Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Тренинг коммуникативного мастерства. Учебно-практическое пособие.pdf
Глава 5
ИМПРОВИЗАЦИЯ ОРАТОРА
Хорошо говорить — значит
просто хорошо думать вслух.
Лучшие слова — это те, которые являются
сами собой; они кажутся высказанными самой правдой.
М.Ф. Квинтилиан
Краткий обзор главы:
• Об импровизации, в том числе ораторской.
• Источники импровизации в творчестве оратора.
• Несколько слов об ораторских штампах и их причинах.
• Атмосфера творчества в аудитории и экспрессия
оратора.
• Рекомендации по развитию способностей к ораторской импровизации.
Э. Ренан
Целью данной главы является приобщение читателя к
удивительному, творческому по своей сути феномену —
ораторской импровизации. Необходимо о нем помнить,
воспитывая в себе «классного» оратора. Речевая и ораторская импровизация — однозначный путь к успеху в карьере
и в жизни.
Об импровизации, в том числе ораторской
Творческая деятельность оратора включает в себя необходимую составляющую любого вида творчества — импровизацию как вид творчества или его элемент. Рассмотреть
ближе феномен ораторской импровизации — трудного, но
эффективного и вообще, замечательного признака особого
161
РАЗДЕЛ II. ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА ВОЗДЕЙСТВЕННОЙ РЕЧИ
типа публичной речи — нас обязывает желание помочь читателю овладеть ею как необходимым умением для тех, кто
хочет возвыситься над средним уровнем, приблизиться к
тем ораторам, творчество которых можно отнести к достижениям ораторства как искусства.
Слово «импровизация» в переводе с латинского
improvisus означает непредвиденный, неожиданный. Все
исследователи относят импровизацию к одной из составляющих творчества вообще. Импровизация — нечто неза-
планированное, непредсказуемое, сочиненное по ходу дела;
ей свойственны свежесть, непосредственность; она родственна игре как свободному действию.
Если оратор выступает с речью, полностью заготовленной заранее, и не творит мысль и слово на глазах публики,
воздейственность его речи может оказаться незначительной. Ведь слушателям важно убедиться, что он говорит о
том, что глубоко продумано им и пропущено через его сердце, что он искренен с ними, а в этом случае он обязательно
будет импровизировать в той или иной степени.
Обратим внимание читателя (ведь он часто бывает и
слушателем) на то, что ораторская импровизация — это,
как ни странно, коллективный плод сотворчества с аудиторией; это как бы «совместное рождение» идей, близких по
ценностной шкале и слушателям, и человеку, обращающемуся к ним со своим выступлением. Подобно актеру оратор опирается на свою «творческую изобретательность»,
«спонтанность творческой выдумки»1. Как и роль для ак-
тера, выступление оратора может быть среди решения
других задач и «поводом для свободного проявления своей
творческой индивидуальности», на что указывал М. Чехов
при анализе феномена импровизации.
Все мы знаем, насколько глубоко и полно поэтическая
импровизация использовалась нашим национальным гением. Вот, например, как А.С. Пушкин, в общем-то не любивший говорить о стихосложении, описывает процесс
поэтического творчества в «Египетских ночах»: «Чарский
чувствовал то благодатное расположение духа, когда мечтания явственно рисуются перед вами, и вы обретаете живые, неожиданные слова для воплощения видений ваших».
Ни поэтическое, ни ораторское творчество невозможны
в своих вершинных проявлениях без этого «благодатного
расположения духа», состояния, которое, по нашему мнению, можно в себе развивать — при желании, разумеется.
Исследователь изучаемого феномена считает, что
«для импровизации характерно, что создание чего-ли-
162
1
Пави П. Словарь театра: Пер. с фр. М., 1991. С. 122.
ГЛАВА 5. ИМПРОВИЗАЦИЯ ОРАТОРА
бо и его воспроизведение (показ создаваемого) совпадают во времени»1. Качества и объем импровизационного
включения может быть различным у оратора, поскольку «импровизация — вид и компонент сиюминутной публичной
деятельности, в результате которой создается субъективно-объективно новый продукт», а под «импровизационностью» автор понимает «компонент деятельности, придающий ей творческий характер, выступающий условием
ее развития и мерой творческой насыщенности»2.
В каких профессиях может быть отмечена необходимость в ораторской импровизации? По-видимому, во всех
тех, где специалист обращается к аудитории с публичным
высказыванием. К таким специалистам относятся государственные служащие, дипломаты, предприниматели, ученые, преподаватели, юристы, телеведущие и т. д. При этом
надо отметить, что как рациональный аспект высказывания
(содержание речи с определенной логикой и композицией),
так и эмоционально-эстетический аспект (форма, избранный речевой жанр или симбиоз нескольких жанров) — все
это может быть предметом и поводом для ораторской импровизации. Ограничения касаются общей тематики, главных целей выступления, следования моральной и языковой
норме.
Можно утверждать, что в творчестве оратора и импровизация, и импровизационность имеют место, многое зависит и от него самого, от его опыта, дарования, от
«благодатного расположения духа», от его умения «взять»
аудиторию, создав с ней многоуровневое контактное поле.
Среди видов контакта, которые важны в данном случае,
можно назвать:
– аудиовизуальный контакт (должно иметь место обще-
ние без световых, звуковых и иных помех, «шума», как говорится об этом в теории коммуникации);
– предметно-тематический контакт (предметная об-
ласть, тема выступления ясна и доступна слушателям);
– личностный контакт (он возникает при условии, что
часть аудитории с симпатией и доверием относятся к личности оратора, а он отвечает им тем же);
– духовный контакт (оратор и аудитория, в основном,
разделяют общие ценности, нацелены на развитие себя и
друг друга в направлении общих или близких идеалов).
Импровизация обычно случается, если проблема, которой оратор посвятил свое выступление, занимает важное
1
Харькин В.Н. Импровизация… Импровизация? Импровизация! М.,
1997. С. 11.
2
Там же, с. 29.
163
РАЗДЕЛ II. ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА ВОЗДЕЙСТВЕННОЙ РЕЧИ
место в его жизнедеятельности, в его творчестве. Происходит нечто, подобное электрическому разряду: оратор,
предъявляя проблему и ее решение для публики, вдруг понимает, что ее значимость понята не только им самим, но и
частью его аудитории. Он как самый опытный специалист
здесь по данному вопросу как бы берет на себя тот мгновенный прорыв в решении отдельного фрагмента проблемы,
который ярко проявляется, глубоко осознается, озвучивается на глазах у слушателей. Здесь, разумеется, срабатывает интуиция (мгновенное умозрение, без понимания пути,
приведшего к открытию), но она всегда — плод значительных познаний и опыта в определенной области.
Источники импровизации в ораторском творчестве
Можно утверждать, что оратор черпает свое вдохновение, свою импровизационную готовность из нескольких
источников. Назовем некоторые из них:
– присоединяясь к древним исследователям риторики,
нельзя не назвать природное дарование и упражнения;
– многоаспектное, глубинное и заинтересованное погру-
жение оратора в свою проблему, связанную с темой речи;
– большие знания оратора по проблеме;
– готовность и страстное желание поделиться с ауди-
торией своими и чужими открытиями в своей сфере;
– хорошо, если у оратора имеются такие свойства харак-
тера и личности, как активность, интеллектуальная смелость и инициатива, душевная щедрость. Тогда оратор не
слишком озабочен «авторским правом», а он от души раздает идеи слушателям, надеясь оказаться тем «сеятелем» из
евангельской притчи, зерна которого попадут не только на
«камни» и «в тернии», но и «в добрую землю». Иначе говоря, он надеется на то, что его цели, ценности и мысли будут
восприняты, а идеи получат свое воплощение и развитие в
душе слушателя.
Поскольку верно, что «импровизация — одновременно
и вид, и компонент творчества»1, она несет в себе все достоинства и все трудности любого креативного процесса.
Проинтерпретируем его этапы применительно к импровизации.
Импровизация реально представляет собой прохождение по структурным элементам творческого процесса.
164
1
Харькин В.Н. Импровизация… Импровизация? Импровизация! М.,
1997. С. 37.
ГЛАВА 5. ИМПРОВИЗАЦИЯ ОРАТОРА
Вот что он в себя включает:
а) достаточно длительную подготовку (не обязательно
непосредственную);
б) импровизация «скисает», если у оратора присутству-
ют элементы фрустрации (в случае помех в выступлении,
если его отвлекает нечто негативное, идущее от него самого
или от аудитории);
в) при благоприятных обстоятельствах происходит
почти мгновенная инкубация (вынашивание идеи);
г) импровизация может одарить оратора озарением, а
может и «изменить» ему в данном выступлении. Возможно и такое, что момент озарения будет оратором пропущен
или он не сумеет дать ему адекватную формулировку, талантливый и точный словесный эквивалент.
Свою энергию и внимание оратор делит между предметом речи, процессом говорения и аудиторией; по отношению к ней он должен быть бдительным, а потому острие
чувствительности к собственному мыслительному процессу, идущему параллельно с тем, что обеспечивает говорение, возможно только в определенных ситуациях. Эти ситуации могут быть обеспечены следующими условиями:
– свобода владения оратором материалом выступления
и самим процессом говорения;
– создание оратором и аудиторией совместно благопри-
ятной, комфортной атмосферы для сиюминутного творчества оратора;
– активность и интенсивность поиска оратором путей и
способов разрешения поставленных перед собой проблемных задач.
Например, если оратор является исследователем тех
вопросов, часть которых освещается в его публичной речи,
его мозг хорошо подготовлен, «размят», пластичен, чтобы
оказаться в точке нового смысла. Тогда идеи буквально сыплются и толкаются в его мозге, надо им дать «звуковую дорожку» сейчас либо развить их позже, уже после общения
с аудиторией в исследовании, в эссе, в статье, в главе книги
и т. д.
Одним из непременных условий для появления у оратора искомого феномена — импровизации — является его
парадоксальная и противоречивая одаренность и профессионализм. С одной стороны, ему важно быть сензитивной
личностью, уметь чутко реагировать на аудиторию, держать
с ней обратную связь, надо быть чутким и к себе, прислушиваясь время от времени к своим внутренним процессам;
если назревает нечто новое — новая мысль, описание или
пример, история, надо их мгновенно оценить на уместность,
165
РАЗДЕЛ II. ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА ВОЗДЕЙСТВЕННОЙ РЕЧИ
сформулировать в высказывании или отложить до другого
времени, когда можно будет в речи или в ином интеллектуальном продукте этой идеей воспользоваться.
Но, с другой стороны, оратор обязательно должен быть
эмоционально устойчив, сдержан, должен адекватно реагировать на случаи отклоняющегося поведения кого-то из
слушателей. Известный исследователь ораторского мастерства и сценической речи З.В. Савкова подчеркивает
важную мысль о процессе ораторской импровизации, при
которой «рождается «парадокс опережения», когда твор-
ческая энергия, «несущая сила» самого слова ведет за собой
оратора даже вопреки его намерениям, но все в русле темы
выступления. Главное, что импровизация делает идею выступления более выпуклой, яркой, убедительной»1. Далее
автор дает полезные рекомендации по развитию ораторских способностей к импровизации: важно уделять внимание избавлению от «психологических зажимов»; уметь
вовремя поймать «душевную теплоту от конкретной живой
аудитории»; «прочувствовать сверхзадачу выступления»;
вырабатывать «внутреннее бесстрашие и бдительность»;
уметь выбирать и опираться в речи на слушателей, имеющих «средний темперамент»; развивать многоплоскостное
внимание; уметь создавать в «восприятии слушателей положительный образ оратора»; «владеть самопрезентацией
(самопредставлением), ведь обаяние повышает стойкость
интереса слушателей, следящих за оратором» и т. д.
2
Важный момент в ораторской импровизации касается тонких граней и нюансов в морально-психологическом
аспекте его поведения. З.В. Савкова пишет об ораторском
такте, напоминает о том, что слово это означает «прикосновение» (в переводе с латинского языка). «Такт — это
понимание душевного состояния других людей и умение,
по словам И.П. Павлова, «войти в субъективное состояние
другого», т. е. поставить себя на место слушателей». И
далее Савкова возвращается к мысли об обаянии оратора:
«Что же такое обаяние человека? Ответ прост: естественность поведения3. Автор присоединяется к Стендалю, который сказал, что «стараться быть самим собою — единс-
твенное средство иметь успех». Хочется еще добавить:
обаяние коммуникативных партнеров всегда возникает в
сфере «Между» — между субъектом и принятым, в какойто мере любимым им объектом, по крайней мере, воспринимаемым им доброжелательно; недаром доброжелательность
166
1
Савкова З.В. Искусство оратора. СПб., 2000. С. 164.
2
Там же. С. 164–168.
3
Там же. С. 168.
ГЛАВА 5. ИМПРОВИЗАЦИЯ ОРАТОРА
и справедливость считались в античности главными чертами оратора. Обаяние гаснет даже у внешне симпатичного
человека и оратора, если он относится к категории «нарциссов», если он высокомерно, с пренебрежением относится к слушателям, не уважает в них личностей.
Несколько слов об ораторских штампах и их причинах
Рассмотрим понятие «ораторских штампов». Может
быть формулировка «актерских штампов» и нам пригодится, ведь в обоих видах творчества — это нечто противоположное импровизации. «Под штампом в науке об искусстве
актера принято понимать внешнее актерское приспособление, с помощью которого живые человеческие чувства,
действия, характеры подменяются их формальным изображением посредством раз и навсегда выработанных приемов» 1. Встречаются штампы в «изображении чувств», «пси-
хологических пауз», «личные актерские штампы» и др.
Вопрос с ораторскими штампами далеко не прост, ведь
значительная доля умений и навыков оратора, помогающая ему творчески отнестись к новой речи, строится как
раз на основе навыков «стереотипного поведения». Слушатели должны узнать оратора, понять его, актуализируя
свой опыт аналогичного восприятия, а значит, этот оратор
в какой-то мере должен быть в общей «связке» с теми, кого
аудитория видела и слышала ранее. К тому же деятельность
оратора хоть и относится к виду искусства, но по многим параметрам отличается от актерского творчества, как мы уже
говорили. И все-таки следует выделить некоторые «штампы оратора», пусть и в несколько полемически заостренной
форме:
– безликость, стертость индивидуальности, которая
принимается некоторыми ораторами как знак принадлежности к сфере «важного, серьезного дела» (политике, бизнесу, науке, государственному управлению, образованию
и т.д.);
– привычность, стереотипность в позиции, в подходе к
проблеме речи, когда оратор не знает или не осмеливается
затронуть острые, пока не решенные проблемы;
– отсутствие или слабое наличие образных средств в
речи оратора, в которой аудитории не за что «зацепиться»;
либо штампованные, часто используемые образы и примеры;
– монотонность интонационного контура и нечеткость
дикционной подачи в его речи, обусловленные равнодушием
к аудитории или простой привычкой, небрежностью, следованием не лучшим образцам ораторской деятельности.
1
Заславская Л.Н. Актерские штампы и их преодоление. М., 1988. С. 8.
167
РАЗДЕЛ II. ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА ВОЗДЕЙСТВЕННОЙ РЕЧИ
На деле многие упомянутые здесь штампы и недостатки
могут быть объяснены безликостью, неяркостью внутренней жизни оратора, почти полным отсутствием значимых
для него самого событий, переживаний в его эмоционально-
интеллектуально-духовном мире оратора. Но возможно и
другое объяснение: плохое физическое или психологическое самочувствие оратора.
В целом можно сказать заинтересованному читателю:
если реально работать над собой по всем направлениям,
показанным в данной книге и в подобных ей пособиях, то
можно не только избежать ораторских штампов, но и постепенно повышать свое мастерство, становясь оратором,
во многих отношениях превосходящим средний уровень.
Важно каждое свое выступление делать необходимым
именно этим слушателям, тогда оно будет живым, свежим,
с элементами «полета духа», высокой игры, общего поиска
новой истины; без всего этого и значительное содержание
воспринимается как пресное, скучное, необязательное.
Ораторство — очень мобильное искусство. Оратор действует в уникальной ситуации (этим его искусство отличается от всех других): он и посланец культуры вообще, и определенной сферы в частности; он и личность со своим ни на
кого не похожим багажом опыта, он и человек, обладающий
индивидуальными особенностями, мотивациями, навыками
и умениями. Он со всем репертуаром своих социальных и
профессиональных ролей и позиций входит во взаимодействие с другой стороной — своим слушателем, в результате
чего может создаться редкая симфония смыслов и значений,
образов и идей. Их общая система, их энергия мысли и чув-
ства помогают рождать ораторское вдохновение.
Импровизация оратора включает не только сферу духа,
мысли, идей, образов, но и объемную сферу языка, она
охватывает все языковые уровни: фонетический, орфоэпический, лексический, синтаксический. Свободное и творческое владение языком позволяет ему сосредоточить свои
усилия на более высоких, смысловых, идейных аспектах
говорения, позволяет достичь вопросов, имеющих особую
актуальность для него самого и для аудитории — в единой и
гармоничной системе. При этом оратор почти одновременно подбирает слова, определяет их порядок, закрепляет их
«маркированием на основе:
а) смысла, который надо выразить;
б) плана, схемы, матрицы, которую надо заполнить;
в) средств связи, которые создают единство, пригодное для восприятия и расшифровки собеседником
читателем»1.
168
1
Львов М.Р. Риторика. Культура речи: Учебное пособие для студентов
гуманитарных факультетов вузов. М., 2003. С. 122.
ГЛАВА 5. ИМПРОВИЗАЦИЯ ОРАТОРА
Атмосфера творчества в аудитории и экспрессия оратора
Своими импровизациями оратор создает атмосферу
творчества, в которой он заражает аудиторию собственными яркими личностными, гражданственными, интеллектуальными и эстетическими чувствами. Переживая их
вместе с оратором, слушатель невольно меняется, у него
добавляется пусть косвенный, но все же опыт — соприкосновения с объектами и ценностями, исповедуемыми оратором в актах самораскрытия. Это явление «эмоционального
резонанса» в импровизации имеет большую значимость,
поскольку оно связано с понятием ораторской экспрессии,
исследуемой в сфере риторики издавна. Вот, например, как
это понятие характеризуется авторами «Общей риторики»:
Экспрессия — это:
Выразительность; выражение многообразных эмоциональных и оценочных отношений субъекта в содержании
языковых единиц.
Выразительно-изобразительные качества речи, отличающие ее от обычной (стилистически нейтральной) и придающие ей образность и эмоциональную окрашенность.
Усиление изобразительности и выразительности, осуществляемое посредством отбора знаков (означающих) и
направленное на увеличение воздействующей силы стоящего за ними содержания». И далее говорится о понятии
««усиление выразительности», которое сводится к непред-
сказуемости, антистандарту и отграничивается от изобразительности, хотя и функционально связывается с ней…
Создаются новые нестандартные знаки или комбинации
знаков, т. е. усиливается выразительность. Будучи самостоятельным феноменом, используемым для концентрации
внимания как на абстрактно-логических, так и на наглядно-образных и оценочно-эмоциональных компонентах
содержания, выразительность получает полную функциональную нагрузку, сочетаясь с изобразительностью, т. е.
преображаясь в экспрессию»1 (выделено нами. — М. С.).
Рекомендации для развития способностей к ораторской
импровизации
Присоединяем их к тем, что уже упомянуты в этой главе:
• Оратору надо воспитывать в себе ответственность,
смелость и уверенность — как в человеке культуры, долг и
1
Хазагеров Т.Г., Ширина Л.С. Общая риторика: Курс лекций; Словарь
риторических приемов / Отв. ред. Е.Н. Ширяев. 2-е изд. Ростов н/Д, 1999.
С. 282–284.
169
РАЗДЕЛ II. ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА ВОЗДЕЙСТВЕННОЙ РЕЧИ
обязанность которого по мере сил служить делу просветительства и направления, исправления нравов в обществе и в
конкретной группе слушателей. Именно это в наибольшей
степени заставит его энергетически, интеллектуально и
эмоционально мобилизовать свои ресурсы для конкретной
речи, а импровизация будет частью такого воздейственного, экспрессивного, творческого общения.
• Чтобы импровизация достигала подлинно культурных
и важных целей, оратор может позволить себе как бы несколько приподняться самому и приподнять аудиторию.
Он, можно сказать, «борется с нею за нее же», чуть даже
несколько возвышая ее, идеализируя свою общую со слу-
шателями систему. Он это делает с помощью механизмов
идентификации (уподобления, отождествления), видения
их «как продолжения себя самого» и с помощью «проекции,
наделения их своими чертами, чувствами, желаниями»1.
Оказанное им аудитории при этом доверие, как о том свидетельствуют теория и практика, никогда не остается без
должного ответа.
• Умение импровизировать в ораторском искусстве, как
и в любом другом виде творчества, дается упражнением,
практикой, но у них есть очень важный признак. Вот как об
этом признаке образно сказал выдающийся русский актер
Михаил Чехов: «Как из тысячи мышей нельзя сделать сло-
на, так из чисто технических упражнений нельзя сделать
искусства. Всякая малая составная часть театрального
искусства — есть тоже театральное искусство», и — ораторское, добавим мы. Ведь все дело в осмысленности тре-
нажа, в том — «ради чего» человек упражняется.
• Общение оратора с аудиторией должно быть поистине
открытой и прекрасной во многих отношениях системой;
в частности, с той точки зрения, что в нее могут «заглянуть
на огонек», присутствуя ментально и значимые Другие.
Они будут служить для выступающего не только в качестве
опоры на авторитет, для цитат, но для полилога, для продуктивного и творческого Диалога с великой, выдающейся
личностью.
• В качестве технологического приема импровизированной речи может служить следование оратором структуре
драматического произведения, с ее сюжетным ходом (экспозиция, завязка, развитие, кульминация, развязка, финал),
с игрой новых, «неожиданно открывшихся» обстоятельств,
причин и следствий. Могут быть уместными и «лирические
170
1
Краткий психологический словарь / Сост. Л.А. Карпенко. Под общ.
ред. А.В. Петровского, М.Г. Ярошевского. М., 1985. С. 108–109.