Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Очерки торгового права
.pdf
более редких случаях может оказаться необходимость в празднич-
1
ной работе
.
К числу обязанностей хозяина Van der Borght относит и обя-
2
занность предоставления соответствующей работы
. Поскольку это
находится в связи с возможными заработками, это не может подлежать никакому сомнению. Так, напр., если приглашен разъездной
приказчик с вознаграждением с суммы полученных им заказов, то
лишение его возможности совершать деловые поездки дает ему
право считать договор нарушенным хозяином, хотя бы никакой
минимум заработка ему и не был гарантирован. Сложнее вопрос в
тех случаях, когда заработок приказчика не находится ни в какой
зависимости от размера оказываемых им принципалу услуг. Нельзя,
конечно, отрицать того, что в отдельных случаях приказчик может
быть заинтересован и в том, чтобы иметь определенную работу, а
не только в том, чтобы иметь определенный заработок. Но этот
специальный интерес приказчика должен быть особо оговорен в
договоре. В общем же следует признать, что право служащего заключается в получении условленного вознаграждения и обязанность
его в оказании условленных услуг, право же хозяина в пользовании этими услугами, в вознаграждение за что он и должен платить жалованье, но он при этом не обязан во что бы то ни стало
доставлять работу. К тому же он и сам имеет достаточный к тому
интерес, и едва ли есть серьезная необходимость понуждать его к
тому под угрозой признания договора, нарушенным им. Конечно,
по особенностям данного договора суд может признать, что намерения сторон клонились и к тому, чтобы обеспечить служащему не
только получение жалованья, но и определенную работу.
Договор прекращается раньше всего истечением срока, на ко-
торый он был заключен. Срок зависит от соглашения сторон, при-
3
чем он не должен быть длиннее срока паспортной книжки
4
всяком случае, не более пяти лет
.
è, âî
При отсутствии в договоре указания срока он может быть пре-
кращен во всякое время. Понятно, как тяжело это может отразиться
1
Van der Borght. Ñ. 78 ñë.
2
Ibid. Ñ. 32.
3
Ò. X. ×. I. Ñò. 2216.
4
Т. X. Ч. I. Ст. 2214. Согласно австрийскому закону (§ 21), договор, заключенный на срок более пяти и шести лет, может быть прекращен с предуведомлением за полгода. (Randa. Ñ. 24).
&%
на интересах служащего. Совершенно справедливо в интересах торговых служащих германское Торговое уложение ограничивает свободу установления сроков, в которые должно последовать заявление о прекращении службы. Именно, не менее, чем за месяц, хозяин
должен предупредить служащего об отказе от места, причем такой
отказ возможен лишь в конце каждого месяца, дабы таким образом
легче всего сталкивались предложения мест с требованием таковых
(§ 67). Лишь в двух случаях не применяются эти ограничения свободы сторон при заключении договора. Это, во-первых, относительно служащих, получающих не менее пяти тысяч марок годового жалования. Их положение в такой мере привилегированное в
сравнении с остальной массой служащих, что нет, действительно,
оснований распространять на них те специальные постановления,
коими закон считает необходимым защищать интересы этих последних. Второе исключение носит совершенно специальный характер, оно касается служащих, находящихся во внеевропейских
торговых учреждениях и обусловливается особенностями положения этой торговли (§ 68).
Необходимо отметить, что эти постановления уложения, значительно улучшающие положение крайне многочисленного и в общем далеко не блестяще поставленного класса торговых служащих,
отнюдь не встретили оппозиции со стороны представителей купечества, на съезде которых некоторые предлагали идти по этому
1
пути даже далее, чем это предлагал проект
2
новления содержит австрийский закон
.
. Аналогичные поста-
В одном случае столь сравнительно продолжительный срок
для предупреждения об отказе от службы может быть несправедлив, именно, когда договор заключен с предупреждением о том, что
он должен носить характер испытания. В таком случае, согласно
австрийскому праву, договор в течение первого месяца может быть
сторонами расторгнут без особого предупреждения. По истечении
3
месяца кончается испытательный период
. Хотя германский закон и
не знает такого льготного расторжения договора, но разрешает заключать договор на испытание на краткие (меньше месяца) сроки
4
.
1
Verhandlungen. Ñ. 15 ñë.
2
Randa. Ñ. 23.
3
Gesetz 16 Jan. 1910. § 19. Abs. 2. Ñð.: Randa. Ñ. 23.
4
Van der Borght. Ñ. 83.
188
Договор может быть расторгнут вследствие уважительных причин и до истечения срока. Это вопрос толкования каждого отдельного случая; общие принципы для данных отношений установлены
1
быть не могут
.
Однако вполне целесообразным является прием австрийского
закона, указавшего ряд обстоятельств, которые должны быть признаны достаточно уважительными для преждевременного прекра-
2
щения договора
.
Конечно, тяжелые условия службы торговых служащих особенно вредно отражаются на женском персонале, играющем значительную роль, постоянно увеличивающуюся в современной торгов-
3
. Неоднократно раздавались голоса в пользу необходимости осо-
ле
бо усиленной защиты женского труда, что по преимуществу может
выразиться в меньшем количестве дозволенных для работы женщин часов. Как ни желательны такие мероприятия, с точки зрения
гуманности, их применение возможно с большой осторожностью,
дабы не принести женщинам больше вреда, нежели пользы, так как
нельзя без вреда для женщин сделать для купцов более выгодным
мужской труд.
Одним из крупных недостатков наших законов о торговом служебном персонале является отсутствие постановлений, нормирующих положение торговых учеников. Мы говорим об отсутствии
постановлений, так как две статьи, которые мы находим по этому
вопросу, свидетельствуют лишь о том, что законодатель признает
существование этого института, но отнюдь не регулирует его. Первая из этих статей распространяет на торговых учеников правила о
приказчиках, вторая говорит о том, что несовершеннолетним нельзя
доверять товаров более, нежели на тридцать рублей (ст. 31). A между тем крайняя необходимость таких специальных постановлений
совершенно очевидна. Если принять во внимание характер наших
норм, не обеспечивающих приказчику сколько-нибудь нормальные
1
Van der Borght. Ñ. 88 ñë.
2
Закон 1910 г. § 27.
3
Заметим кстати, что значительная концентрация торговли должна содействовать распространению женского труда. В небольшом предприятии с однимдвумя служащими бывает трудно обойтись без мужчин, к тому же специально
подготовленных. Там, где служащих масса (напр., современные колоссальные магазины), там можно обойтись сравнительно незначительным мужским персоналом,
раздробив остальную работу между множеством дешево оплачиваемых женщин.
&'
условия труда, то станет очевидной вся тяжесть положения подрастающего поколения приказчиков. К тому же надо иметь в виду, что
уровень образования приказчиков крайне низок, весь их умственный и нравственный кругозор формируется за прилавком, за которым они проводят всю свою жизнь, начиная с детского возраста.
При таком положении условия их службы вопрос о том, как и чему
они обучаются в качестве торговых учеников, приобретает огромное значение как с точки зрения формирования подходящих кадров
будущих приказчиков, т. е. одного из важнейших факторов торговли, так и с более широкой общекультурной точки зрения.
Сознавая всю важность вопроса и безусловную необходимость
законодательного вмешательства, германское Торговое уложение,
оставаясь, правда, принципиально на точке зрения свободы договорного соглашения, тем не менее по целому ряду вопросов установило определенные, соглашением сторон не подлежащие изменению условия заключения этого договора.
Быть может, порой законодатель обнаруживает излишнюю осторожность и излишнее стремление сохранить принцип договорной
свободы сторон там, где он и сам сознает необходимость вмешательства. Так, по вопросу о форме заключения этого договора законодатель в полной мере сознает необходимость письменного договора; он поэтому лишает хозяина права предъявления каких-либо
претензий к ученику по поводу преждевременного оставления им
своего хозяина, если между ними не было заключено письменного
договора. A между тем, как на это и было указано, такой санкции
еще недостаточно для того, чтобы достичь общего употребления
1
письменной формы
.
Закон совершенно правильно подчеркивает то обстоятельство,
что учение составляет существенное содержание этого договора, и
принимает ряд мер к тому, чтобы не дать возможности хозяину
обратить учебные годы в способ более легкой эксплуатации труда
подростков. Необходимо, однако, признать, что предписания закона в этом отношении больше свидетельствуют о сознании им важности обязанности хозяев обучать своих учеников, нежели гарантируют их исполнение. Надо, впрочем, признать, что создать эту га-
2
рантию действительно чрезвычайно трудно
. Сделанное торговыми
1
Van der Borght. Ñ. 109.
2
Ibid. § 19.
190
служащими предложение, чтобы были образованы испытательные
комиссии для проверки степени подготовленности учеников, едва
ли может быть признано подходящей мерой в качестве общего закона. Трудность заключается не только в том, что нелегко создать
компетентные и беспристрастные органы для такого рода испытаний, но что трудно установить сколько-нибудь определенные требования.
Мы полагаем, что вряд ли в этом отношении можно ждать
серьезной помощи от законодателя. Только тогда, когда организация торговых служащих достигнет широкого развития и постановки, которая будет внушать уважение не только к ее силе, но и к
ее серьезности и действительному пониманию тех задач, которые
подлежат ее разрешению, можно будет организовать соответствующие испытательные комиссии в отдельных отраслях торговли и
ввести в закон требования этих испытаний. Пока же необходимо
довольствоваться общим предписанием с угрозой расторжения договора в случае признанного судом неисполнения этого требования, и весь центр внимания в этом вопросе направить на то, чтобы
обеспечить посещение учениками школ для продолжения образова-
1
íèÿ (Fortbildungsschulen)
. Конечно, обязанность предоставлять ученикам необходимое для того время имеет серьезное значение в том
случае, если надлежащим образом поставлено дело обучения в этих
школах, являющихся продолжением низших школ, окончание кур-
2
са которых для всех обязательно
.
Германский и австрийский законы содержат весьма целесообразные постановления, в силу которых, независимо от договорного
соглашения, устанавливается испытательный период, в течение которого обе стороны вольны расторгнуть договор без указания ка-
3
ких-либо особых для того оснований
.
Считаясь с возможным желанием ученика избрать себе другую
специальность, германский и австрийский законы предоставляют
4
ему в таких случаях право расторгнуть договор с хозяином
.
1
Van der Borght. § 19.
2
Постановления австрийского закона отличаются в этом вопросе большими
достоинствами сравнительно с германским, так как устанавливают обязанность посещения этих школ, a не только гарантируют возможность посещения. Van der
Borght. Ñ. 117.
3
Ibid. C. 119.
4
Ibid. C. 120.
'
Если эти постановления не в достаточной степени гарантируют исполнение действительного содержания договора о торговом
обучении, то они являются во всяком случае не только важным
признанием со стороны законодателя необходимости создать такую
гарантию, но и серьезным первым шагом в этом направлении.
Наши Временные правила 15 ноября 1906 г. тоже делают первый шаг в этом направлении. Пункт 8 этих правил постановляет,
что служащие обоего пола в торговых заведениях, складах и конторах, не достигшие 17-летнего возраста, независимо от перерыва,
устанавливаемого статьей 4, освобождаются ежедневно в будние
дни на 3 часа для посещения школ.
Хозяева, y которых служат означенные несовершеннолетние,
вправе наблюдать, чтобы последние посещали школы в назначенное для сего время.
Обязанность освобождать означенных несовершеннолетних на
3 часа для посещения школ не распространяется на владельцев тех
торговых заведений, складов и контор, занятия в коих продолжаются менее 8 часов в сутки, включая перерыв на принятие пищи, если
при этом означенные несовершеннолетние свободны в те часы, в
которые освобождаются для посещения школ малолетние служащие других однородных или расположенных в той же местности
торговых заведений, складов и контор.
Но, не входя даже в критику того, в какой мере предоставляемое ученикам этим правилом время является достаточным, необходимо признать, что одна эта мера, без какого-либо регулирования
всего договора о найме торговых учеников цели достигнуть не может. Мы не говорим уже о том, что в огромном большинстве местностей России посещение школ для продолжения образования будет пустым звуком. Дело в том, что нужна известная культурная
обстановка для того, чтобы проводить культурные законопроекты.
Недобросовестная конкуренция
ЫТЬ может, лучшим доказательством того огромного
практического значения, которое в настоящее время пред-
Á
ставляет борьба с недобросовестной конкуренцией, может служить то обстоятельство, что в Германии, где еще только в
1896 г. был выработан специальный закон для борьбы с ней, 1 июня
1909 г. распубликован новый закон, направленный на эту же борьбу. Закон этот является, по существу, новым, значительно исправленным и во многом дополненным изданием закона 1897 г. И то
внимание, с которым разные слои общества относились к проекту
этого закона, свидетельствует о том, что оно в полной мере сознает
все практическое значение усовершенствования способов борьбы с
недобросовестностью в сфере делового оборота.
Но не только для Германии вопрос этот представляет серьезный практический интерес. Наша торгово-промышленная жизнь идет
в общем теми же путями, хотя и представляет ряд своеобразных
особенностей, частью связанных с тем, что мы постоянно отстаем и
испытываем прямое влияние Запада, избавляющее нас от необходимости и частью лишающее нас возможности собственным опытом
доходить до тех же результатов, которые на Западе являются результатом аналогичных причин. Поэтому совершенно естественно,
что и y нас проявились все те формы недобросовестной конкуренции, с которыми борется западноевропейский законодатель. Изучение этой борьбы представляет поэтому для нас не один академический интерес. Это зло современной жизни как на Западе, так и y
нас.
'!
Достаточно сравнить современные словари, посвященные вопросам правовой и хозяйственной жизни со словарями, выходившими в прошлом столетии, для того, чтобы убедиться, в какой мере
мы тут имеем дело с явлением новым. В то время, как в словарях
Савари, Мак-Куллоха мы ничего не находим по этому вопросу, в
словаре Конрада ему посвящена, и притом совершенно основательно, большая статья.
Было бы, однако, несправедливо рассматривать эту новизну
как доказательство большей порчи нравов, падения добросовестности среди торгового класса. Мы полагаем,
что, наоборот, добросовестность в торговле не уменьшается, но, в виде общего правила,
увеличивается. Недобросовестные приемы, стремление надуть проявлялось в торговле во все времена, и притом в доброе старое время
в формах, несравненно более бесцеремонных, нежели проявляется
теперь. Оставляем в стороне античную торговлю, которая представляет нам картины самой бесцеремонной эксплуатации. Но и в течение
средних веков мы отнюдь не наблюдаем в области торговли особой
щепетильности, особой добросовестности, которую мы могли бы
поставить в пример современному купцу. Зло, по существу, не новое, новы только формы его проявления. Понятно, широкое применение приемов недобросовестной конкуренции стало возможным
только тогда, когда конкуренция вообще приняла широкие размеры.
Средневековая организация торговли стремилась не столько к
тому, чтобы урегулировать, сколько к тому, чтобы исключить всякую конкуренцию. Мы находим здесь мероприятия, направленные
к гарантии против таковой вообще; таковы меры, обеспечивающие
участие всем возможным конкурентам в покупке необходимых материалов, ограничение размеров производства, далеко идущая специализация в разрешенной каждому деятельности и устранение,
таким образом, возможности новых конкурентов, запрещение взя-
1
тия на себя окончания работы, начатой другим, и т. д.
В какой мере
склонность к обманам в области торгового, да и вообще делового
оборота была, однако, явлением повседневным, видно хотя бы из
того, что цеховые организации считали себя вынужденными принимать целый ряд мер к тому, чтобы защищать публику против обме-
2
ра, обвеса, дурного качества товара и т. д.
Крайне идеализируя
1
Neuburg. Ueber die Ausdehnung der Zunftgerichtsbarkeit. Ñ. 44 ñë.
2
Ibid. Ñ. 34 ñë.
194
цеховую организацию средних веков, Гирке в своем капитальном
исследовании (Rechtsgeschichte der deutschen Genossenschaft) подробно описывает ту сложную сеть мероприятий, которая имела единственной целью защитить публику против недобросовестных приемов со стороны продавцов и упорядочить самую торговлю, устранив недобросовестную рекламу, и т. п.
1
Было бы поэтому более справедливо не ставить в пассив современному обществу те многочисленные формы недобросовестной
конкуренции, в изобретении которых, несомненно, проявились значительные таланты, но, наоборот, внести ему в актив ту энергичную борьбу, которую законодательство, поддерживаемое и поощряемое общественным мнением, ведет с этими формами. Французская судебная практика проявила огромную энергию в этой борьбе,
не имея на своей стороне, строго говоря, поддержки законодателя
Немецкий суд обнаружил в этом вопросе большую сдержанность.
Ho, считаясь с этим, германский законодатель счел себя вынужденным взять в свои руки эту борьбу.
Какая из этих двух систем более целесообразная?
Ставя этот вопрос, мы понимаем его не в том смысле, что его
решение может быть одинаковым для всех стран и времен. Бывают
эпохи, совершенно неспособные к законодательному творчеству,
бывают суды, бывают судебные организации, совершенно неприспособленные к тому, чтобы вести борьбу со злом без помощи
законодательной указки. Вопрос только в том, какой из этих двух
путей является более радикальным средством борьбы.
Путь судебной борьбы представляется менее совершенным.
Прежде всего трудности ее обусловливаются тем, что часто недобросовестность проявляется в пользовании тем, что, казалось бы,
составляет право данного лица.
Возьмем пример из последней практики Министерства торгов-
3
ли по вопросам фирменного права
. Некий А. И. Абрикосов устроил в Туле конфетную фабрику под фирмой «А. И. Абрикосов и сыновья». He будем останавливаться на подробностях этого дела, здесь
для нас интересен сам факт пользования своим подлинным именем
2
.
1
Das deutsche Genossenschaftsrecht. Т. I. § 38. В особенности с. 388, 392, 395.
2
Ср. ряд любопытных примеров y Dalloza. Code de com., annoté. Ñ. 945 ñë.
Много примеров приведено в книге Fingera.
3
См.: Право» за 1909 г. ¹ 40. Ст. 2158.
'#
для, несомненно, недобросовестной конкуренции с фирмой, которой продолжительной деятельностью удалось стяжать известную
репутацию в глазах большой публики. И, конечно, суду весьма трудно бороться с такого рода злоупотреблением своим правом.
Далее, неудобства этого пути заключаются в том, что он ставит
борьбу в полную зависимость от частной инициативы. Между тем
очень часто недобросовестный прием торговли, нанося самый существенный вред интересам публики, не поражает прав отдельного
лица, которое могло бы взять на себя инициативу процесса. В очерке,
посвященном вопросу о фирмах, мы уже обращали внимание на эти
трудности судебной борьбы. Купец недобросовестно пользуется фирмой лица, уже умершего. Очевидно, даже и правопреемники этого
последнего не имеют никакого интереса в том, чтобы воспретить
такое, хотя бы и неправомерное, пользование этой фирмой, если
они не продолжают торгового дела под этой фирмой. Правда, каждый из публики, введенный этим в заблуждение и понесший вследствие этого убытки, может предъявить иск. Однако иск этот может
быть направлен лишь на отыскание убытков, истцу нанесенных.
Таким образом, самая важная с точки зрения общественного интереса задача прекращение возможности дальнейших обманов
этим, во всяком случае, не может быть достигнута. Далее, и доказать размеры понесенных при этом убытков по большей части окажется совершенно невозможным, часто и убытков этих может не
быть. В предприятии, под недобросовестной фирмой действующем,
товары могут, однако, продаваться по ценам, обычным для такого
рода товаров. Покупатель, приобретая y этой фирмы товары, очевидно, никаких убытков не несет. Но, тем не менее, положение это
не должно быть законодателем терпимо.
Но, сказав, что центр тяжести в этой борьбе необходимо перенести на законодателя, мы отнюдь еще не исчерпали всех трудностей вопроса. Как должен законодатель вести эту борьбу? Перечислить ли в законе все формы недобросовестной конкуренции
или же дать в законе общее определение, предоставляя суду его
применение в каждом отдельном случае? В настоящее время мы
имеем в этом отношении чрезвычайно поучительный опыт германского законодателя. В 1896 г., впервые вступая на путь законодательного нормирования этого вопроса, он ограничился перечислением тех видов конкуренции, которые, как недобросовестные, он
считал запрещенными и влекущими за собой ряд невыгодных по-
196
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]