УПК РСФСР
аналогичных возможностей, данные средства нельзя признать процессуаль¬
ными, так как они предложены ведомственными нормативно правовыми акта¬
ми. Как заметил С.В. Круглов, "юридическая оценка тех или иных действий в
сфере уголовного судопроизводства требует, чтобы они были прописаны в
нормах УПК"91. Однако нельзя признать теоретически безукоризненной позицию автора, поддержавшего точку зрения Н.П. Царевой, предлагающей
"... дополнить перечень источников доказательств указанием на объяснения"92.
Как представляется, не требует дополнительных аргументов довольно тради¬
ционный подход, согласно которому объяснения несут в себе только сведе¬
ния, в том числе содержат основания для получения показаний у опрошен¬
ных лиц в рамках установленной в УПК процессуальной формы допроса.
В связи с этим нельзя в данном случае проводить аналогию с правом адвоката
практики применения ("круглый стол") // Госво и право. 2002. № 7. С. 119.
90
См.:
Российская газета. 2003. 12 апр.
91
Круглов С.В. Уголовнопроцессуальный кодекс Российской Федерации год спу¬
стя: проблемы, достижения, перспективы // Следователь. 2003. № 12. С. 32.
92
Царева Н.П. Документыдоказательства в уголовном судопроизводстве. М.,
187
собирать доказательства путем получения объяснений (п. 2 ч. 3 ст. 86
УПК РФ)93, так как легко доказать, что в результате данного действия он по¬
лучает лишь сведения, которые трансформировать в доказательства может
лишь следователь или суд.
Из сказанного можно сделать, по крайней мере, два вывода. Вопервых,
законодатель изменил подходы к целеполаганию стадии возбуждения уголов¬
ного дела, сделав шаг к реализации почти забытого положения Концепции
судебной реформы о ликвидации административной по своей природе до
следственной проверки и необходимости возбуждения уголовного дела без
таковой. Второй вывод, по сути, вытекает из первого. Отдавая приоритет сред¬
ствам и методам доследственной проверки, регулируемым не УПК, а иным
законодательством, регулирующим больше административную деятельность
(Закон РСФСР "О милиции", Федеральный закон "Об оперативнорозыскной
деятельности", КоАП РФ и т.п.), законодатель тем самым вольно или неволь¬
но отказывается от самостоятельной стадии возбуждения уголовного дела.
Необходимо признать, что некоторое противоречие подобному заключе¬
нию заложено в п. 9 ч. 1 ст. 5 УПК, где досудебное производство определяется
как уголовное судопроизводство с момента получения сообщения о преступ¬
лении до направления прокурором уголовного дела в суд для рассмотрения
его по существу. Складывается впечатление, что по форме в УПК сохраняет¬
ся процессуальная стадия возбуждения уголовного дела, а ее содержание,
процедуры доследственной проверки и средства решения задач выводятся за
пределы уголовного судопроизводства.
Последнее положение было известно русскому уголовному процессу.
Согласно ст. 253 Устава уголовного судопроизводства "когда признаки пре¬
ступления или проступка сомнительны или когда о происшествии, имеющем
такие признаки, полиция известится по слуху (народной молве) или вообще
из источника не вполне достоверного, то, во всяком случае, прежде сообще¬
ния о том по принадлежности, она должна удостовериться через дознание:
действительно ли происшествие то случилось и точно ли в нем заключаются
признаки преступления или проступка". Кроме того, ст. 254 УУС определяла
средства: "...при производстве дознания полиция все нужные ей сведения со¬
бирает посредством розысков, словесными расспросами и негласными на¬
блюдениями, не производя ни обысков, ни выемок в домах", т.е., если пользо¬
ваться современной терминологией, в рамках оперативнорозыскной (ад¬
министративной полицейской) деятельности.
Здесь необходимо оговорить и еще одно возможное сомнение какова
допустимость использования непроцессуальных средств в ходе (хотя и фор¬
мально) уголовнопроцессуальной деятельности. Вопервых, либеральный
2003. С. 6364.
188
УПК РФ, тем не менее, не запрещает оперативнорозыскное (а значит, и адми¬
нистративное) сопровождение уголовного судопроизводства на всех его стади¬
ях. Вовторых, правовая природа доследственной проверки носит ярко выра¬
женный характер административной полицейской деятельности, а, как показы¬
вают проведенные исследования, более половины сообщений якобы о пре¬
ступлении на деле оказываются информацией о любых иных правонарушени¬
ях, за большинство из которых наступает административная ответственность94.
В связи с этим и исходя из посылки о предназначении уголовного процесса в
"обслуживании" уголовного права и охране прав личности выглядит несколько
нелогичным, а по сути необоснованным и незаконным "включать" нормы
уголовного судопроизводства тогда, когда у правоприменителя нет увереннос¬
ти в правовой природе предмета исследования.
В связи с этим представляется, что доследственная предварительная про¬
верка сообщений о преступлении в большей степени прерогатива органов
дознания, которые пользуются правовыми средствами, предусмотренными
федеральным законодательством (КоАП РФ; законами "О милиции",
"Об ОРД", "О прокуратуре Российской Федерации" и т.п.), а также ведом¬
ственными нормативными правовыми актами95. Как представляется, данный
вид деятельности органов дознания должен регулироваться как уголовнопро¬
цессуальным, так и административным (оперативнорозыскным) законода¬
тельством, а также ведомственными нормативными правовыми актами. В УПК
РФ необходимо поместить лишь нормы общего дозволения, аналогичные
ст. 254 УУС. В качестве примерной нормы можно также рассматривать ч. 3
ст. 86 УПК РФ, регулирующую по замыслу законодателя адвокатское "парал¬
лельное расследование"
96
, хотя она как будто создана для правовой регламен-
тации проверки сообщений о совершенном преступлении!
Доследственная предварительная проверка сообщений о преступлении,
как представляется, должна проводиться предусмотренными в ст. 40 УПК РФ
органами дознания, которые при этом пользуются правовыми средствами,
предусмотренными федеральным законодательством, а также ведомственны¬
ми нормативными правовыми актами. Среди них: осмотр места происшествия
в соответствии с ч. 2 ст. 176 УПК РФ; правовые средства, предусмотренные
93
См.:
Круглов С.В. Указ. соч. С. 32.
94
Особенно это актуально сейчас, когда в уголовноправовой политике государ¬
ства наметилась явная тенденция к декриминализации преступлений небольшой и
средней тяжести.
95
На
аналогичной позиции стоят и авторы одного из наиболее предметных и пол¬
ных научнопрактических комментариев к УПК РФ, в частности, Т.Н. Москалькова
(см.: Научнопрактический комментарий к Уголовнопроцессуальному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.М. Лебедева; науч. ред. В.П. Божьев. С. 297).
189
ч. 1 ст. 144 УПК РФ: требование ревизий, документальных проверок и привле¬
чения к их участию специалистов; получение согласно ч. 3 ст. 80 УПК РФ зак¬
лючения специалиста; получение объяснений и истребование необходимых
материалов (ст. 26.3 КоАП РФ) и п. 24 Инструкции "О порядке приема, регист¬
рации и разрешения в органах внутренних дел Российской Федерации сообще¬
ний о преступлениях и иной информации о правонарушениях"); изъятие ве¬
щей и документов (ст. 27.10 КоАП РФ) и иные средства, предусмотренные Кодек¬
сом об административных правонарушениях Российской Федерации; полномо¬
чия милиции, предусмотренные ст. 11 Закона Российской Федерации от 18 апреля 1991 г. "О милиции" (в ред. Федерального закона от 30 июня 2003 г. № 86ФЗ97 и
Федерального закона от 8 декабря 2003 г. № 161ФЗ98); право оперативнорозыс¬
кных подразделений в соответствии со ст. 6 Федерального закона от 12 августа
1995 г. № 144ФЗ "Об оперативнорозыскной деятельности" использовать в ка¬
честве средств предварительной проверки следующее: опрос; наведение спра¬
вок; сбор образцов для сравнительного исследования; проверочная закупка;
исследование предметов и документов; наблюдение; отождествление личнос¬
ти; обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транс¬
портных средств; контроль почтовых отправлений, телеграфных и иных сооб¬
щений; прослушивание телефонных переговоров; снятие информации с тех¬
нических каналов связи; оперативное внедрение; контролируемая поставка;
оперативный эксперимент и др.
Вместе с тем правоприменителю следует опираться на ряд требований
"допустимости" полученных сведений, претендующих впоследствии на до¬
казательства. Представляется, что: 1) доследственная проверка должна про¬
водиться компетентным лицом, наделенным специальными к тому полномо¬
чиями, в частности, делегированными ему органом дознания; 2) документы
оформления проведенных мероприятий должны отвечать общим требовани¬
ям к процессуальным документам99 и содержать: указание целей и оснований
для проведения; ссылки на конкретные процедурные нормы применяемых
законов; описание хода и результатов проведенных действий и т.п.; 3) полу¬
ченные результаты сведения о фактах должны быть надлежащим образом
представлены в уголовный процесс для дальнейшего использования в каче¬
стве доказательств (например, в рамках Инструкции о порядке представле¬
ния результатов оперативнорозыскной деятельности органу дознания, сле¬
дователю, прокурору или в суд, объявленную межведомственным приказом
96
Данная норма будет подвергнута анализу в следующих главах работы.
97
Российская газета. 2003. 1 июля.
98
Там же. 16 дек.
99
В целях формирования единой правоприменительной практики следует, на наш
взгляд, разработать и распространить в пределах области формализованные бланки
190
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]