Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Концепция уголовного досудебного производства в правовой доктрине современной России. Монография
.pdf
Как известно, принцип состязательности тесно взаимодействует
94
с принципом обеспечения подозреваемому и обвиняемому права на защиту
(ст. 16 УПК РФ), где проявляется, на наш взгляд, одна из основных практи¬
ческих идей реализации состязательности и внедрения ее в досудебное про¬
изводство. Данное положение, с одной стороны, определяет субъективное
право каждого лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступ¬
ления, на использование возможностей защиты: лично или с помощью свое¬
го защитника и (или) законного представителя. С другой стороны, государ¬
ство в лице органов, осуществляющих уголовное судопроизводство, должно
обеспечить реализацию данного права. Наиболее эффективной формой по¬
добного обеспечения, безусловно, выступает участие защитника, включа¬
ющегося в процесс с самых ранних этапов уголовного преследования.
Вместе с тем обеспечение задержанного или обвиняемого адвокатом
это необходимое, но недостаточное условие состязательности. Как уже отме¬
чалось, в результате развития концепции охранительного типа уголовно
процессуального законодательства России в последние годы роль и возмож¬
ности защиты в стадии расследования существенно возросли, однако, как
показало исследование, ее противодействие обвинению далеко не всегда адек¬
ватно и в связи с этим не удовлетворяет подзащитных. Лишь 12% опрошенных в начале 90х гг. прошлого столетия "доверителей" адвокатов были удов¬
летворены результатами их деятельности по осуществлению защиты от уго¬
ловного преследования, между тем как до 2/3 респондентов высказали нега¬
тивную оценку участия защитника95. Эти показатели незначительно измени¬
лись в начале XXI столетия, хотя возможности защитника по "последним ва¬
риантам" старого УПК РСФСР и УПК РФ значительно изменились в сторону
его "боеспособности". Участием защитника доволен лишь каждый четвер¬
тый опрошенный (25,8%), а крайне критически отнеслись к его "защититель¬
ной" деятельности 57,6% респондентов.
Низкая эффективность реализации функции защиты в уголовном судо¬
производстве, с одной стороны, повлияла на развитие тенденций демократи¬
зации его процедур с большим креном в сторону усиления гарантий прав за¬
щищающейся стороны, с другой стала основной причиной широкого об¬
суждения учеными и практикующими юристами возможности проведения так
называемого адвокатского, или параллельного, расследования. Под данной
деятельностью понимаются "одновременные следственные действия, прово¬
димые защитником, по выявлению оправдывающих или смягчающих ответ
канд. юрид. наук. С. 89.
94
В системе принципов уголовного процесса нет и не может быть иерархии, но они
действуют как отдельные детали слаженного механизма, где один принцип дополняет и
стимулирует действие другого.
261
ственность обстоятельств с изложением своих выводов в оправдательном за¬
ключении или в заключении о смягчении ответственности обвиняемого"96.
При этом составленное заключение и другие документы адвоката направля¬
ются в суд вместе с уголовным делом97.
Данный довольно радикальный метод повышения эффективности защит¬
ной функции нашел поддержку среди ученых98, а также прослеживается в Кон¬
цепции судебной реформы, которая предложила обеспечить возможность защит¬
нику и представителю потерпевшего самостоятельно собирать доказательства,
допустимость которых устанавливается законом. Однако сторонники "контррас¬
следования" не были последовательны, что свидетельствует о больших сомне¬
ниях в эффективности подобных нововведений. Самостоятельное адвокат¬
ское расследование постепенно заменялось более мягкими предложениями:
"...ничем не может быть ограничено право адвоката встречаться с очевидцами
события и другими лицами, располагающими какимилибо сведениями по
делу,
требовать
их
вызова и допроса
(выделено нами.
Ю.Д.)"
99
.
Предлага¬
лось также закрепить в новом уголовнопроцессуальном законодательстве
право состязающихся сторон направлять в суд "свои собственные" дела с обо¬
снованием выдвинутых ими версий обвинения или защиты
100
.
Как представляется, подобные привлекательные, на первый взгляд, идеи
лишь внешне оптимальны с точки зрения теории обеспечения прав личности,
но практически, как уже отмечалось выше, "иллюзорны в своей основе и не¬
приемлемы для российского уголовного процесса", так как реализовать их
можно, "лишь сломав систему российского уголовного процесса, поскольку
он является... процессом смешанного типа"
101
, в отличие от англоамерикан¬
ской модели судопроизводства, созданной и существующей как обвинитель¬
ный тип процесса, допускающего параллельное расследование. В связи с этим
сторонникам подобных нововведений обоснованно возражают: искусствен¬
ное внедрение положений состязательности западного образца в неприспо¬
собленную для этого систему российского уголовного процесса способно лишь
разрушить сложившийся порядок расследования преступлений
102
.
95
См.:
Шадрин В.С. Указ. соч. С. 130.
96
Горя Н. Принцип состязательности и функции защиты в уголовном процессе //
Сов. юстиция. 1990. № 7. С. 22.
97
Там же. С. 23.
98
См., напр.: Пастухов М.И. Реабилитация невиновных: Основы правового института. Минск, 1993. С. 83; БедняковД.И. Некоторые аспекты судебноправовой
реформы в РСФСР // Сов. госво и право. 1992. № 1. С. 2629; и др.
99
Концепция судебной реформы в Российской Федерации. М., 1992. С. 93.
100
Шведов Н., Завидов Б. Готовимся к введению суда присяжных // Рос. юстиция.
1994. № 5. С. 12.
262
Вместе с тем, как известно, отечественный законодатель решил поставить
под сомнение подобные выводы. Включение в УПК РФ ч. 3 ст. 86, позволяю¬
щей защитнику собирать доказательства путем получения предметов, документов
и иных сведений; опроса лиц с их согласия и истребования справок, характеристик
и т.п., вновь заставило научную общественность обратить внимание на идею "ад¬
вокатского расследования", хотя она постоянно витала над ним и в период подго¬
товки проектов нового уголовнопроцессуального законодательства. Обсуждалось,
как правило, два ключевых вопроса: является ли предложенное законодателем но¬
вое "вооружение" защитника так называемым "параллельным расследованием"
и что дозволено ему собирать: сведения или доказательства?
Даже поверхностный анализ правовых средств собирания доказательств
адвокатом позволяет прийти к выводу об их "административной" природе, не
допускающей процессуального принуждения при осуществлении предусмот¬
ренной ч. 3 ст. 86 УПК РФ деятельности
103
. Как считает С.А. Шейфер, введе¬
ние самостоятельного адвокатского расследования несовместимо с отсутстви¬
ем у защитника властных полномочий, без которых собирание доказательств
утрачивает всякий смысл. Адвокатзащитник не может быть наделен подоб¬
ными полномочиями в силу своего статуса, не позволяющего ему становить¬
ся представителем власти
104
.
Даже в рамках нового, "гиперсостязательного" уголовнопроцессуаль¬
ного законодательства абсолютно очевидно, что "собирать доказательства
разрешается в пределах процессуальной формы и только лицу, проводящему
дознание, следователю, прокурору, суду"
пришла к выводу, что ч. 3 ст. 86 УПК РФ принципиально ничего не меняет в
уголовном судопроизводстве
106
.
Не менее убедительно С.А. Шейфер доказал, что конструкция так называ¬
емых частных следственных действий для защитника
105
. В связи с этим С.Д. Шестакова
107
является искусствен
101
Шадрин
102
См.:
вы правового института. Минск, 1993 // Госво и право. 1994. № 89. С. 224.
103
Один
В.С. Указ. соч. С. 131.
КовтунН.Н. Рец. на кн.: Пастухов М.И. Реабилитация невиновных: Осно¬
из малочисленных сторонников введения "на первых порах" адвокатско¬
го расследования В. Руднев допускает назначение защитником экспертизы, для чего
нет необходимости применения процессуального принуждения. Если же понадобят¬
ся образцы для сравнительного исследования, необходимо, по мнению автора, через
суд возбудить ходатайство перед следователем об их получении. Не проще ли таким
же образом решить и главный вопрос о назначении экспертизы (см.: он же. О состя¬
зательности на предварительном следствии // Уголовное право. 1999. № 1. С. 88).
104
См.:
Шейфер С.А. Указ. соч. С. 78.
105
Стецовский Ю.И. Уголовнопроцессуальная деятельность защитника. М.,
1982. С. 60.
106
Шестакова С.Д. Проблемы реализации принципа состязательности в процес
263
ной, нежизненной, вступает в противоречие с основным постулатом уголов¬
нопроцессуального права: доказательства в уголовном деле формируются толь¬
ко в результате проведения следователем процессуальных действий, в том чис¬
ле следственных
Н. Кузнецова и С. Дадонова
108
. В связи с этим представляется спорной позиция
109
, а также В. Вольского
110
, придерживающихся
мнения о возможности собирания доказательств защитником. Не вызывают
оптимизма предложения А.В. Победкина о формировании так называемых
параллельных уголовных дел, представляемых защитником непосредственно
в суд. При этом аргументы автора в пользу того, что подобного "рода доказа¬
тельства априори допустимы, поскольку процедура их получения защитни¬
ком практически не предусмотрена, и не может быть нарушена"
111
, не выдер¬
живают критики относительно теории процессуальной формы. Тем более в
этом же исследовании автор именно с подобных позиций не может предста¬
вить "бесформенное" предоставление и использование результатов ОРД,
без опоры на процедуры, которые должны быть предусмотрены в УПК РФ
112
Как говорится, что дозволено Юпитеру, не дозволено... органу дознания.
Таким образом, становится очевидным, что в ст. 86 УПК РФ законодатель
имел в виду право защитника собирать лишь сведения об обстоятельствах совер¬
шенного преступления, а формирование на их основе доказательств (при их пред¬
ставлении) прерогатива следователя. Следует также согласиться с предложени¬
ем В.М. Быкова и Н.А. Громова об изменении формулировки ч. 3 ст. 86 УПК
113
,
где следует записать, что защитник собирает сведения, предметы и докумен¬
ты, которые по его ходатайству могут быть приобщены к уголовному делу в
качестве доказательств в случае признания их относимыми и допустимыми.
Подобная точка зрения также отстаивается в работах Ю.Д. Лившица и
С.М. Даровских
Н.М. Луговец
114
, группы авторов: Т.Т. Алиева, Н.П. Царева, Н.А. Громова и
115
, Н.А. Лукичева
116
; и др.
.
се доказывания на предварительном следствии. С. 16.
107
Предложения о предоставлении права защитнику осуществлять частные рас¬
следовательские меры, в том числе с участием частного детектива, проведение част¬
ных следственных действий с участием наблюдателя и т.п. прозвучали в проекте
Общей части УПК, подготовленном в ГПУ при Президенте России.
108
См.: Шейфер С.А. Указ. соч. С. 78; он же. Проблемы правовой регламента¬
ции доказывания в уголовнопроцессуальном законодательстве РФ // Госво и право.
1995. № 10. С. 100.
109
См.:
КузнецовН., Дадонов С. Указ. соч. С. 32.
110
См.: Вольский В. Указ. соч. С. 49.
111
Победкин А.В. Некоторые вопросы собирания доказательств по новому уголовнопроцессуальному законодательству России // Госво и право. 2003. № 1. С. 61.
112
Там же. С. 64.
113
См.: Быков В.М., Громов Н.А. Право защитника собирать доказательства // За
264
Нетрудно обнаружить, что провозглашаемая "идиллия" состязательности,
при которой стороны обвинения и защиты обладают равными возможностя¬
ми, допустима "лишь на бумаге либо в умах оторванных от жизни людей. Это
всего лишь одна из иллюзий"
117
. Как заметил К.Ф. Гуценко, характеризуя англо¬
саксонскую модель уголовного судопроизводства, везде и во все времена бре¬
мя доказывания и, соответственно, выявление и собирание доказательств по
уголовному делу считалось и считается делом специально подготовленных
профессионалов, за спиной которых стоит государство с его широкими воз
можностями
118
. Более того, в англосаксонской системе права никто и ничто не
обязывает их быть объективными, их дело собирание исключительно обви¬
нительных доказательств от имени и по поручению государства. И это осу¬
ществляется, как правило, в полной тайне от обвиняемого. Нельзя не учиты¬
вать и материальные возможности "доверителей" финансировать подобные
адвокатские расследования. Данные обстоятельства, повидимому, ушли из поля
зрения отечественного законодателя при формировании нового УПК РФ, от¬
кровенно ориентированного "на запад".
Дело, на наш взгляд, не только и не столько в особенностях отечествен¬
ного уголовного процесса, не позволяющего проникнуть состязательным на¬
чалам в расследование в той степени, как это возможно в судебном разбира¬
тельстве. Важно правильно и эффективно реализовать предусмотренные за¬
коном возможности защитника, что на практике далеко не идеально исполь¬
зуется. Так, свое право присутствовать в проводимых с участием подзащит¬
ного следственных действиях адвокаты, по их собственным утверждениям,
реализуют лишь по каждому четвертому уголовному делу, несколько реже
по каждому третьему и крайне редко по более чем половине дел. Эти дан¬
ные в целом не расходятся с оценками их доверителей: лишь 11% из них под¬
тверждают участие защитника во всех следственных действиях, 20% их от¬
мечают участие защитника в более чем половине таких случаев, 15% в ме¬
нее чем половине, другие 15% указывают на редкость подобных случаев,
а почти 1/3 отрицают участие в следственных действиях своего адвоката (здесь
не учитываются первые допросы подозреваемых)
119
. Подобная практика под¬
тверждается не только результатами изучения уголовных дел. По данным След
конность. 2003. № 10. С. 12; БыковВМ. Указ. соч. С. 70.
114
См.: ЛившицЮ.Д., Даровских С.М. Вопросы принципа состязательности в ста¬
дии предварительного расследования // Следователь. 2002. № 8. С. 13.
115
См.: Алиев Т.Т., ЦаревН.П., Громов Н.А., Луговец Н.М. Процессуальное поло¬
жение обвиняемого и его защитника при расследовании преступлений // Следова¬
тель. 2003. № 1. С. 32.
116
См.: Лукичев Н.А. Указ. соч. С. 47.
117
Гуценко К.Ф., Головко Л.В., Филимонов Б.А. Уголовный процесс западных государств. М., 2001. С. 6.
265
ственного управления при УВД Омской области, более 85% следователей счи¬
тают, что адвокаты свое право участия в проведении следственных действий с
подзащитным используют лишь для затягивания предварительного следствия,
так как хронически не являются в назначенное время, тем самым, по сути,
срывая проведение следственных действий
120
.
Решение проблемы, на наш взгляд, заключается, прежде всего, в повы¬
шении квалификации, активности и взвешенности позиции адвокатов, а так¬
же в уравнивании возможностей сторон имеющимися в законе средствами.
Представление защитником, как, впрочем, и другой стороной полученных
сведений и данных в качестве доказательств, возможно, будет осуществлять¬
ся, как и ныне, посредством заявления ходатайств перед следователем под
контролем суда. Но, как правильно заметили Л. Башкатов и Г. Ветрова, по¬
добное станет возможным лишь в том случае, когда следователь уйдет с пози¬
ций обвинения
121
, где он находился в период действия УПК РСФСР и куда
законодательно закреплен по УПК РФ.
Вместе с тем очевидно, что отнесение следователя к субъектам обвине¬
ния не позволяет ему быть объективным. Не случайно многие годы в процес¬
суальной науке, как уже отмечалось выше, присутствует точка зрения о за¬
креплении за следователем нейтральной функции расследования или иссле¬
дования обстоятельств совершенного преступления. Освободившись от "об¬
винительных обязанностей", следователь сможет объективно оценивать пред¬
ставленные ему сторонами доказательства, обеспечивать возможность осу¬
ществления их процессуальных возможностей, в связи с чем "параллельное
расследование" отпадает как идея сама собой.
Безусловно, обвинительные функции в полной мере должны взять на себя
прокурор и руководимые им органы дознания, но при условии того, что про¬
курор не будет делить с обвинительной функцией иные ныне присущие ему
направления деятельности: надзор и процессуальное руководство предвари¬
тельным следствием, о чем пойдет речь в следующем параграфе.
Освобожденный от обвинительных функций следователь, на наш взгляд,
не только не будет противиться ходатайствам стороны защиты, но и станет
рассматривать защитника как позитивного помощника в расследовании. При
этом надо признать, что судебная практика в последние годы всегда стреми¬
лась уравнивать шансы состязающихся сторон. Как довольно тонко заметила
Н. Григорьева, суды не отказывали в использовании в интересах обвиняемых
118
Там же. С. 67.
119
См.:
Шадрин В.С. Указ. соч. С. 133134.
120
Данные
УВД Омской области за 19982000 гг.
121
См.: Башкатова Л., Ветрова Г. О состязательности // Рос. юстиция. 1995.
получены из аналитических материалов Следственного управления при
266
доказательств, формально не соответствующих требованиям закона, с учетом
ограниченных возможностей защиты по их собиранию. Так, если защита заяв¬
ляла о приемлемости в качестве доказательств "суррогатных" материалов, име¬
нуемых в уголовном деле как "явка с повинной", "чистосердечное признание"
и т.п., последние не исключались из разбирательства дела, хотя в качестве дока¬
зательств обвинения они безоговорочно отвергались судами
122
.
Еще до принятия УПК РФ в литературе появилась "встречная критика"
отдельных положений УПК РСФСР и проектов УПК РФ (хотя они остаются
актуальными и в связи с принятием нового уголовнопроцессуального зако¬
нодательства), противоречащих принципу состязательности и равноправия
сторон, но уже, по мнению оппонентов, ущемляющих возможности и права
стороны обвинения. Так, возглавлявший много лет следственный аппарат
МВД России И.Н. Кожевников, выступая с критическими замечаниями в от¬
ношении отдельных положений проекта УПК, высказал мнение, что инсти¬
тут ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами уголовного
дела по окончании расследования «не только не подтверждает, но и прямо
нарушает принципы равноправия сторон и состязательности процесса, по¬
скольку законом не установлена корреспондирующая обязанность защитни¬
ка предъявлять противной стороне добытые им доказательства, опроверга¬
ющие обвинение. Вместо состязательности получается "игра в одни ворота"»
Данная позиция была поддержана Б.Я. Гавриловым
а также нашла свое отражение в замечаниях и предложениях, подготовлен¬
ных МВД России по проекту УПК Российской Федерации
124
, В.И. Козловым
126
. Подобное пред¬
123
125
ложение поступило и от В.М. Быкова уже после принятия УПК РФ как аль¬
тернативный "адвокатскому расследованию" (ч. 3 ст. 86 УПК РФ) вариант
действий стороны обвинения. Коли адвокату разрешили собирать доказатель¬
ства без предъявления их стороне обвинения, то по окончании расследования
сторона защиты должна знакомиться только с обвинительным заключением
127
При современном процессуальном положении российского следователя
подобная точка зрения действительно актуальна. К тому же в уголовном про
.
,
.
№ 5. С. 19.
122
См.: ГригорьеваН. Исключение из разбирательства дела недопустимых доказа¬
тельств // Рос. юстиция. 1995. № 11. С. 56.
123
Кожевников И.Н. Упорядочить полномочия следователя // Там же. 1997.
№ 12. С. 22.
124
См.: Гаврилов Б.Я. Проект Уголовнопроцессуального кодекса России и вопро¬
сы досудебного производства // Юридический консультант. 1998. № 1. С. 1416.
125
См.: Козлов В.И. Быть или не быть протокольной форме досудебной подготов¬
ки материалов? // Там же. № 8. С. 12.
126
См.: Письмо МВД России "О замечаниях и предложениях по проекту УПК
Российской Федерации". 1997. № 1/16369. С. 67.
267
цессе отдельных стран, модели которого были приняты российским законода¬
телем за эталон, ознакомление сторон со всеми материалами уголовного дела
на досудебной стадии не предусмотрено.
Вместе с тем позиция автора как сторонника действительно состязатель¬
ного досудебного производства была бы более убедительной, если бы не его
приверженность к полной принадлежности следователя обвинительной влас¬
ти, а также к необходимости наделения руководителей следственных подраз¬
делений правом отменять решения подчиненных следователей. Последнее
предложение довольно широко обсуждалось научным сообществом, а также
в среде практикующих юристов
128
и частично реализовано (наряду с сугубо
либеральными реформами) в п. 2 ч. 1 ст. 39 УПК РФ. Однако подобная пози¬
ция легко объяснима, если рассматривать действующее построение предва¬
рительного следствия по типу "прокурорского дознания", а следователя
не самостоятельным и процессуально независимым субъектом уголовного су¬
допроизводства, а должностным лицом ведомственного следственного аппа¬
рата. Между тем при изменении модели досудебного производства эта про¬
блема отпадет сама собой, ибо в грядущих реформах должно быть обеспече¬
но "верховенство юстиции над администрацией, преобладание внутреннего
убеждения над приказом начальства, введение в ткань правоотношения лич¬
ности вместо механического исполнителя"
129
.
Таким образом, в основе построения досудебного производства с пре¬
тензией на его состязательность должны лежать следующие теоретические
положения.
1. Уголовное судопроизводство как часть (подсистему) правоохранитель¬
ной системы государства необходимо строить на основе принципа разделения
властей, не допускающего возложения на один орган различных по характе-
ру функций, а также осуществления одной функции органами различных вет¬
вей власти. Это положение должно найти отражение в разграничении уго¬
ловнопроцессуальных функций обвинения, защиты, расследования и разре¬
шения дела по существу, что, в свою очередь, является одним из оснований
принципа состязательности в уголовном процессе, который требует последо¬
вательного проведения не только в судебном разбирательстве, но и в досудеб¬
ном производстве.
2. Современный отечественный уголовный процесс сохраняется (и дол¬
жен сохраняться) судопроизводством смешанного типа
130
, где состязательность
127
См.: БыковВ.М. Указ. соч. С. 70.
128
См.,
напр.: КальницкийВ.В. Ведомственный процессуальный контроль за деятель-
ностью следователей органов внутренних дел: Автореф. дис... канд. юрид. наук. М.,
1982. С. 2223; Кожевников И.Н. Указ. соч. С. 23; Гаврилов Б.Я. Указ. соч. С. 16.
268
является догмой для производства в суде, а досудебное производство остается
розыскным, с активным проникновением в него элементов соперничества сто¬
рон за счет упорядочения и оптимизации их процессуальных возможностей, а
также присутствия независимого компетентного органа (должностного лица),
обеспечивающего достижение целей предварительного расследования и со¬
здающего сторонам возможность для реализации своих прав (например, при
условии изменения процессуального положения следователя: трансформации
его из преследователя в независимого исследователя обстоятельств совер¬
шенного преступления). В этих условиях автономность функции расследова¬
ния от функции разрешения дела по существу постепенно ослабевает, но пол¬
ностью не устраняется.
3. Уголовнопроцессуальный кодекс Российской Федерации фактически
не предусматривает параллельного адвокатского расследования, допуская
возможность защитника собирать лишь отдельные сведения, предметы и
документы (ч. 3 ст. 86 УПК РФ), но не доказательства, которые могут форми¬
роваться органом предварительного расследования на основании материалов,
представленных ему адвокатом. В связи с этим необходимо внесение измене¬
ний в редакцию ч. 3 ст. 86 УПК РФ.
§ 3. Соотношение прокурорского надзора
и судебного контроля за досудебным производством
"Судебная независимость священна для про-
куратуры; без нее и прокурорская власть ут-
рачивает всякое право на существование"
И.Я. Фойницкий
Одними из барометрических показателей состояния состязательности
досудебного производства выступают не только процессуальный статус и
положение органа предварительного расследования, но и, соответственно,
правовая природа его взаимоотношений с прокурором, ведомственным про¬
цессуальным руководителем, а также оптимальность соотношения прокурор¬
ского надзора и судебного контроля за производством по уголовному делу.
Как известно, стратегической линией современной судебноправовой ре¬
формы явилась постепенная замена прокурорского надзора, в том числе и на
129
Концепция
130
К подобному же выводу пришел В.А. Азаров (см.: он же. Сущность российс¬
кого уголовного процесса и судебный контроль // Правовые проблемы укрепления
российской государственности: Сб. ст. Томск, 2002. Ч. 10: Проблемы уголовного
процесса в свете нового Уголовнопроцессуального кодекса Российской Федерации:
С. 1011; он же. Досудебное производство и судебный контроль: модели соотношения
// Досудебное производство: (Актуальные вопросы теории и практики): Матлы науч.
судебной реформы в Российской Федерации. С. 65.
269
стадиях досудебного производства, судебным контролем, так как "соединение
в лице прокурора функций расследования преступлений и надзора за ним про¬
тиворечит требованиям системного подхода, вызывает опасные перекосы в
досудебных стадиях уголовного судопроизводства"
131
.
Как представляется, последовательный характер развития тенденции
постепенного вытеснения прокурорского надзора судебным контролем, по
крайней мере, при производстве предварительного следствия (но не в сокра¬
щенных производствах) не требует дополнительных доводов. Трудно оспо¬
рить утверждение В.А. Азарова о том, что "феномен судебного контроля в
современном российском уголовном процессе уже настолько упрочил свои
позиции, что вполне уместно... говорить о нем как о самостоятельном на¬
правлении судебной деятельности, или, иными словами, о нарождающейся
уголовнопроцессуальной функции судебного контроля"
132
.
Очевидно и другое. Расширение действий принципа состязательности в
отечественном уголовном судопроизводстве это не открытие современной
судебноправовой реформы
133
, а естественная потребность развития цивилизованного уголовного процесса любого государства, претендующего на роль пра¬
вового. Поэтому появление предварительного контроля суда за досудебным
производством уже в рамках действия УПК РСФСР 1960 г. признак и необхо¬
димое условие зарождение состязательности предварительного расследования.
Вместе с тем еще авторы Концепции судебной реформы обратили вни¬
мание на малопродуктивность быстрой коренной ломки сложившихся отно¬
шений и привычных связей и призвали к поиску оптимального соотношения
прокурорского надзора, судебного контроля и процессуальной самостоятель¬
ности следователя
134
. Однако, как это ни парадоксально, но именно в Концепции была признана необходимость сохранения функции процессуального
руководства расследованием и в форме дознания, и в форме предварительно¬
го следствия
135
, что, на наш взгляд, существенно противоречит природе со¬
стязательного досудебного производства и порождает несколько методологи¬
ческих проблем.
Как показало исследование, в отечественной науке уголовного процесса
еще в середине прошлого века сложилась позиция, согласно которой проку
практ. конф. Омск, 2002. С. 56).
131
Концепция судебной реформы в Российской Федерации. С. 60.
132
Азаров В.А. Сущность российского уголовного процесса и судебный контроль.
С. 8.
133
А.М. Баранов считает, что идея прямого судебного контроля за досудебным
производством не относится к числу заслуг современных юристов, хотя именно им
удалось воплотить ее в наиболее полном виде (см.: он же. Указ. соч. С. 24).
134
Концепция судебной реформы в Российской Федерации. С. 60.
270
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]