Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Концепция уголовного досудебного производства в правовой доктрине современной России. Монография
.pdf
любое следственное действие, которое сочтет необходимым в целях установле¬
ния истины", т.е. все, что не запрещено, разрешено (ч. 1 ст. 81 УПК Франции).
Прокурор играет двойную роль в данной стадии досудебного производ¬
ства: с одной стороны, он является стороной обвинения, с другой "оком
общества" при уголовных судах
120
. Он направляет следователю требование о
производстве предварительного следствия, а затем в определенной степени
корректирует (согласно ч. 1 ст. 82 УПК вправе требовать производства допол¬
нительных следственных действий) и контролирует его осуществление
(ст. 119 УПК позволяет ему присутствовать при производстве следственного
действия). В качестве стороны прокурор может обжаловать юрисдикцион
ные постановления следственного судьи в следственную камеру (ст. 185 УПК).
В целом в литературе отмечается, что эволюция процессуального стату¬
са прокурора характеризуется сужением его прав руководства и надзора во
время предварительного следствия
тает роль стороны в данной стадии уголовного процесса. Особенно ярко эти
тенденции проявились в период кодификации 1958 г.
121
. При этом прокурор все более приобре¬
122
По завершении своих действий и после принятия мер по реализации про¬
цессуальных гарантий сторон следственный судья передает дело прокурору,
о чем выносится специальное постановление
123
. Последний, изучив дело, обя¬
зан направить требование либо о продолжении следствия, либо о прекраще¬
нии уголовного преследования, либо о передаче дела в суд. Закон от 6 июля
1989 г. ограничил сроки принятия прокурором решения по данному вопросу
тремя месяцами по общему правилу и одним месяцем в случае содержания
обвиняемого под стражей. Этот же закон обязал следственного судью уведо¬
мить адвокатов обвиняемого и потерпевшего о передаче дела в прокуратуру
124
Требование прокурора в данном случае не обязательно для следственно¬
го судьи, который и принимает окончательное решение, прокурор же может
лишь обжаловать его в обвинительную камеру. Правило о передаче дела про
.
119
Гуценко
120
См.: Bergoignan C. Esper La separation des functions de justices repressive. Paris,
1973.
121
Stefani O., Levasseur O., Bouloc В. Op.cit. Р. 136.
122
См.:
ного уголовнопроцессуального права. С. 76.
123
Согласно традиционному французскому подходу следственный судья вправе
К.Ф., Головко Л.В., Филимонов В.А. Указ. соч. С. 329.
P.
76.
Головко Л.В. Новый УПК Российской Федерации в контексте сравнитель¬
по своему усмотрению определить момент завершения предварительного следствия,
не ограниченного по действующему УПК какимилибо сроками производства.
124
Необходимость
уведомления признавалась судебной практикой и ранее, одна¬
ко Законом от 30 декабря 1985 г. данное правило упразднялось, для того чтобы быть
восстановленным в 1989 г. как в большей степени отвечающее правам сторон
101
курору и получении его требования, как отмечается в юридической литерату¬
ре, является гарантией качества следствия, ибо материалы попадают к про¬
фессионалу, который может указать на имеющиеся недостатки. Кроме того,
прокурору предстоит поддерживать обвинение в суде, поэтому доскональное
изучение дела ему не помешает
125
.
После получения требования прокурора следственный судья принимает ре¬
шение об окончании предварительного следствия, за исключением случая, когда
прокурор потребовал его продолжить и следственный судья с этим согласился.
Постановление следственного судьи на данном этапе может быть двух
видов: о прекращении дела или о передаче его в суд. В первом случае реше¬
ние принимается, если деяние не является ни преступлением, ни проступком,
ни правонарушением, а также при неустановлении лица, совершившего дея
126
ние
, или при отсутствии достаточных доказательств против обвиняемого.
Органы предварительного следствия второй инстанции следственные
камеры (до принятия Закона от 15 июня 2000 г. они назывались обвинитель¬
ными камерами) входят в состав апелляционного суда, т.е. вышестоящей ин¬
станции по отношению к месту работы следственного судьи трибуналу
(ст. 191 УПК Франции).
Данный институт досудебного производства по Закону от 15 июня 2000 г.
перестал быть органом предания обвиняемого суду, так как эта функция пе¬
редана непосредственно следственному судье. Следственная камера, след¬
ственный орган второй инстанции, осуществляет контроль за правильнос¬
тью расследования уголовных дел следственным судьей путем рассмотрения
в ходе следствия жалоб на подлежащие обжалованию постановления (право
ревизии) и рассмотрения вопроса о признании недействительными следствен-
ных актов и их изъятия из уголовного дела (право аннулирования). Ревизия
определяется как право следственной камеры восстановить все упущения
следственного судьи (следователя) и, по образному сравнению Леона Амбас
са, "... напоминает преподавателя, проверяющего своего ученика" и "...одно¬
временно является как бы "органом правосудия" предварительного следствия
(поскольку по ее инициативе выявляются ошибки и упущения следственного
судьи) и следственным органом (поскольку она руководит следствием, но след¬
ственных действий не проводит)"
127
.
Следственная камера контролирует законность следственных действий
и актов, обладая при этом правом аннулирования и рассмотрения всех жалоб
на действия и решения следственного судьи, поданных сторонами. Незаконно
(см.: Pradel J. L'instruction preparatoire. Р. 282283).
125
См.: Van Ruymbeke R. Lejuge d'instruction. Paris, 1988. Р. 113.
126
Во Франции неизвестен институт приостановления предварительного следствия.
127
Амбасса Л.Ш. Обвинительная камера в уголовном процессе Франции // Рос.
102
проведенное следственное действие объявляется обвинительной камерой не¬
действительным. Полномочия следственной камеры во многом близки к пол¬
номочиям руководителей следственных отделов в российском уголовном
процессе, вместе с тем отношения следователя и следственной камеры, как
представителя судебной власти, носят, безусловно, лишь юстиционный ха¬
рактер, полностью исключающий административную подчиненность.
В определенных случаях следственная камера вправе самостоятельно
производить следственные действия в целях собирания доказательств и даже
изымать у следственного судьи дело для окончания следствия первой инстан¬
ции. Она является коллегиальным органом, создающимся при каждом апел¬
ляционном суде для осуществления надзора за деятельностью следственных
судей (следователей) в виде "опекунских обязанностей", т.е. не только конт¬
роль, но и оказание практической помощи, поддержка в расследовании. Вмес¬
те с тем председатель следственной камеры не может вмешиваться в предвари¬
тельное следствие, предписывать следственному судье те или иные действия.
Французские процессуалисты придают большое значение данному пра¬
вовому институту. На их взгляд, судебная власть в лице следственной камеры
отныне является беспристрастным посредником между обвинением и защи¬
той на стадии предварительного следствия, что демократизирует его про¬
цедуру. Коллегиальный характер деятельности следственной камеры, помимо
всего прочего, выступает как фактор, призванный убедить обывателя в объек¬
тивности предварительного следствия, качество и эффективность которого,
несомненно, повышается.
В заключение главы предлагаем некоторые выводы, позволяющие "при¬
мерить" опыт зарубежных систем демократии и права, отшлифованный мно¬
гими десятилетиями, к законотворческой и правоприменительной практике
России в области борьбы с преступностью, обеспечения общественной без¬
опасности и защиты прав человека.
1. Проводимая в наши дни реформа российского уголовнопроцессуаль¬
ного законодательства значительно повысила интерес к положительному опыту
организации и законодательной регламентации правосудия, сформировавшемуся
в зарубежных странах с демократическими устоями. При этом необходимо учи¬
тывать, что зарубежное законодательство, будучи достаточно стабильным, про¬
должает развиваться, т.е. находится в постоянном поиске наиболее оптималь¬
ных процедурных и функциональных форм построения правовых институтов
128
2. Исторический анализ зарубежного законодательства и практики досу¬
дебного производства свидетельствует, что необходимость в расследовании
primafacie существует в любом уголовном процессе, однако его значение для
.
юстиция. 1998. № 7. С. 51.
103
достижения общих целей судопроизводства в разных моделях различное.
В связи с этим выделяются две основные модели организации досудебного
производства: англосаксонская (англоамериканская) и континентальная (ро
маногерманская). В первой модели функция предварительного расследова¬
ния (точнее, уголовного преследования) в форме дознания полностью возло¬
жена на полицейские и иные административные органы. Во второй модели
функция расследования тяжких преступлений поручена государством судеб¬
ной власти (следственным судьям) с оставлением в юрисдикции исполнитель¬
ной власти (полиции под руководством прокуратуры) дознания как способа
расследования менее тяжких преступлений (уголовных проступков и иных
правонарушений).
3. Предварительное расследование в рамках состязательного уголовного
процесса не предусматривает глубокого и всестороннего исследования об¬
стоятельств дела (Англия, США, Канада и другие государства англосаксонской правовой системы). Досудебное производство Англии или США в срав¬
нительноправовом аспекте можно представлять лишь применительно к доз¬
нанию в континентальной системе уголовного процесса, так как стадии пред¬
варительного следствия, являющейся ключевой для постинквизиционного
смешанного процесса, англосаксонский состязательный процесс не знает.
4. Не только континентальная, но и англоамериканская модели досудеб¬
ного производства ориентируются на смешанную форму построения и все
больше допускают развитие розыскных начал построения, что выражается в
практической реализации доминирующей в последние годы тенденции повы¬
шения роли и эффективности функционирования органов исполнительной
власти (чаще всего полиции) в уголовном судопроизводстве (в частности,
через увеличение удельного веса действий, проводимых полицией по соб¬
ственной инициативе и самостоятельно, т.е. без обязательного разрешения
суда). При этом уголовнопроцессуальный закон зарубежных стран в стрем¬
лении сделать расследование менее формальным не регламентирует в пол¬
ной мере деятельность полиции и не дает исчерпывающего перечня процес¬
суальных действий, проводимых в ходе досудебного производства. Зарубеж¬
ное досудебное производство (особенно, где оно строится на англосаксон¬
ских правовых традициях) не ставит жестких границ между сугубо процессу¬
альными действиями и оперативнорозыскными мероприятиями, что, есте¬
ственно, не совпадает с нашими представлениями об организационно
процедурном построении предварительного расследования преступлений.
5. Французское дознание и российская доследственная проверка вы¬
полняют аналогичные функции идет поиск оснований для возбуждения уго¬
ловного дела (уголовного иска или преследования). Вместе с тем правовые
средства и процессуальные возможности, отпущенные правоприменителю в
данных странах для решения поставленных задач (особенно при сравнении УПК
104
Франции и нового УПК РФ), много эффективнее, чем в российском уголов¬
ном процессе.
6. Существенной особенностью зарубежного досудебного производства
является отсутствие стадии возбуждения уголовного дела в современном по¬
нимании российского правоприменителя, а отсюда, и официального зако¬
нодательного закрепления начального момента производства по конкретно¬
му уголовному делу. Начало уголовного преследования в странах с англосак¬
сонскими правовыми традициями следует связывать с принятием мер уго¬
ловнопроцессуального принуждения (например, обращением в суд с заявле¬
нием о выдаче ордера на арест либо обыск жилого помещения).
7. Обвиняемым, по законодательству большинства зарубежных стран,
считается лицо, в отношении которого возбуждено уголовное преследование.
Такой процессуальный документ, как постановление о привлечении в каче¬
стве обвиняемого, в ходе расследования не составляется. Лицо становится
обвиняемым при выдаче судьей ордера на арест, вызове или приводе в суд
129
При этом зарубежное досудебное производство практически не знает инсти¬
тута приостановления предварительного расследования, так как его сроки
ограничиваются лишь формально и чаще всего связаны со сроками избрания
заключения под стражу.
8. Одним из способов "легализации" результатов дознания (в том числе
и оперативнорозыскной деятельности) служит допрос полицейских, прово¬
дивших предварительное расследование, в суде в качестве свидетелей либо
обращение органов уголовного преследования в суд для производства отдель¬
ных следственных действий и получения доказательств.
9. Необходимо отметить достаточно высокое фактическое значение пред¬
варительного следствия (а с ним фигуры независимого и беспристрастного
следственного судьи) во Франции, где процессуальная доктрина опирается
на два основных начала данного правового института: его исключительно
судебный характер и двухинстанционную структуру, позволяющую создать
эффективную систему обжалования принимаемых в ходе следствия судебных
решений.
.
См.: БулатовБ.Б., НиколюкВ.В. Указ. соч. С. 4.
См.: Булатов Б.Б., Николюк В.В. Указ. соч. С. 28.
105
РАЗДЕЛ II
КОНЦЕПТУАЛЬНАЯ МОДЕЛЬ ПРОЦЕДУРНОГО
И ФУНКЦИОНАЛЬНОПРАВОВОГО ПОСТРОЕНИЯ
УГОЛОВНОГО ДОСУДЕБНОГО ПРОИЗВОДСТВА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
"Нет ничего практичнее, чем хорошая теория"
Л. Больцман
ГЛАВА III. ПРОБЛЕМЫ
УГОЛОВНОПРОЦЕССУАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ
РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА ПРИМЕНИТЕЛЬНО
К ДОСУДЕБНОМУ ПРОИЗВОДСТВУ
"Противоречие вот ключ к пониманию про-
блемной ситуации..."
В.Т. Томин
§ 1. Теория и основные коллизии1 современной
уголовнопроцессуальной политики государства
С наступившим веком человечество, безусловно, стоит на пороге гряду¬
щих изменений, которые, скорее всего, в корне могут "сломать" устоявшиеся
представления о развитии и возможностях мировой цивилизации. Наряду с
прорывом в человеческом знании о мире, путях и перспективах его совер¬
шенствования это может привести к усилению и деструктивных процессов,
по крайней мере, в отдельно взятых регионах Земли.
Россия с ее вековыми противоречиями, перманентными революциями и
реформами, государственными и правовыми экспериментами может оказать¬
ся в самом центре этих событий (один из самых ярких парадоксов прошлого
столетия: самые тихие и спокойные, практически бесконфликтные годы раз¬
вития нашего государства в XX в. определили как годы "застоя"). При этом
следует признать, что поиск четко выверенной стратегии развития страны пока
лишь только обозначился.
Русская национальная идея, в первую очередь, должна исходить исклю¬
чительно из правового эволюционного пути развития государства взамен рево
мы законодательства, теории и практики: Сб. науч. тр. Волгоград, 2002. С. 18.
1
Коллизия (от лат. со1Шю столкновение) столкновение противоположных сил,
стремлений, интересов, взглядов (см.: Советский энциклопедический словарь /
106
люционных радикальных, преобразований. Как представляется, Россия должна
преодолеть все непройденные ступени исторического развития мировой ци¬
вилизации, но как быстро и безошибочно (вопрос принципиальный: необхо¬
димо ли повторять ошибки предшественников или идти в обход) она это сдела¬
ет полностью зависит от выбора стратегии и средств достижения поставлен¬
ной цели. Данная идея как никогда востребована современным российским
обществом, а соответственно, особо актуальна и для юридической науки. "Жизнь
показала, что будущая состоятельность России как государства, возможность
преодоления ею системной стагнации и отставания от темпов мирового про¬
гресса, ее дальнейшее адекватное мировым тенденциям развитие невозможно
без постановки четких перспективных ориентиров движения"2. Причем в осно¬
ве реализации этой идеи должны лежать исключительно юридические средства
"как наиболее приоритетные формы цивилизованного преобразования отно¬
шений в социуме"3.
Проводимая в стране судебноправовая реформа позволила государству
и обществу увидеть перспективу, однако пока не дала ожидаемых результа¬
тов. Бессистемное преумножение и накопление нормативного материала (по¬
рой противоречивого), "техническое и косметическое" преобразование пра¬
вовых институтов, безоглядное копирование "западных образцов", признава¬
емых лучшими, зачастую исходя из "авторских привязанностей", привели к
потере у граждан доверия к проводимым реформам и государственноправо¬
вым институтам защиты их благополучия и безопасности. Правовой ниги¬
лизм, "бегство от правосудия" стали нормой жизни для российского общества.
"Правовая доктрина государства", "правовая жизнь", "правовая полити¬
ка", "концепция правовой политики страны" как категории, привычные для
любого цивилизованного государства, в России больше рассматриваются на
теоретическом уровне и лишь предлагаются обществу в качестве панацеи от
всех бед4. Концепция судебной реформы, на наш взгляд, лишь дала толчок
для начала преобразований и довольно быстро стала теоретическим трудом,
отойдя в прошлое. Государству необходимы новые ориентиры, характерные
для стабильного общества, которые позволили бы России выйти из "переход¬
ного" состояния. Для построения правового государства "самое время поза
Гл. ред. А.М. Прохоров. 3е изд. М., 1984. С. 601).
2
Шундиков К.В. Разработка концепции правовой политики приоритет российской юридической доктрины // Российская юридическая доктрина в XXI в.: Проблемы
и пути их решения: Матлы науч.практ. конф. / Под ред. А.И. Демидова. Саратов,
2001. С. 30.
3
Там же.
4
См.: Баранов A.M., Николаев Ю.А. Уголовнопроцессуальная политика, или но¬
вый взгляд на старое явление // Проблемы совершенствования деятельности органов
внутренних дел по борьбе с правонарушениями: Межвуз. сб. науч. тр. Омск, 2001.
107
ботиться о появлении государственноправовой идеологии (выделено нами.
Ю.Д.), основанной на качественно иных ценностях идеалах добра и спра¬
ведливости, уважения к закону, к правам других людей, приоритета нравствен¬
ного поведения"5.
Данные вопросы должны решаться в плоскости формирования нацио¬
нальной правовой политики, которая как "научно обоснованная и последова¬
тельная деятельность, прежде всего, правотворческих и правоприменитель¬
ных органов государственной власти по созданию действенного механизма
правового регулирования"6, как целостная регулятивная система7 лежит в ос¬
нове формирования отдельных ее элементов, составляющих межотраслевое
правовое пространство государства, и образует организующее начало для
правовой жизни и правового развития общества.
Как любая стратегия, правовая политика должна выстраиваться осмыс¬
ленно, теоретически выверенно и, соответственно, быть концептуально обо¬
снованной. При этом в качестве приоритетов выбирается цель, а уже затем
средства ее достижения, и последние не могут корректировать целеполага
ние как функцию управления, касающуюся обоснования и формирования
целей8 и лежащую в основе системного подхода.
Приоритеты правовой политики главные направления ее осуществле¬
ния, другими словами, это то, без чего государству нельзя сегодня обойтись.
Точное и научное определение данных направлений имеет особое значение:
выбранный приоритет свидетельствует о необходимости и намерениях обще¬
ства и государства принять меры для удовлетворения интересов данного эта¬
па своего развития; напоминает о нерешенных задачах в сфере правовой жизни; позволяет определить насущные и перспективные цели и тем самым вы¬
строить стратегию правовой политики9.
Наиболее заметно смена и даже замена приоритетов наблюдаюется в пе¬
реходные периоды развития общества и государства, революции и реформы
зачастую прерывают преемственность правовой политики, не только вносят
существенные коррективы в целеполагание, но и меняют научные и обыден¬
ные представления о роли государства и ценностях права.
Любому государству необходима системная и сбалансированная, страте¬
гически и тактически выверенная, оправданная экономически и поддержива
С. 7583.
5
Александров А.И. Уголовная политика и уголовный процесс в российской госу-
дарственности: история, современность, перспективы, проблемы. СПб., 2003. С. 7.
6
Шундиков К.В. Указ. соч. С. 31.
7
См.: КоробеевА.И. Советская уголовноправовая политика. Владивосток, 1987.
С. 4650.
8
См.: ЯськовЕ.Ф. Теория и практика социального управления. М., 1997. С. 250.
9
См.: РыбаковО.Ю. Формы реализации правовой политики // Правовая политика
108
емая обществом правовая политика, которая, в свою очередь, не может быть
оторванной от реальной жизни, от ее базиса права, всегда выступающего
конкретной категорией, отраженной в законодательстве. Как утверждает
Н.И. Матузов, "правовой политики не существует и не может реально суще¬
ствовать в сугубо рафинированном, дистиллированном виде, без всяких "по¬
сторонних примесей", поскольку она служит, как уже отмечено, способом ак¬
кумуляции и проводником самых разнообразных взглядов, потребностей, инте¬
ресов (экономических, социальных, культурных) и, следовательно, несет на
себе их печать. Правовая политика является средоточением различных сфер
человеческой деятельности, синтезирует их в нормах и институтах, оказывая,
в свою очередь, на них стабилизирующее влияние"10.
Таким образом, государственная правовая политика, в первую очередь,
должна начинаться с формирования собственной концепции в рамках общей
правовой доктрины и в качестве основных положений отражать критическую
оценку современного состояния права в российском государстве, его реаль¬
ных возможностей адекватно противостоять преступности и чиновничьему
произволу; ключевые цели и направления развития; основные средства и ме¬
ханизмы их достижения.
Существенно для проводимого нами исследования представление о сфе¬
рах приложения правовой политики государства, которая может подразделять¬
ся на финансовоправовую, гражданскоправовую, уголовноправовую, пени¬
тенциарную (уголовноисполнительную) и др. Наконец, как часть процессу¬
альноправовой выступает уголовнопроцессуальная политика, которая и яв¬
ляется предметом нашего исследования.
Одно из первых теоретических обоснований данного направления госу¬
дарственной деятельности было дано Н.С. Алексеевым и В.Г. Даевым (1977 г.),
которые, применительно к советскому уголовному процессу, выделили наи¬
более характерные черты уголовнопроцессуальной политики государства:
законность; четкое определение правоприменительных органов и их компе¬
тенции; широкое участие общественности; строгое ограничение мер принуж¬
дения рамками необходимости; всемерная охрана прав и законных интересов
всех участников процессуальной деятельности; выявление и устранение при¬
чин и условий, способствующих совершению преступлений11. По понятным
причинам "порой такие положения, касающиеся особенностей уголовнопро¬
цессуальной политики, носили декларативный характер, были оторваны от
реалий законодательной и правоприменительной практики того времени"12.
и правовая жизнь. 2003. № 2. С. 5.
10
Матузов
Правоведение. 1998. № 4. С. 9.
11
См.: Алексеев Н.С., Даев В.Г. Уголовнопроцессуальная политика советского
Н.И. Понятие и основные приоритеты российской правовой политики //
государства на современном этапе // Правоведение. 1977. № 5. С. 98.
109
Позднее проблемам формирования "новой уголовной и уголовнопро¬
цессуальной идеологии и политики" российского государства посвятили свои
труды Ю.А. Ляхов13, С.С. Босхолов14, А.И. Александров15 и др.
Необходимо отметить, что уголовнопроцессуальная политика чаще все¬
го представляется компонентом уголовной политики и, соответственно, как
часть всей государственной правовой политики наряду со специфическими,
присущими только ей особенностями, она обладает и общими чертами дан¬
ного направления государственной деятельности. С учетом этого, а также за¬
ключения о том, что новая уголовнопроцессуальная политика не строится по
принципу полного отрицания, "разрушения" всего предшествующего,
А.И. Александров выделяет наиболее существенные черты современной уго¬
ловнопроцессуальной политики России: гуманизация законодательства и пра¬
воприменения; демократизация уголовнопроцессуальных мер борьбы с пре¬
ступностью; обеспечение законности и социальной справедливости; укреп¬
ление судебной власти; повышение независимости, авторитета и роли орга¬
нов расследования и прокуратуры; использование общечеловеческих ценно¬
стей, достижение мировой цивилизации в уголовном процессе16. Тем самым
автор обратил внимание на процедурное, организационное, нравственное и
сравнительноправовое содержание путей формирования современной уго¬
ловнопроцессуальной политики, с чем нельзя не согласиться. Вместе с тем
идея использования старых канонов правовой политики в сфере уголовного
судопроизводства, на наш взгляд, побудила автора вновь вернуться к опреде¬
лению основных черт современной уголовнопроцессуальной политики, опи¬
раясь при этом на теоретические положения, выдвинутые Н.С. Алексеевым и
В.Г. Даевым (1977 г.), что нельзя признать достаточно последовательным при
исследовании данных проблем17.
Уголовнопроцессуальная политика государства, как и любая другая раз¬
новидность правовой политики, складывается из отдельных направлений,
которые "вполне могут считаться формами ее реализации: 1) правотворчес
12
Александров
13
См.: Ляхов Ю.А. Новая уголовнопроцессуальная политика. Ростов н/Д., 1992;
А.И. Указ. соч. С. 412.
он же. Сущность и тенденции развития уголовнопроцессуальной политики Российс-
кой Федерации: Автореф. дис... дра юрид. наук. СПб., 1994.
14
См.: Босхолов С.С. Концепция реформирования уголовной политики. М., 1999;
он же. Уголовная политика современной России в условиях конституционноправо¬
вого регулирования: Автореф. дис... дра юрид. наук. М., 1999.
15
См.: Александров А.И. Уголовнопроцессуальная политика в России в условиях
реформирования государства: история и современность: Монография. СПб., 1998;
он же. Уголовная политика и уголовный процесс в российской государственности:
история, современность, перспективы, проблемы.
16
Александров А.И. Уголовная политика и уголовный процесс в российской госу¬
дарственности: история, современность, перспективы, проблемы. С. 414415.
110
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]