Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Концепция уголовного досудебного производства в правовой доктрине современной России. Монография
.pdf
§ 3. Уголовнопроцессуальная доктрина России и развитие
юридической науки: проблемы и противоречия
"Доктрина это не что иное, как затвердевшая
оболочка, нафаршированная идеями"
Г. У. Бичер
"Противоречие есть критерий истины, отсут-
ствие противоречия критерий заблуждения"
Г.В.Ф. Гегель
Среди основных направлений современного этапа реализации правовой
политики Российского государства и, в первую очередь, уголовнопроцессу¬
ального ее ответвления важнейшим шагом, безусловно, выступает формиро¬
вание юридической доктрины как системы теоретических взглядов и практи¬
ческих действий, обеспечивающей создание идеологии права. Доктриналь
ная форма реализации правовой политики задает параметры государственно
правовой жизни, которые опираются на достижения национальной и миро¬
вой, приемлемой для России, юридической мысли и науки в целом. Именно
благодаря правовой доктрине определяются и разрабатываются цели и функ¬
ции права, его принципы, дух и смысл, формируются новые юридические
конструкции и категории, прогнозируется эволюция юридических техноло¬
гий и правовой жизни. "Юридические воззрения и концепции чрезвычайно
значимы для формирования модели правового регулирования, для совершен¬
ствования законодательства, для оптимизации методологии толкования юри¬
дических норм, для правореализационного процесса"
Таким образом, доктринальная форма правовой политики во многом оп¬
ределяет жизнеспособность и эффективность реализации иных направлений
правовой жизни государства и общества: правозащитной, правотворческой и
правоприменительной ее функций. Более того, "в исключительно сложных
социальноэкономических, духовных и политических условиях современной
России особый научный и практический интерес вызывает проблема выбора
определяющей, системообразующей парадигмы, которая могла бы быть по¬
ложена в основу формирования юридической доктрины (правоприменения)
нового столетия"
109
.
108
.
107
Спасович В.Д. Указ. соч. С. 24.
108
Малько А.В. Юридическая доктрина как важнейшее направление современной
российской правовой политики // Российская юридическая доктрина в XXI веке: Про¬
блемы и пути их решения. Саратов, 2001. С. 14.
109
Байтин М.И. О формировании российской юридической доктрины нового столе
141
Правовая доктрина основывается на поддержке государства и может при¬
обретать характер посланий, обращений, программ основных направлений
развития отдельных сфер государственной и общественной жизни, преиму¬
щественно воплощаясь в законопроектах, приобретая, соответственно, харак¬
тер научного предвидения развития юридических ситуаций. Именно юриди¬
ческая доктрина позволяет определить стратегические ориентиры правового
развития и минимизировать возможные его негативные последствия, устра¬
нить препятствия, стоящие на пути юридического прогресса. Рассуждая о
значении данного направления государственной деятельности, Т.М. Пряхина
определяющим качеством доктринальных документов выделяет "выражение
ими официальных взглядов. Применительно к условиям российской действи¬
тельности доктрина выполняет компенсационную функцию, восполняя от¬
сутствие государственной идеологии"
110
.
По мнению О.Ю. Рыбакова, доктринальная форма реализации правовой
политики призвана связать юридическую науку и практику в единую систему
согласованных государственных действий
111
. Вместе с тем современная юри¬
дическая доктрина развивается весьма противоречиво, что явилось следстви¬
ем неготовности юриспруденции к тем изменениям, которые произошли в
обществе. Бурное развитие российского права не сопровождается адекват¬
ным формированием юридической доктрины, что свидетельствует о серьез¬
ном отставании юридической науки от потребностей правовой политики, ко¬
торая решает проблемы своего становления, опираясь на "метод проб и оши¬
бок". Механическое заимствование "иностранных или исторически забытых
образцов", что уже отмечалось выше, стало следствием отсутствия стройной
и понятной юридической доктрины. Как представляет А.В. Малько, "отсюда
и шараханье из стороны в сторону властных структур, которые не имеют в
своей основе надежных и национально выверенных правовых ориентиров,
прогрессивной юридической идеологии, базирующейся на общецивилизован¬
ных ценностях и особенностях российской правовой жизни"
112
. Если оста¬
вить радикальный тон сентенции, сам вывод об отсутствии четких представ¬
лений о развитии права в государстве имеет под собой почву.
В полной мере (а может быть, в первую очередь) сказанное касается ре¬
ализации уголовнопроцессуальной политики государства, обеспечения пра¬
вотворческих и правоприменительных процессов стройной теоретической
тия // Там же. С. 6.
110
Пряхина Т.М. Конституционная доктрина как фактор оптимизации правовой
политики современной России // Правовая политика и правовая жизнь. 2001. № 1.
С. 30.
111
См.:
Рыбаков О.Ю. Указ. соч. С. 14.
112
Малько А.В. Юридическая доктрина как важнейшее направление современной
142
концепцией и государственной доктриной построения и развития современно¬
го российского уголовного судопроизводства.
Общеизвестна классическая формула политической основы подготовки и
проведения государственных судебноправовых реформ. В любом случае это
компромисс между наукой, предлагающей пути оптимизации законодательства,
и администрацией государства, допускающей и выбирающей эти пути, опре¬
деляющей при этом тактику (концепцию) и стратегию (доктрину) реформи¬
рования. Так было в России в 60е гг. XIX в., во Франции в 50е и 90е гг.
последнего столетия второго тысячелетия. С компаративистской позиции УПК
РФ по степени радикальности и амбициозности замысла, как заметил Л.В.Го¬
ловко, сопоставим, по крайней мере, в рамках европейских реформ разве что
с нашумевшей итальянской кодификацией 80х гг. XX в.
113
Подобные компро¬
миссы, как правило, заканчивались в разной степени заметными и радикаль¬
ными "контрреформами", что, в частности, и обусловило неудачу итальян¬
ского "кодекса Вассали (Vassalli)".
В современной России мы наблюдаем иную стратегию развития судеб¬
ноправовой реформы. "Соглашение" заключалось лишь между отдельными
заинтересованными государственными ведомствами, которые "делили" УПК
РФ на сферы влияния, а процессуальная наука как бы осталась в стороне,
и наработки, которые были сделаны ученымипроцессуалистами и криминали¬
стами в последние годы, в большей степени законодателем не востребованы.
Если упрощенно, для краткости, представить эволюцию уголовнопро¬
цессуальной науки, в том числе и отечественной, то этот процесс больше по¬
хож на периодическую, в разной степени масштаба реконструкцию, или
точечный ремонт ранее возведенного человеческой цивилизацией здания пра¬
восудия. Необходимо признать, что даже радикальные социальные и иные
революции основные устои уголовного судопроизводства в силу высокой сте¬
пени его консервативности кардинально изменить не смогли.
Кумулятивистскому (накопительному) подходу в развитии и реконструк¬
ции науки противопоставляется, как более современный и приближенный к
реальности, антикумулятивистский метод историконаучных исследований,
где теоретические концепции постоянно выдвигаются и опровергаются, кон¬
курируют между собой
114
. В истории науки наступает "перерыв постепеннос¬
ти", или научная революция, которая влечет за собой изменение парадигмы
знаний и представлений об объекте исследования.
Представляется также, что авторы нового уголовнопроцессуального за¬
конодательства вошли в противоречие с действием принципа корреспонден
российской правовой политики. С. 15.
113
См.: Головко Л.В. Новый УПК Российской Федерации в контексте сравнитель¬
ного уголовнопроцессуального права // Госво и право. 2002. № 5. С. 51.
114
"Если наука строит свое здание, то это кунсткамера ошибок в той же степени, что
143
ции соответствия конкретных правовых представлений общетеоретическим
установкам существующей научной парадигмы и логическим правилам по¬
строения научной теории. Можно признать, что введение нового отечествен¬
ного УПК и есть попытка сменить на уровне кодификации парадигму уголов¬
ного судопроизводства и перейти от традиционной для России модели пост¬
инквизиционного смешанного уголовного процесса континентального типа
к "ультрасовременному варианту" состязательного процесса
115
. Однако пара¬
дигма возникает на основе накопления знаний, при достижении консенсуса
между учеными когда все с ней согласны и исходят из общепринятых поло¬
жений, принимая их как данность
116
. Подобного, как представляется, россий¬
ское научное сообщество в данный момент не имеет. Сложилась парадок¬
сальная ситуация процессуальная наука "отстала" от убежавшего вперед
радикально настроенного законодателя!
В связи с этим можно выделить, по крайней мере, два стратегических
направления разрешения методологических проблем применения УПК РФ.
Вопервых, как это ни парадоксально, но "спасение утопающих дело рук
самих утопающих", т.е. путь правоприменителю на первых этапах действия
УПК РФ должна освещать взвешенная и опирающаяся на общие традици¬
онные и испытанные каноны теории уголовного процесса судебная и про
курорскоследственная практика (например, представляется достаточно
высокой в создавшемся положении роль решений Пленума Верховного Суда
Российской Федерации). Вовторых, перед уголовнопроцессуальной нау¬
кой стоит не менее важная и сложная задача в оптимально короткие сроки
разработать и по мере возможности реализовать научноисследовательскую
программу становления и развития новых представлений о пореформенном
уголовнопроцессуальном законодательстве, приведения УПК РФ в нормаль¬
ное рабочее состояние, позволяющее реально противостоять преступности в
стране. Необходимо создание "твердого ядра" новой парадигмы, т.е. раз¬
работка базовых, ключевых понятий и концепций пореформенного уголов¬
ного судопроизводства, а также его "защитного пояса"
117
, выступающего в
и музей достижений" (Мартишина НИ. Введение в гносеологию. Омск, 1997. С. 62).
115
См.:
Головко Л.В. Указ. соч. С. 5154.
116
См., напр.: Кун Т. Структура научных революций / Пер. с англ. М., 1975.
117
Идея
научноисследовательской программы эквивалента понятия парадиг¬
мы принадлежит И. Локатосу, который различает "твердое ядро" и "защитный пояс"
программы, критика которой на основе аномальных фактов сначала должна про¬
бить защитный пояс, лишь после чего возможно опровержение всей парадигмы.
Это позволяет проследить процесс научных революций в реальном времени
(см., напр.: ЛокатосИ. Доказательства и опровержение / Пер. с англ. М., 1967;
он же. История науки и ее рациональные реконструкции // Структура и развитие
144
виде совокупности вспомогательных концепций. Среди последних неотъемле¬
мой представляется концепция досудебного производства по уголовным де
118
лам
.
Как было указано выше, в целях оказания новому уголовнопроцессу¬
альному закону "научнометодической, моральной и информационной под¬
держки", а также создания "механизма отладки нового законодательства, спо¬
соба "обратной связи" законодателя и правоприменителя"
119
проводится мо¬
ниторинг УПК РФ. Следуя предложенной законодателем идее, можно (и нуж¬
но), как представляется, провести объективное изучение оценок, данных уго¬
ловнопроцессуальной реформе в юридических публикациях последних пост¬
реформенных месяцев. Безусловно, особую реакцию у процессуалистов
вызнавала предложенная законодателем "гиперсостязательность" в ее клас¬
сическом (идеальном) теоретическом представлении, которая и легла в осно¬
ву "политического кредо" УПК РФ
120
. Кроме того, ученыепроцессуалисты
обратили особое внимание на ряд концептуальных моментов нового законо¬
дательства, которые, на наш взгляд, следует подвергнуть исследованию в пер¬
вую очередь. Это, безусловно, проблемные аспекты, касающиеся назначения
и принципов уголовного судопроизводства
ального статуса органов уголовного преследования
науки. М., 1978).
118
См.: Обсуждение концепции развития досудебного производства в уголовном
121
; новой роли суда
123
; теории доказательств
122
и процессу¬
процессе // Информационный бюллетень Следственного комитета МВД РФ. 1998.
№ 1 (94). С. 9.
119
Мониторинг
Рос. юстиция. 2002 № 11. С. 4.
120
См.,
введения в действие УПК РФ: первый предварительный доклад //
напр.: ЛукашевичВ.З., ЧичкановА.П. Принцип состязательности и равноправия сторон в новом УПК РФ // Правоведение. 2002. № 2. С. 102109; Яненко Е.
Размышление у парадного фасада УПК // Рос. юстиция. 2002. № 12.
С. 6667; и др.
121
См., напр.: Бойков А. Новый УПК России и проблемы борьбы с преступностью //
Уголовное право. 2002. № 3. С. 6369; Радутная Н. Один из первых коммента¬
риев // Законность. 2002. № 11. С. 3032.
122
См.,
напр.: КальницкийВ.В. Высказанная обвинителем позиция предопределя¬
ет пределы судебного разбирательства // Рос. юстиция. 2002. № 12. С. 3435;
Кашепов В.П. О преобразовании статуса суда в уголовном судопроизводстве // Жур¬
нал российского права. 2002. № 9. С. 2532; и др.
123
См., напр.: Зайцев О., Абдуллаев Ф. Процессуальное положение дознавателя по
УПК РФ // Законность. 2002. № 12. С. 1618; Гончаров Д.Ю. Самостоятельность
следователя: быть или не быть // Журнал российского права. 2002. № 9. С. 104110;
Синельщиков Ю. Полномочия прокурора в досудебном производстве по новому УПК //
Законность. 2002. № 3. С. 610; Амирбеков К. Правовой статус прокурора в
145
и процесса доказывания
125
ства
; равновесия между правовыми средствами раскрытия и расследова¬
ния преступлений и правовыми возможностями защиты обвиняемого от об
винения
126
; и др.
124
; избирательности режимов досудебного производ
Вполне очевидно, что отсутствие юридической доктрины, хотя бы при¬
менительно к уголовнопроцессуальному праву, оборачивается рассогласова¬
нием законотворчества и потребностей юридической практики, которая фор¬
мируется под давлением необходимости решения сиюминутных задач. Пра¬
вовая теория и юридическая практика развиваются автономно друг от друга,
без учета перспектив своего развития, что характеризуется "отсутствием в
массиве юридической деятельности признаков системности согласованно¬
сти отдельных частей, их взаимозависимости и взаимодополняемости, непро
тиворечивости"
127
.
Если государство и юридическое сообщество желает видеть в проводи¬
мой судебноправовой реформе определенную схему последовательных ша¬
гов по направлению к новой эффективной правовой системе, то основанием
реформирующейся юридической теории и практики должна послужить юри-
дическая доктрина как совокупность согласованных, принятых юридичес-
ким сообществом приоритетов и принципов, технологий и инструмента¬
рия, стратегии и тактики достижения определенных целей. Это долговре¬
менная и перспективная, опирающаяся на теоретическую концепцию, про¬
грамма реализации правовой политики, выступающая не только "согласитель¬
ным" средством, но и критерием оценки эффективности правотворчества и
правоприменения.
При этом необходимо представлять, что отсутствие (или слабая теорети¬
ческая проработанность) правовой доктрины ведут к "бюрократизации пра¬
вовой культуры, стагнации правовой теории, рутинности юридической прак¬
тики", и, как следствие, все отчетливее просматривается тенденция скатыва¬
ния к "американской правовой эмпиричности и утилитарности в строитель¬
стве правовых институтов общества: там право адвокатов практически пол
судебных стадиях уголовного процесса // Законность. 2002. № 3. С. 610; и др.
124
Лупинская
П.А. Доказательства и доказывание в новом уголовном процессе //
Рос. юстиция. 2002. № 7. С. 58; Абдрахманов Р. Процесс доказывания в новом
УПК // Уголовное право. 2002. № 4. С. 5354; и др.
125
См., напр.: Деришев Ю.В. Предварительное следствие: исследование или преследование // Рос. юстиция. 2002. № 10. С. 3435; Головко Л.В. Указ. соч.
С. 5154; и др.
126
См., напр.: БыковВ.М. Уголовнопроцессуальный кодекс РФ и проблемы рас¬
крытия преступлений // Право и политика. 2002. № 9. С. 66.
127
Демидов А.И. Принципы юридической доктрины России // Российская юриди
146
ностью вытеснило право как элемент человеческих отношений"
128
. Безуслов¬
но, такая опасность остро ощущается при восприятии и исследовании нового
отечественного уголовнопроцессуального права России, и как эталонное
правосознание такой подход вряд ли будет воспринят российским обществом.
Уже в конце XX в. юридическое сообщество столкнулось с определен¬
ным дефицитом новых юридических идей, при этом деформированное рос¬
сийское правосознание постепенно стало практически отторгать веру в силу
закона. Правовой нигилизм власти и населения породил своеобразный фено¬
мен, позволивший правоохранительным органам выдвинуть обществу лозунг:
"Дайте нам новые, хорошие и эффективные законы!", а политической элите
отгородиться от тех и других "идеей диктатуры закона".
Это привело к выводу о несостоятельности принятой методологии пра¬
вовых исследований, о ее обновлении и реконструкции исследовательских
подходов
129
. Однако нельзя думать, что право XXI столетия, а с ним и его
понимание, будет совершенно новым, не "вписывающимся" в традиционные
представления. Российская правовая доктрина возникает не на пустом месте
и формируется на основе преемственности и интеграции настоящего и буду¬
щего российского права. Как пишет М.И. Байтин, "выбор будущего право¬
применения должен основываться на сочетании современного уровня отече¬
ственной юриспруденции, всего, что в ней есть ценного, оправдывающего
себя на практике, в тесной связи с новейшими достижениями других гумани¬
тарных, а также естественных наук, с реалиями происходящего возрождения
России и перспективами ее развития"
130
.
Так или иначе, но рассматриваемые негативные процессы оказали свое
воздействие на формирование уголовнопроцессуального законодательства,
примером чему может служить обнаруженное при его исследовании методо¬
логическое противоречие между определением онтологии и аксиологии по¬
реформенной модели отечественного уголовного судопроизводства. Так,
в поисках философской основы определения целей современного уголовного
процесса разработчики УПК РФ обратились к кантовой теории признания за
каждым человеком "абсолютной ценности", или "статуса самоценности".
Статья 6 УПК РФ в этом вполне корреспондируется со ст. 2 Конституции Рос¬
сийской Федерации, из которой вытекает, что каждый человек, его права и
свободы являются высшей ценностью. При этом признание, соблюдение и
защита прав и свобод человека и гражданина первейшая обязанность госу
ческая доктрина в XXI веке: Проблемы и пути их решения. Саратов, 2001. С. 8.
128
Синюков В.Н. Указ. соч. С. 13.
129
"С тем теоретическим багажом, который имеет наше правоведение, затевать
любые реформы опасно, о чем свидетельствует прошедшее десятилетие" (Синюков В.Н.
Указ. соч. С. 16).
147
дарства. Данное положение постулат, лежащий в основе понимания любого
цивилизованного гражданского общества, и одно из условий признания госу¬
дарства правовым.
Наряду с этим руководитель рабочего коллектива по подготовке УПК РФ
Е.Б. Мизулина определила уголовный процесс как социальную технологию,
представляющую собой систему последовательно применяемых приемов и
способов, обеспечивающих получение определенного результата. По мнению
автора, "таким результатом может быть только одно недопущение осужде¬
ния невиновного, только этим можно объяснить существование уголовного
процесса наряду с уголовным правом"
131
.
В работе уже обсуждалась проблема влияния данного вывода о телеоло¬
гии современного уголовного судопроизводства на реальную защиту интере¬
сов российских "самоличностей". Как представляется, допущена также пере¬
оценка значения социальной технологии в жизни общества и личности, тем
более в основу выбранной модели реформирования положен западноевро¬
пейский или американский цивилизационноисторический тип, который по¬
спешно был избран в качестве мирового стандарта.
Проблема в том, какой мир создается в результате такой стандартизации,
как унификация социальных технологий (в полной мере эти процессы каса¬
ются не только общества и государства, но и права). Как известно, европей¬
ский цивилизационноисторический тип явился результатом органического
развития на базе традиций
131
. Однако, согласно учению Макса Вебера, "тра¬
диционное поведение диктуется привычками, обычаями, верованиями, став¬
шими второй натурой. Субъект поступает по традиции, ему нет нужды ни
ставить перед собой цель, ни определять ценности, ни испытывать эмоцио¬
нальное возбуждение он просто подчиняется укоренившимся в нем за дол¬
гую практику рефлексам"
133
.
Приобщение других стран, в том числе и России, к так называемому ци
вилизационному проекту "Пакс Британика" возможен только при его корре¬
ляции с традициями аборигенов. Как известно, Америка признает "своими"
лишь европейские страны (и то не все) и Японию. «Всем остальным уготова¬
на участь "догоняющих" стран, не способных к полноценной унификации,
находящихся в разной степени "недоразвитости" изза своей особенности,
130
Байтин М.И. Указ. соч. С. 7.
131
Мизулина Е.Б. Совершенствование уголовнопроцессуального законодательства: Проект УПК Российской Федерации // Информационный бюллетень Следственного комитета при МВД России. 2001. № 1 (107). С. 146.
132
См.: Вязовик Т. Чем грозит унификация социальных технологий: (http://
www.russ.ru/politics/20030327vjaz.html). 2003. 27 марта.
133
Арон Р. Этапы развития социологической мысли: М. Вебер. М., 1992.
148
не вписывающийся в европейский проект. В результате создается жесткая иерар¬
хическая система во главе с креативщиками, опекающими в своих интересах
своих сателлитов»
135
.
134
Место России в этой системе предсказать несложно. Отечественная ис¬
тория знает по крайней мере две попытки нашего государства стать полноп¬
равным членом европейской цивилизации реформы Петра I и строитель¬
ство государства в XX в., что привело к расслоению в обществе: большая
часть населения продолжала жить по традициям, а вторая часть перешла на
западноевропейские рельсы, что явилось одной из причин саморазрушения
всей системы.
Третью попытку перестроить государство и право, опять же отказавшись
от традиций или принимая их лишь в качестве некоего исторического фона
реформ, Россия переживает сейчас. Выше в исследовании уже приводились
аргументы о необходимости изучения и учета своих собственных корней, как
основы любых реформ и модернизаций. Тем более это существенно для Рос¬
сии, для которой поговорка об "иванах, не помнящих родства" стала своеоб¬
разным лозунгом проведения многих реформ. Желания стать цивилизован¬
ными, а точнее, богатыми, крайне мало для получения результата.
В этой связи интересны исследования, проводимые в последние годы
русской православной церковью. Остро ставится проблема, связанная с фун¬
даментальным противоречием нашей эпохи и одновременно главным вызо¬
вом человеческому сообществу в XXI в. "противостояние либеральных ци
вилизационных стандартов, с одной стороны, и ценностей национальной куль¬
турнорелигиозной идентичности с другой"
136
. Это в полной мере касается
правового строительства российского государства, в том числе его уголовно
процессуальной политики. В поисках ответа на поставленный вопрос пред¬
лагаются две взаимоисключающие модели поведения. Первая изоляциони¬
стская, предполагающая полную изоляцию от тлетворного внешнего влия¬
ния, что утопично в условиях открытого и взаимопроникаемого мира. Вторая
предлагает взять либеральную цивилизационную модель в том виде, в кото¬
ром она сложилась в настоящее время на Западе, и механически перенести ее
на русскую почву, при необходимости силой укоренив ее. Чтото подобное про¬
исходит с правом: Запад не смог "огнем и мечом" принести нам свои жизненные
ориентиры, культуру, не очень получается с религией, поэтому делается после¬
дняя, может быть, решающая попытка ассимилировать в России правовые моде
С. 490.
134
См.: Валлерстайн И. Америка и мир: сегодня, вчера и завтра // Свободная мысль.
1995. № 2. С. 24.
135
См.: Вязовик Т. Чем грозит унификация социальных технологий.
136
Митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл. Норма веры как норма
149
ли, построенные на приоритете либеральных ценностей. Подходит ли православ¬
ному человеку этот либеральный стандарт, где во главу угла ставится эгоизм,
легитимизируется право на грех? Необходимо помнить как заповедь призы¬
вает русская православная церковь общество, лишенное представлений о
норме жизни, принимающее подобную систему ценностей, неизбежно обрека¬
ется на духовное вырождение, рано или поздно будет обречено на гибель
137
.
Либеральные ценности в политике, экономике, социальной жизни, праве
должны рассматриваться как допустимые только при условии решительного
отказа от принципов либеральной аксиологии применительно к человечес¬
кой личности. Великий русский писатель"криминолог", познавший сам и
показавший миру внутреннее состояние такого социального и нравственного
явления, как "преступление и наказание", Ф.М. Достоевский представлял со¬
отношение первого и второго в виде логической цепочки, где преступление
грех, наказание искупление греха, а что мешает этому искуплению "бесовщина" ! Может быть, это и есть русская идея в сфере уголовного судопроиз¬
водства, которая, безусловно, должна получить современное демократическое
оформление и содержание, исходя из требований ст. 2 Конституции России!
Показательно, что на проблему отсутствия стройной концепции совре¬
менного уголовного судопроизводства, в том числе функциональноправово¬
го построения досудебной его части обратили внимание не только ученые
процессуалисты, но и практические работники органов предварительного
расследования. Так, много лет возглавлявший Следственный комитет при МВД
России И.Н. Кожевников, выступая 26 августа 1997 г. на Коллегии министерства, посвященной проблемам совершенствования деятельности следственного аппарата
138
, констатировал отсутствие "единой позиции в государстве о
пути совершенствования устаревшей сегодня процедуры расследования, ме¬
сте органов предварительного следствия в системе уголовного судопроизвод¬
ства. При обсуждении этих вопросов преобладает корпоративный интерес и
узковедомственный подход. Отсутствуют необходимая политическая воля в
решении назревших проблем и необходимые финансовые средства"
139
. Про¬
блемы досудебного производства стали предметом рассмотрения проведен¬
ного 27 ноября 1997 г. под эгидой Следственного комитета при МВД России
заседания "круглого стола" представителей следственного аппарата и науч¬
ных кругов г. Москвы. Было подтверждено, что общегосударственного, взве¬
шенного подхода к решению вопросов совершенствования организационно¬
го построения органов предварительного расследования, а также процедур
жизни // Независимая газета. 2000. 16 февр.
137
Митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл. Норма веры как норма
жизни.
138
См.: Приказ МВД РФ. 1997. № 586.
139
Информационный бюллетень Следственного комитета при МВД РФ. 1997.
150
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]