Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Полицейская система Франции. Монография
.pdf
Для изучения возможностей усиления противодействия бродяжничеству, рассматриваемого в то время и правительством, и обществом в
качестве главной причины роста преступности, была создана парламентская комиссия во главе с сенатором Марсером. Ей было поручено
изучить функции каждой из сил полиции и внести предложения об их
уточнении. В окончательном отчете комиссия отметила, что «военные
обязанности жандармерии не должны приводить к забвению о ее преобладающей, в соответствии с органическим законом, миссии, быть силой, установленной для обеспечения общественной безопасности». Комиссия предложила поместить ее под надзор специальных комиссаров,
статуса которых она не уточнила
105
.
Идея выведения жандармерии из подчинения военному министерству фигурировала в парламентских дебатах на рубеже XIX–XX вв. и
была подкреплена авторитетным мнением представителей юридической науки. «Жандармерия зависит, за исключением случаев запроса о
помощи, только от префектов. Но это не есть орган полиции в собственном смысле слова, а именно смешанное учреждение, одновременно
военное и гражданское, ни то, ни другое. Закон о военном наборе перегрузил ее тягостной службой, она больше не является войском солдат,
но корпусом писарей, военных клерков. До тех пор пока, согласно органическому закону, все нити управления жандармерией находятся у
военного министра, она не станет настоящей полицией», – отмечал в
докторской диссертации А. Стросс
106
. Предложения о превращении
жандармерии в военизированную полицию, подчиненную МВД, дополнились оригинальными проектами об ее подчинении Министерству юстиции с целью усиления судебной полиции.
В исторический момент, когда полицейская система не справлялась
со своими задачами, жандармерия была определена на роль слабого
звена. Активно модернизирующаяся в этот период гражданская поли-
как бы приобрела моральное право на критику своего отстающего
ция
партнера. Руководители полиции считали, что несовместимость военных функций с обязанностями полицейского была главной причиной
неэффективности полиции Франции.
Перед лицом этих усиливающихся нападок произошла консолидация корпуса, сумевшего выдвинуть из своей среды защитников ценностей и традиций. Еще в 1871 г. капитан жандармерии
Тарнье, разработавший «Основы проекта реорганизации жандармерии», предусматривавшие увеличение средств, меры по модернизации службы, писал, что
105
Ibid.
106
Ibid. Р. 96.
151
лишение жандармов военного статуса было бы для них равнозначно по-
107
зору
. Голос жандармов, протестующих против предложений лишения
жандармерии ее военного статуса, все громче звучал на страницах специализированных газет («Газета жандармерии», «Маяк», «Прогресс
жандармерии» и т. д.): «Жандармерия нуждается в том, чтобы иметь
военную организацию, так как в соответствии с территориальным рассредоточением бригад служба может быть хорошо выполненной только
при наличии субординации, строгой дисциплины... Она должна оставаться военной также для того, чтобы быть в стороне от политической
борьбы и местных распрей»
108
.
Но не эти аргументы, в итоге, как нам представляется, сыграли решающую роль в этот момент поиска новой конфигурации элементов,
составляющих систему обеспечения безопасности, когда вполне реальным был обсуждаемый выше путь объединения и централизации всех
полицейских сил в ведении одного органа – МВД. На чашу весов в
пользу сохранения и развития Национальной жандармерии как особого
элемента системы были положены ее многовековые ценности, традиции, авторитет, и все рациональные аргументы утратили свою силу в
выборе направления дальнейшего развития перед этой осознанной мощью исторического наследия. Когда к концу первой мировой войны забытые было идеи об унификации всех служб полиции, а значит и демилитаризации жандармерии вновь стали актуальными, она встретила их
во всеоружии. К этому времени Национальная жандармерия Франции
приобрела автономное управление в военном министерстве, руководители которого имели возможность донести позицию корпуса напрямую
руководителям государства. Она была усилена созданием мобильных
групп, а военный характер жандармерии вновь оказался востребованным в
выполнении операций по поддержанию порядка ввиду постепенного отказа от использования в этих целях армии, что было обычной
практикой в XIX в.
Итак, кризисное состояние полицейской системы, вызванное как
недостаточным соответствием изменившимся условиям ее отдельных
элементов, так и их совокупных качеств, подталкивали к пересмотру
статуса жандармерии, ее задач и организации, а следовательно
, роли в
полицейской системе. В начале XX в. наряду с выполнением военных и
специфических военных обязанностей (военная полиция, управление
военным резервом и вероятной мобилизацией военных сил), жандармерия осуществляла задачи политической полиции и полиции поддержа-
107
Ibid. Р. 94.
108
Ibid. Р. 98.
152
ния порядка и общественного спокойствия, которые поглощали существенную часть служебного времени жандармов, к тому же они оставались агентами судебной полиции. Мы отметили в предыдущей главе,
что в течение всего XIX в. жандармерия была важнейшей организационной основой осуществления предварительного следствия. В период
1870–1913 гг. жандармы в среднем оформляли от половины до двух
третей дел, переданных в прокуратуру. Но динамика была такова, что с
1893 г. «судебная производительность» жандармерии упала, и, напротив, с 1880 г. установилась тенденция роста количества дел, поступивших от комиссаров полиции
109
.
Причиной такого положения дел была численная недостаточность
корпуса, отягощенная все более увеличивающимися задачами, в том
числе связанными с охраной порядка. Полномочия жандармерии осуществлялись на всей совокупности территорий республики, при этом
только она осуществляла охрану общественного порядка в сельской местности, т. е. в коммунах, имеющих численность населения менее
5 тыс. Бригада, дислоцированная в кантоне (несколько коммун), должна была обеспечить полный обход его территории трижды в месяц, из
которых один раз – в ночное время. С 1880 г. численность жандармерии, в сравнении с другими полицейскими силами, практически не изменилась. Министром юстиции в отчете 1905 г. отмечалось, что «жандармерия, несмотря на свою восхитительную самоотверженность и
свою деятельность, слишком часто не может выполнить все задачи, которые отвлекают ее от миссии судебной полиции. В 1904 и 1905 гг.
штат некоторых бригад иногда состоял из 1 человека»
110
.
В начале XX в. впервые руководство жандармерии столкнулось с
проблемой набора сотрудников, когда вакантных мест было больше,
чем кандидатов на службу. Недостаточность материального обеспечения (жалования и пенсий), ограниченные перспективы карьеры, строгость военной дисциплины не способствовали привлекательности жандармской службы
111
. Симптомы «упадка» этим не ограничивались (по
выражению одного из депутатов парламента, «жандармерия находится
при смерти»
112
): катастрофически низкой была подготовка новобран-
цев, участились случаи нарушения служебной дисциплины (пьянство,
прогулы и т. д.). Специализированные газеты для жандармов стали
109
Ibid. Р. 105.
110
Ibid. Р. 106.
111
Dieu F. La Gendarmerie, secrets d'un corps. Editions Complexe, 2002. Р. 59.
112
Houte A.-D. Un métier en crise? La gendarmerie de la Belle Époque d'après ses
retraités // Sociétés & Représentations. 2003. № 16. P. 153.
153
своеобразным рупором позиции представителей жандармерии в ходе
обсуждения причин создавшегося положения и поиска выхода из него.
В основном мнения представителей жандармерии, получившие отражение на страницах газет “Le Phare” («Маяк»), “Le Progrès de la
Gendarmerie” («Прогресс жандармерии») и других свелись к самооправданию (среди причин отсутствия служебного рвения у жандармов
отмечались отсутствие возможности для карьерного роста, слабое материальное стимулирование, а среди факторов, препятствующих выполнению полицейских задач, – сложные процедуры и требование обязательного ношения формы) и стремлению к самосохранению. Угроза
упразднения способствовала подъему корпоративного духа, лейтмотивом большинства рассуждений стал лозунг «Жандармерия – жандармам!»
113
, отражавший желание приобрести автономное положение и
собственное лицо внутри армейского корпуса. Идея была, конечно, не
новая, но ее отстаивание приобрело систематичный характер.
В этом контексте началось обсуждение общих профессиональных
ценностей, выработка которых является основой профессиональной
культуры, свидетельством зрелости профессии. Естественно, что речь
не шла о критически-рефлексивном обстоятельном анализе проблем
профессии, а напротив, о создании определенной мифологии, которая
позволила бы стабилизировать как внутреннее, так и внешнее положение жандармского профессионального сообщества. Так, упрочивается
миф об единой, несмотря на ее значительную внутреннюю разнородность, и «вечной» Национальной жандармерии, стоящей на службе республиканских интересов. При этом имидж образцового жандарма был
трансформирован с учетом времени. На смену образу храбреца, преданного Отчизне и готового всегда пожертвовать своей жизнью, приходит образ профессионала, обеспеченного по последнему слову науки и
техники. Это было очень важно, потому что в начале 1900-х гг., в условиях технической модернизации жандармерия была оснащена слабо. Во
время уже достаточно широкого распространения автомобилей большинство офицеров предпочитали передвижение верхом на лошадях,
а профессиональные газеты боролись за то, чтобы внедрить использование велосипеда при исполнении служебных обязанностей. Интересно, что под влиянием процессов модернизации в общей полиции в печати утверждаются и все более усиливаются желание сотрудничества с
полицейскими и понимание его необходимости. В газете «Эхо жандармерии» (1912 г.) были опубликованы идеи о созыве межполицейского
113
Ibid. Р. 159.
154
комитета, чтобы развивать сплоченность между парижской безопасностью, Управлением безопасности МВД, муниципальной полицией, специальной полицией, офицерами и руководителями бригад жандармерии, а также периодическое проведение собраний офицеров жандармерии и комиссаров полиции в целях согласования действий. Однако
предложения о радикальной интеграции жандармерии и полиции
встречали резкую отповедь
114
.
Не случайно пятый по счету в истории Национальной жандармерии
органический закон – Декрет от 20 мая 1903 г., не имеющий, правда,
масштаба и значения предыдущих документов, косвенно отвечал на
проблемы реорганизации и демилитаризации жандармерии указанием
во введении, что он остался «далек от любого духа систематического
обновления», предпочтя сохранение «главных основ», заложенных в
1798 г. и воспроизведенных в 1854 г.
115
Однако единый нормативный
правовой акт, регламентирующий деятельность Национальной жандармерии, в этот период потерял былую значимость. Многие нормы Декрета 1854 г. уже были пересмотрены в ряде документов. В Декрете от
9 апреля 1858 г. были определены функциональные обязанности жандармов всех чинов, содержались нормы, касающиеся дисциплины и
дисциплинарной ответственности, впоследствии уточнялись положения
о внутренней военной службе в регламентах от 10 июля 1889 г., от
3 февраля 1899 г., от 4 апреля 1900 г., от 14 октября 1905 г. и 3 февраля
1914 г. Вследствие этих изъятий Декрет 1903 г. содержал в два раза
меньше статей, чем предшествующий
116
. Значимость этого документа в
большей степени сводилась к демонстрации актуальности того исторического наследия, которое имела Национальная жандармерия.
Большинство новаций касалось вопроса отношений жандармерии с
различными властями. В преамбуле говорилось о необходимости «защитить жандармерию от тех требований, которые могли найти основу в
неясности и расширенном смысле формулировок норм Декрета
1854 г.». Было определено Положение об отчетах жандармерии вышестоящим органам: обычные отчеты посылаются только «напрямую заинтересованным» властям (ст. 51); специальные отчеты о чрезвычайных событиях – ряду получателей, перечисленных в ст. 52. С еще
114
López L. 1912, l’affaire Bonnot: les effets contradictoires d’une crise sécuritaire sur les
polices et la gendarmerie [Электронный ресурс] // Socio-logos. № 2. mis en ligne le 20 juin
2007. URL: http://socio-logos.revues.org/document521.html (дата обращения: 12.12.2008).
115
Luc J.-N. Gendarmerie. Etat et société au XIX siècle // Gendarmerie, état et société au
XIXe sièclе. Publications de la Sorbonne, 2002. Р. 48.
116
Ibid. P. 46.
155
большей точностью урегулирована процедура запросов (ст. 67) в жандармерию за содействием. Декрет 1903 г. с внесенными изменениями
действовал до 2009 г. Заметим, что большинство норм фигурировало
уже в Декрете 1854 г. и даже в Ордонансе 1820 г. Таким образом, общие правовые основы жандармерии были созданы еще в конце Старого
режима.
Официальный дискурс и в то время, и впоследствии подчеркивал
эту связь нормативных текстов и последовательность развития института, который имел восьмивековую историю. Территориальные бригады действовали уже с начала XVIII в.; военные принципы службы были
определены в 1798 г. и сохраняли свою актуальность. Общественное
мнение, таким образом, не могло пренебречь этим смыслом длительности, уважением к традиции, которые из этого следовали. В совокупности с ритуалами и символами корпуса преемственность правовой традиции способствовала формированию самосознания жандармов, воспитанию верности определенным ценностям.
Выход из ситуации кризиса, который переживала полицейская система Франции, во многом зависел от способности составляющих ее
разнородных структур, заботящихся о собственном выживании, отстаивающих свои интересы, стремящихся решить вопрос о перераспределении материальных ресурсов в свою пользу, осознать общие интересы.
Критика жандармерии со стороны представителей гражданской общенациональной полиции была конструктивной и, действительно, отражала интересы системы в целом, в той части ее, когда она касалась неприспособленности жандармерии к ее полицейским и, особенно, судебно-полицейским задачам. «По самой причине ее знаменитых военных
качеств, которым надо прекратить поклоняться, [она] достаточно не
приспособлена к особенностям полицейского расследования, которые
требуют менее явные, менее грубые, более гибкие способы, чем те, которые она может использовать», – так бывший комиссар полиции, будущий реформатор полиции, недавно назначенный на должность директора Главного управления безопасности МВД С. Эннион, характеризовал основные недостатки жандармерии в интервью, данном газете
“Petit Parisien” в апреле 1907 г., открыто поставив под сомнение ее полицейские качества
117
.
Осознавая, что слабость жандармерии в качестве силы полиции
определена как набором кадров, так и множеством ее миссий, большинство предложений касалось численного увеличения, развития и мо-
117
Berlière J.-M. La gendarmerie en question au début du XX siècle. Р. 108.
156
дернизации ее средств, упрощения ее службы, сосредоточения службы
на поддержании порядка и выполнении задач судебной полиции, для
чего требовалось усилить контроль за жандармерией со стороны правосудия. Предложения по демилитаризации, как мы уже отметили,
столкнулись с живым сопротивлением самих жандармов. Но и для
многих граждан отмена военного статуса означала лишение жандармерии ее существенных качеств, того уважения, которым пользовались жандармы в течение многих лет. «Давайте не будем превращать
жандармов в полицейских; пусть они останутся солдатами! При условии, что они продолжат образовывать элитную часть, которой мы обязаны, по большей части, безопасностью Франции», – такова обобщенная позиция, высказанная оратором на одном из собраний Общества
попечения тюрем
118
. Вопреки критике и множеству предложений о
преобразовании в первой четверти XX в. победило мнение, что жандармерия является незаменимым инструментом обеспечения безопасности, который необходимо сохранить, не деформируя. Без сомнения,
именно это убеждение объясняет, что из всех предложений рубежа веков было реализовано одно – о создании полицейского подразделения,
специализированного на розыске преступников и раскрытии правонарушений. Создание в 1907 г. региональных мобильных бригад уголовной полиции (названных уже после первой мировой войны «бригадами
Тигра» в честь министра внутренних дел Ж. Клемансо, сыгравшего
определяющую роль в их учреждении), которые воплощали представление о современном полицейском подразделении, оказало значительное воздействие на развитие жандармерии. Тем более что мобильные
бригады вторгались в юрисдикцию жандармерии и, видимо, не без замысла законодателя.
Нам представляется весьма убедительным и обоснованным мнение
французского историка Л. Лопеза
119
о развитии взаимоотношений меж-
ду Национальной жандармерией и институтами гражданской полиции в
этот период. Вопреки распространенному в научной традиции представлению об острой конкуренции между полицией и жандармерией
120
он фиксирует, что постепенное заимствование жандармами опыта, на-
118
Ibid. Р. 115.
119
López L. Op. cit.
120
О. Линеро констатирует, что антагонизм между полицейскими и жандармами уже
в период Империи составил главную характеристику французской полицейской системы
Нового времени (Luc J.-N. La transition politique, observatoire original de la gendarmerie du
XIXe siècle [Электронный ресурс] // Annales de Bretagne et des Pays de l’Ouest. 2007. № 2 ,
mis en ligne le 31 décembre 2009. URL: http://abpo.revues.org/87 (дата обращения:
15.01.2011)).
157
работанного подразделениями судебной полиции Префектуры парижской полиции, выступавшей в этот период как самый творческий элемент полицейский системы, способствующий ее адаптации к меняющимся условиям; включение жандармов в общее профессиональное полицейское пространство благодаря участию в совместном с полицейскими обучению и развитию собственной профессиональной подготовки (например, обучение методу словесного портрета и антропометрии).
В условиях, когда внимание общественности было приковано к вопросам безопасности, признание социальной значимости осуществляемой
работы жандармы получали в большей степени от МВД, чем от руководителей военного ведомства, рассматривающих тягости и опасности
службы жандармов как незначительные и обычные, что немало способствовало их сближению с полицейскими.
Л. Лопез утверждает, что если и следует говорить о соперничестве
полицейских структур в это время, то не столько между жандармерией
и Национальной полицией, сколько между различными учреждениями
внутри Национальной полиции. Противостояние развивалось, прежде
всего, в отношениях Префектуры полиции Парижа и Главного управления безопасности МВД, в особенности после усиления последнего с
введением региональных мобильных бригад. Но в любом случае централизация уголовного розыска, развитие криминалистической техники, значительное внимание к вопросам безопасности со стороны общества делали невозможным существование жандармерии вне постоянной
и усиливающейся связи с подразделениями гражданской полиции.
«В конечном счете, именно рост преступности вызвал это сближение
различных видов полиции, постепенно образовывающих единый полицейский аппарат, создавая общую ответственность за выполнение важнейшей социальной функции, этот “священный союз” сил порядка в
121
конце Belle Epoque»
.
Накануне первого мирового конфликта были осуществлены определенные преобразования по модернизации полиции с целью улучшения ее противодействия преступности. И поскольку в период, когда
система обеспечения безопасности столкнулась с острой необходимостью адаптации к потребностям общества, жандармерия, как ее элемент, отличалась пассивностью, инертностью, на первый план для нее
выступает не конкурирование с полицией, а демонстрация ее способности стать дополнительной силой. Это получило отражение в дискуссиях
121
Ibid.
158
в ведомственной печати, в общем позитивном изменении образа полицейского в восприятии жандармов. С созданием мобильных бригад,
первых специализированных подразделений судебной полиции, жандармерия уже не может претендовать на первостепенное значение агента судебной полиции в сельской местности, так как уступает им в оперативности, профессионализме и т. д. Но подобная структура малоэффективна без опоры на развитую местную полицию, хорошо знающую
население, в жизни которого она постоянно участвует, такой местной
полицией и была жандармерия, которая извлекла всю возможную выгоду из своего положения, доказав свою значимость в модернизирующейся полицейской системе.
Межвоенный период представляет важнейший период в истории
модернизации учреждения: создание Школы офицеров жандармерии
(1918 г.) и Управления жандармерии (1920 г.), рождение мобильных
групп жандармерии, специально предназначенных для операций поддержания порядка (ставших мобильной республиканской гвардией в
1926 г. и переименованной в мобильную жандармерию в 1954 г.), телефонизация жандармских постов (1918 г.), применение мотоциклов и автомобилей (1932 г.), развитие дорожной полиции (1928 г.)
122
.
Важным событием в плане пересмотра места жандармерии в полицейской системе стало создание в 1921 г. мобильных групп жандармерии постоянной доступности, специализированного подразделения,
предназначенного для восстановления общественного порядка в случае
массовых волнений.
В течение длительного времени Национальная жандармерия
участвовала в поддержании порядка вместе с армией, не имея специального подразделения для осуществления этой задачи. Политическая жизнь Франции традиционно неотделима от массовых уличных выступлений. Особенностью рубежа XIX–XX вв. стал рост
борьбы рабочих за свои права. Власть по-прежнему по причине отсутствия специализированных подразделений использовала в поддержании порядка военные силы. Вместе с тем она становилась все
более терпимой к таким формам выражения протеста, как забастовки и демонстрации, указывала военным начальникам на необходимость соблюдения определенных правил в обращении с «бунтовщиками». Инструкция от 18 октября 1907 г. о «применении войск, за-
122
Dieu F. Op. cit. Р. 63.
159
прошенных для поддержания порядка» ввела, согласно П. Брюното,
принцип подчинения «военных властей гражданским властям» (префекту и комиссару полиции) в вопросе об определении количества
требуемых сил и заложила принцип зависимости употребления силы
от степени агрессивности демонстрантов – соразмерности средств.
В результате «...взятые в тиски более принудительных нормативных постановлений и вынужденные принимать в расчет растущую
опасность непослушания солдат, офицеры неохотно принимались
за задачи по поддержанию порядка»
123
, которые к тому же наносили
урон престижу военных. В период Третьей республики была введена всеобщая военная служба (с 1872 г.) сроком пять лет, а к началу
первой мировой войны – два года. С этого времени обращение к
войскам в целях восстановления общественного порядка стало проблемным: неопытность солдат могла привести к случайным жертвам, участились случаи отказа подчиниться приказам, поддержки
демонстрантов.
Закон от 22 июля 1922 г. впервые учредил специальные подразделения, предназначенные для поддержания порядка – мобильную жандармерию. Его реализация была непростой, мало обеспеченная человеческими ресурсами и техническими средствами, еще не приобретшая
доверия, мобильная жандармерия не могла взять на себя полное осуществление сложной задачи. В 1926 г. мобильная жандармерия была переименована в мобильную республиканскую гвардию, и ее численность
и средства были значительно увеличены. Символичным было и изменение названия, напоминающее об ответственности за охрану республиканских институтов и ценностей. В период 1925–1935 гг. численность мобильной республиканской гвардии увеличилась от 3000 до
10000 тыс. чел. В Париже деятельности мобильной жандармерии препятствовала Парижская префектура, в распоряжении которой были собственные «специальные» подразделения: республиканская гвардия Парижа. Только после второй мировой войны мобильная республиканская
гвардия приступила к поддержанию порядка в столице. Вместе с институционализацией специальной силы, предназначенной для поддержания порядка, были выработаны и методы сдерживания и рассеивания
толпы (в противоположность господствующим в XIX в. методам противодействия и столкновения), охраны общественного порядка на мас-
123
Bruneteaux P. Maintenir l’ordre: les transformations de la violence d'État en régime
démocratique. Paris : Presses de Science PO, 1996. Р. 40.
160
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]