Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Полицейская система Франции. Монография
.pdf
по указу; о содержании улиц в чистоте; о допущении торговых шалашей в указанных местах; о съестных припасах; о подозрительных домах; о гулящих людях; о приезжих и отъезжающих; об определении с
дворов караульщиков, в каждой слободе или улице старост и при каждых десяти дворах – десятского и о распространении повинности постоя на людей всякого чина и звания»51.
Тем самым полиция модерна осуществляет свое постоянное, беспрерывное (или создает впечатление такового) присутствие в обществе,
которое и обеспечивает эффективность ее деятельности. Территориальное распределение полицейского присутствия, основывающееся на новом, рациональном разделении городского пространства – введение
нумерации домов, номинации улиц52, сопровождалось созданием центральных структур, обрабатывающих собранную информацию.
Утверждение Эдикта 1667 г., положившего начало развитию централизованного полицейского учреждения в столице, не отменяло того
факта, что безопасность, защита граждан и поддержание порядка в
стране продолжали находиться в разных руках53. И в Париже генераллейтенанту полиции приходилось конкурировать с гражданским лейтенантом Шатле и комиссарами Шатле, а в других городах королевства
наряду с представителями монархической власти действовали муниципальные полиции, а также армейские подразделения. Наконец, следует
назвать и подробнее рассмотреть развитие в этот период маршальского
суда, предшественника современной жандармерии, который, подчиняясь главному прево Франции, обеспечивал безопасность на дорогах королевства, занимаясь борьбой с грабежами54.
В конце XVII в. было предпринято несколько неудачных попыток
превращения маршальского суда в более эффективный инструмент
борьбы с бунтами и народными волнениями, например, упразднены его
малочисленные подразделения. К 1700 г. маршальский суд, как выяснила Н. Дионэ, находился в кризисе, что, во многом, было связано с
тем, что во Франции того периода широкое распространение получила
продажа государственных должностей, как военных, так и граждан-
51
История полиции России: краткий исторический очерк и основные документы :
учебное пособие. М., 1998. С. 46.
52
Marin B. Les police royales de Madrid et de Naple les divisions du territoire urbain (fin
XVIII-e – début XIX-e siècle) // Revue d’histoire moderne et contemporaine. 2003. № 50-1.
P. 83–84.
53
Tremblay J.-N. Op. cit. Р. 10.
54
Главный Прево (он же – главный Прево Королевского дворца), фактически, объе-
динял в одном лице верховного судью, министра юстиции и руководителя секретной
службы королевства.
61
ских, являвшаяся важным источником доходов казны, а в управлении
жандармерией и территориальном распределении ее подразделений царил хаос55.
Радикальная реорганизация института была произведена военным
министром К. Ле Бланком в 1720 г.56 Она была обусловлена желанием
центральной власти располагать собственным полицейским инструментом для подавления внутренней оппозиции. Но были и другие причины
для преобразования: после смерти Людовика XIV и завершения дорогостоящих войн правительство, встревоженное масштабами нищенства и
бродяжничества в стране, смогло обратиться к решению внутренних
проблем. Среди комплекса мер по искоренению нищенства и бродяжничества важное место придавалось усилению маршальского суда, залогом эффективности деятельности которого было совмещение судебных и полицейских функций.
В ходе реформы все подразделения «Марешоссе» были упразднены, вместо них вводилась единообразная структура: в провинциях создавались роты (всего 30 рот; 80 прежних маршальских судов соответствовали приблизительно трем новым ротам), провинциальные роты были разделены на бригады (всего 560). Сеть бригад, каждая из которых
состояла из 5 человек, обязанных осуществлять ежедневные объезды
подведомственного участка, охватила полицейской службой всю территорию страны. Штат рот, распределение бригад находились в ведении
центральной власти. Корпус находился в подчинении государственного
военного секретаря, а продажа неофицерских должностей была отменена. Офицерские должности по-прежнему можно было купить, передать
от отца сыну по наследству. Однако в последующее время правительство ввело ограничения, постепенно укрепляя принцип назначения на
должность королевской властью. Прево-генералы наделялись широкой
дисциплинарной и оперативной компетенцией. Центральные роты,
приданные королевскому прево, были сохранены57.
В результате провинциальный маршальский суд был преобразован
в достаточно централизованный и управляемый корпус полиции. Система бригад облегчала осуществление постоянного полицейского надзора на территории всей страны. Введение единообразной иерархии и
55
Dyonet N. Maréchaussée et la ville en France au XVIIIe siècle // Le pénal dans tous ses
états: justice, Etats et Sociétés en Europe (XIIe-XXe siècles). Publications des Fac. St Louis,
1997. Р. 323.
56
Emsley C. Gendarmes and the state in nineteenth-century Europe. Oxford University
Press, 1999. Р. 15.
57
Fijnaut С. Op. cit. P. 28 (дата обращения: 22.01.2011).
62
деление на большие роты придавали новому корпусу большую мобильность. Благодаря этой организации обновленный маршальский
суд был лучше приспособлен к выполнению операций по подавлению
масштабных народных волнений, чем прежде. В конечном счете, система бригад затрагивала и положение членов полицейского корпуса.
Они не являлись больше частью свиты «мобильного» судьи, но получали полномочия по выполнению полицейских задач в определенном
регионе. Система бригад превращала солдат маршальского суда в полицейских чиновников. Эти изменения стали началом становления
уникальной профессиональной государственной полицейской организации, которая, с одной стороны, была военным учреждением, а с другой стороны, выполняла полицейские и судебные функции. В XVIII в.
ни одно другое европейское государство не располагало такой полицейской силой.
Самым значительным недостатком проведенной реформы, наряду с
низкой плотностью распределения бригад по территории ввиду малочисленности корпуса (он никогда в течение XVIII в. не превышал 4 тыс.
человек), стала недостаточная урегулированность вопросов управления
обновленным маршальским судом. Формально он оставался в подчинении маршалов Франции, но фактически большая часть управленческих
полномочий была передана в военный департамент. Не были урегулированы и упорядочены полномочия гражданских и судебных властей в
сфере контроля за действиями маршальского суда.
В дальнейшем были приняты меры, соответствующие той же логике профессионализации и территориализации деятельности58 маршальского суда, что и реформа 1720 г.: увеличен штат, более точно были определены отношения с интендантами, губернаторами и военачальниками. Ордонансы от 19 апреля 1760 г., 25 февраля 1768 г., 27 декабря
1769 г., 1 августа 1770 г. и 28 апреля 1778 г. усилили военный характер
корпуса и его общегосударственное значение, все более подчеркивая
его полицейские, а не судебные функции, упорядочили повседневную
службу, определили порядок действия в чрезвычайных обстоятельствах
по запросу гражданских и военных властей59. Реформой 1768–1769 гг.
были введены требования при приеме на службу (обязательный военный опыт), милитаризовано несение службы (с 1769 г. введены форма,
воинская дисциплина, проживание в казарме), регламентированы условия карьеры, уточнены вопросы подчиненности60.
58
Luc J.-N. Op. cit. Р. 32.
59
Ibid. Р. 32.
60
De Chamberet G. Op. cit. Р. 107–108.
63
В 1778 г. реформа по усилению военного характера корпуса имела
продолжение61 и заключалась в приспособлении организации маршальского суда, насколько это было возможно, к организации других армейских корпусов. Но также было лучше регламентировано его подчинение гражданским и судебным инстанциям, что сильно сократило влияние маршалов Франции на этот корпус62. Милитаризация маршальского
суда может быть объяснена тем, что следование военной модели было
гарантией эффективного подавления волнений и беспорядков, а также
способом решения проблемы лояльности государственных чиновников,
так как она предоставляла достаточно легкий способ дисциплинирования и воспитания личного состава63.
В период между 1770 и 1791 гг. (датой официального упразднения
маршальского суда) благодаря преобразованиям, начатым в 1720 г.
(1720, 1768–769, 1778), маршальский суд развивался в направлении милитаризации, улучшения административного аппарата, усиления судебной функции, неразрывно связанной с обеспечением общественного
порядка в период абсолютистской монархии или так называемого Старого режима64.
Воплощая архетип абсолютистского государственного аппарата совмещением многих миссий – военных, полицейских, судебных, маршальский суд представлял, бесспорно, административную «современность».
Эдикт от 15 марта 1667 г., создавший институт генерал-лейтенантов
полиции в столице, предусматривал его введение в других городах
страны. Между тем ни один город не последовал примеру Парижа.
В октябре 1699 г. королем было предписано, что ввиду преимуществ,
полученных парижскими жителями благодаря введению института генерал-лейтенантов полиции, его следует установить в других городах.
В ноябре 1699 г. эта мера была дополнена учреждением комиссаров полиции в качестве помощников генерал-лейтенантов полиции. Однако
офис генерал-лейтенантов полиции появился лишь в нескольких городках и в двух больших городах (Орлеан и Руан)65. Часто эти новые
61
Ibid. Р. 126.
62
Ibid.
63
Denys C. L’armée, support et modèle des polices urbaines en France et aux Pays-Bas
autrichiens au 18e siècle (= PoliceyWorkingPapers. Working Papers des Arbeitskreises Policey /
Polizei in der Vormoderne 10), 2005. URL: http://www.univie.ac.at/policey-ak/pwp/pwp_10.
pdf (дата обращения: 02.10.2010).
64
Dyonet N. Éric Hestault, La lieutenance de Maréchaussée de Nantes (1770–1791) [Электронный ресурс] // Crime, Histoire & Sociétés. 2004. № 1. URL: http://chs.revues.org/index
525.html (дата обращения: 15.01.2011).
65
Fijnaut С. Op. cit. Р. 28 (дата обращения: 22.01.2011).
64
должности выкупались муниципальными властями. Так было в Лионе,
где собрание нотаблей, городская община и консулат удержали полицейское управление в своих руках, и в Марселе, где им по-прежнему
занимались эшевены (городские советники)66.
В организации полицейского управления французских городов существовали серьезные различия. Ряд из них находились под большим
влиянием центральной власти, которая была представлена в них комендантом или лейтенантом полиции, но во многих северо-западных городах сохранялась сильная муниципальная традиция, и жители продолжали активно участвовать в решении вопросов местного значения67.
Подразделения муниципальной полиции продолжали осуществлять
свою роль без сильной конкуренции со стороны представителей королевской власти (интендант, парламент). Централизация (подчинение
королю) коснулась в основном политической полиции. Интенданты короля развернули активное наблюдение за противниками режима в провинции68, но обычно не интересовались делами городской полиции.
Муниципальная полиция обеспечивала применение норм полицейских
регламентов, выполняла приказы, конвоировала арестованных, патрулировала улицы и взимала штрафы. Она подчинялась муниципалитетам, с которыми, в некоторой степени, конкурировали местные суды.
В руках местных властей находились все полицейские вопросы,
а именно, организация нормальных условий жизнедеятельности горожан.
Представители центральной власти следили за этой полицейской
организацией издалека, не вмешиваясь в нее до того момента, пока не
появлялся спорный вопрос или местные власти не справлялись с ситуацией. Муниципальные власти издавали регламенты, касающиеся всех
сторон жизни в городе – снабжения, гигиены, градостроительства и
собственно поддержания порядка69. Там, где коммунальная власть была
сильна, нормотворческая деятельность муниципалитетов принимала
значительный размах. Чтобы обеспечивать реализацию принятых норм,
66
Мишо К. Указ. соч. (дата обращения: 22.01.2011).
67
Dyonet N. Catherine Denys, Police et sécurité au XVIIIe siècle, dans les villes de la
frontièrefranco-belge [Электронный ресурс] // Crime, Histoire & Sociétés. 2004. № 1. URL:
http://chs.revues.org/index523.html (дата обращения: 15.01.2011).
68
Denys C. L’armée, support et modèle des polices urbaines en France et aux Pays-Bas
autrichiens au 18e siècle (= PoliceyWorkingPapers. Working Papers des Arbeitskreises Policey /
Polizei in der Vormoderne 10), 2005 (дата обращения: 02.10.2010).
69
Laffont J.-L. La production réglementaire des capitouls de Toulouse sous l’Ancien
Régime [Электронный ресурс] // Bibliothèque de l'école des chartes. 1998, Т. 156, livraison 2.
Р. 481–536. URL: http://www.persee.fr/web/revues/home/prescript/article/bec_0373-6237_1998_
num_ 156_2_450932 (дата обращения: 15.01.2011).
65
муниципалитеты располагали различными силами порядка. Среди
них – «городские сержанты», назначаемые и оплачиваемые коммунами.
Они издавна подчинялись коммунальным властям и представителям
средневекового сюзерена (прево, байли), которые в XVIII в. утратили
многие свои полномочия в городе. Далее – служащие, специализированные на выполнении одной из задач муниципальной полиции: сержанты, отвечающие за санитарно-гигиеническое состояние города;
сержанты, наблюдающие за положением бедных слоев; и т. д. Для
обеспечения безопасности в ночное время, главным образом, охраны
ворот и патрулирования улиц, использовались средневековые ночные
дозоры, организуемые жителями, но они постепенно вытеснялись регулярными патрулями. Наконец, муниципалитеты могли выносить решения о наказании за нарушение полицейских распоряжений.
По мере того как абсолютистское государство, используя королевские прерогативы, унифицировало право, отвергая местные обычаи,
вторгаясь в область частного интереса, административная полиция
расширяла сферу своей компетенции, став объектом критики защитников естественных прав личности. Однако и в этих условиях провинции
и, в особенности, муниципалитеты сохраняли значительную самостоятельность, с которой вынуждена была считаться центральная власть.
При этом взаимодействие с ней часто являлось условием эффективности деятельности местных органов управления. Таким образом, королевское правительство предпочитало сотрудничать с местными властями, и усиление интендантского надзора не привело к упразднению муниципального управления в XVIII в. «В особенности крупные провинциальные города очевидно свидетельствуют о том, что Франция при
старом порядке была обществом самоуправления»70.
Особое место в осуществлении полицейской деятельности в провинциальных городах Франции играла армия. Военные являлись поддержкой для гражданской полиции, а иногда и единственной эффективной силой в распоряжении центральной и местной власти. Реформы
XVIII в., которые имели целью устранить буржуазную милицию, не
препятствовали развитию полицейской роли армии. Армия благодаря
своей дисциплинированности стала активным элементом процесса модернизации гражданской полиции71. Губернаторы или начальники гарнизона не имели влияния на создание полицейских регламентов, за ис-
70
Мишо К. Указ. соч. (дата обращения: 22.01.2011).
71
Denys C. L’armée, support et modèle des polices urbaines en France et aux Pays-Bas
autrichiens au 18e siècle (= PoliceyWorkingPapers. Working Papers des Arbeitskreises Policey /
Polizei in der Vormoderne 10), 2005 (дата обращения: 02.10.2010).
66
ключением отдельных случаев, касающихся королевского законодательства о праве ношения оружия, урегулирования отношений между
жителями и военными гарнизона и, конечно, в случае войны. Военные
не вмешивались, таким образом, ни в законодательную, ни в судебную
часть обеспечения общественного порядка в городе, но они занимали
весомое место в полицейском управлении как вооруженная сила в городе. В городах-крепостях присутствие военных имело следствием быстрое упразднение буржуазной милиции. В демилитаризированных городах в течение XVIII в. обращение к военным за помощью также становится обычным делом.
С. Дени в своих работах доказывает, что различия в природе полицейской деятельности, осуществляемой армией или гражданскими городскими службами, отсутствовали, но чем многочисленнее было воинское подразделение, расположенное в городе, тем большую часть полицейской работы в городе обеспечивали военные, тем быстрее происходило упразднение полиции горожан72. Чаще всего военных использовали для несения полицейской службы в ночное время. Привлечение
военных позволяло усилить ночную безопасность: патрули могли задержать как гражданских, так и военных лиц, становящихся источником беспорядка на улицах в ночное время. Их присутствие позволяло
более эффективно применять полицейские регламенты. Например,
только военные патрули могли принудить к соблюдению предписаний
о закрытии питейных заведений в установленное время или требований
носить фонарь при передвижении на улице ночью, так как горожане не
боялись своей немногочисленной и плохо организованной милиции73.
Военные обеспечивали более эффективное наблюдение городского
пространства, разделяя его на участки, устанавливая караульные помещения с часовыми и вводя постоянное патрулирование, которое заменяло или усиливало муниципальные полицейские силы, так как нередко
организовывались смешанные патрули.
Это превосходство военных в несении полицейской службы, особенно очевидное в случае ночного патрулирования, признавалось в
XVIII в. практически повсеместно. Результатом стал процесс постепенной милитаризации коммунальных полиций во второй половине
XVIII в. Милитаризация не означала превращения полицейских в солдат. Она касалась в основном четырех элементов полицейской организации – используемой в ходе служебной деятельности лексики, унификации службы, дисциплины и кадрового состава (бывшим солдатам от-
72
Ibid.
73
Ibid.
67
давалось предпочтение при приеме на службу перед гражданскими лицами, потому что их признавали более пригодными к тяжелой полицейской работе и дисциплинированными). Почти везде в северной Франции коммунальные власти приняли решение переодеть своих сержантов
в униформу военного образца, соответственно цветам города. Сходство
формы муниципальных полицейских с формой королевской армии было настолько значительным, что вызывало протест у офицеров. К концу
века городские дозоры окончательно были вытеснены профессиональными патрулями. Причем этот процесс профессионализации полицейской деятельности осуществлялся также по военной модели74.
В течение второй половины XVII–XVIII вв. полиция заняла исключительное положение в управлении. Она больше не являлась вторичным и вспомогательным органом по отношению к другим учреждениям, а превратилась в самостоятельный и специализированный институт,
сосредоточивший благодаря делегированию части монополии легитимного насилия государства разнообразные функции, которые ранее обеспечивались многими структурами. Эта концентрация полицейской власти увеличивает политический интерес к полицейскому аппарату и одновременно порождает большую проблему контроля над ним.
Появление современного государства неразрывно связано, таким
образом, с монополизацией полицейской деятельности. Создание национальной полиции (в смысле распространенности ее деятельности на
всю территорию государства) является в этом смысле только апогеем
государства, легитимизирующегося посредством обеспечения безопасности граждан. Государственная монополия обеспечения безопасности
была политическим ответом нового времени на мобильность, в самом
широком смысле слова, населения. Начало современной полиции во
Франции, как правило, относится к 1667 г., когда королевским эдиктом
была введена должность лейтенанта полиции, впоследствии генераллейтенанта, определен предмет ведения полиции, отделенной от судебной власти. Позже подобные должности учреждаются в крупных городах. Однако стремление королевской власти монополизировать полицейскую функцию, вытесняя муниципальную буржуазную милицию, не
завершилось в этот период созданием единой, унифицированной системы полицейского управления в масштабе всей страны. Многие коммуны, провинции, отстоявшие свою самостоятельность, и особенно муниципалитеты
продолжали сохранять полицейские полномочия. К тому
же должности генерал-лейтенанта полиции часто выкупались муниципальными властями. Местные власти противились планам централиза-
74
Ibid.
68
ции полиции. Многочисленные уточнения компетенции королевской
полиции не завершили отделение ее сферы деятельности от предмета
ведения органов муниципального управления, что приводило к частым
конфликтам между ними. Сосуществование двух моделей полиции в
тот период еще не стало предметом рефлексии административной элиты, но, без сомнения, уже в XVIII в. были заложены предпосылки ситуации XIX–XX вв., когда, по словам одного из ведущих исследователей истории полиции Франции Ж.-М. Берлиера, «...полномочия полиции стали предметом постоянной борьбы, вращавшейся вокруг двух
фундаментальных вопросов: является ли полиция прерогативой муниципального управления или всецело относится к области центральной
75
власти?»
.
Милитаризация полицейского аппарата свидетельствовала об усилении центральной власти, но может быть интерпретирована также как
молчаливое и общее согласие по поводу превосходства военной модели
в вопросе о поддержании порядка и общественной безопасности. Добавим к этому, что организация аппарата по военной модели предоставляла достаточно эффективный способ дисциплинирования и воспитания его сотрудников, а следовательно, решения проблемы лояльности
полицейских учреждений. Вероятно, для Франции милитаризация полиции явилась также знаком модернизации полицейской деятельности,
поскольку в этой стране полиция долго была придатком судебной системы. Безусловно, в этом сказывается национальная специфика французской модели полицейской деятельности, которую в последующем не
отменят ни Великая французская буржуазная революция, ни другие потрясения XIX–XX вв.
Деятельность полиции в период раннего модерна очевидным образом не сводилась к охране норм порядка и восстановления его в случае
нарушения, но заключалась в причастности к созданию общественного
порядка посредством непрерывных действий по оформлению, упорядочению различных аспектов социальной жизни.
Впервые в Новое время полиция во Франции предстала как организация, особый институт. Полицейская система страны не представляла
собой в этот период единой централизованной бюрократической иерархии. Более того, в административном аппарате абсолютистского государства, следуя общеизвестной терминологии М. Вебера, сосуществовали два основных типа (патримониальная и рациональная бюрократия). Институт генерал-лейтенантов
явился ярким примером формиро-
вания слоя бюрократов нового типа, находившихся на содержании у
75
Berlière J.-M. Le monde des polices en France: XIXe – XXe siècles. Paris, 1996. P. 77.
69
короля и полностью подчиненных его воле. Однако последовательная
рационализация административного процесса стала возможной лишь в
наполеоновскую эпоху, после того как революция 1789 г. отменила
продажу должностей и наследственные привилегии чиновников. Тем не
менее, институционализация полиции (создание специализированных
учреждений и развитие правовой базы, регламентирующей ее деятельность и начало ее превращения в профессию) было делом политической, национальной значимости, поскольку она выполняла фундаментальную роль в дальнейшем развитии современных обществ.
§ 2. Трансформация полицейских органов Франции
в 1789–1870 гг.
Значение полиции как учреждения универсальной управленческой
направленности достигло небывалых высот во второй половине XVIII в.,
что отразилось и в бессистемном разрастании полицейского законодательства, и в появлении значительного количества специальной литературы. По мере того как бюрократическая, дирижистская традиция в сфере управления все больше вступала в противоречие с нарождающейся
либеральной тенденцией, была поставлена под сомнение концепция всестороннего регулирования общественной жизни и начался пересмотр
сущности полицейской деятельности. С критикой основ полицейского
государства и экономической программы меркантилистов первыми выступили представители экономической школы физиократов. Полномочия полиции постепенно сужались, по крайней мере, в теории, от нее теперь ожидали создания безопасных условий
для деятельности. Это переосмысление роли полиции находит свое завершение во время Великой
французской революции, ускорившей процесс переориентации юридического регулирования на автономного человека и утверждения в позитивном праве естественно-правовых требований свободы.
Период революции занимает важнейшее место в развитии полиции
в ее современном понимании. При этом революционные события не
породили полицию, а лишь существенно изменили учреждения, существовавшие при Старом режиме76, например, институт генерал-лейтенанта
полиции, созданный королевской властью эдиктом 15 марта 1667 г.,
был фактически восстановлен в форме парижской префектуры поли-
76
Старый режим, Старый порядок (ancien régime) – исторический термин, получив-
ший довольно определенное значение в научной литературе. Первоначально так стали
называть особенности государственного общественного строя дореволюционной Франции, в противоположность новым политическим и социальным отношениям (le régime
moderne). Используется также как синоним «полицейское государство».
70
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]