Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Очерки торгового права
.pdf
гое видит в фирме обозначение собственника торгового предприя-
1
тия. Первое, которого держится наша судебная практика
энергией и большим искусством отстаивает проф. Шершеневич
, с большой
2
.
Проф. Шершеневич полагает, что определение фирмы как торгового имени купца неверно потому, что фирма должна индивидуализировать предприятие, a не купца, для индивидуализации которого существует гражданское имя. Одно и то же лицо может быть
собственником нескольких предприятий, действующих под разными фирмами. Далее, по мнению проф. Шершеневича, только признав фирму именем предприятия, мы достигаем одного общего понятия для предприятия и единоличного купца и товарищества. В
пользу своего взгляда автор ссылается на названия гостиниц, которые, по его мнению, тоже являются фирмами. Наконец, «если смотреть на фирму как на торговое имя купца и соответственно тому
признать право на фирму личным правом, то следует или вовсе
отвергнуть передаваемость ее, или допустить ее передаваемость
независимо от предприятия». Нам, однако, представляются все эти
аргументы не исчерпывающими вопроса.
Фирма должна индивидуализировать предприятие, говорит
проф. Шершеневич; но в этом-то и вопрос: должна ли она индивидуализировать самое предприятие или же предпринимателя, как собственника данного предприятия. И если допустить это последнее,
то не будет находиться в противоречии с этим и возможность для
одного лица, как собственника нескольких обособленных предприятий, пользоваться несколькими фирмами.
He совсем понятно утверждение, что, только признав фирму
именем предприятия, мы достигаем единства для случаев, когда
предприятие принадлежит одному лицу или товариществу. Такое
же единство будет и в случае определения фирмы как обозначения
собственника предприятия: в одном случае оно будет обозначать
отдельное лицо, в другом несколько лиц, совместно действующих. Еще менее убедительна ссылка на название гостиниц как на
фирму. Надо именно доказать, что название гостиницы есть фирма.
Германская судебная практика, как и отмечает проф. Шершеневич,
не признает их фирмами и поступает при этом совершенно последовательно.
1
Практика Прав. Сената, изд. Добровольского. Т. II. ¹ 63.
2
Êóðñ. Ò. I. § 17.
%

Остается единственно действительно серьезный аргумент
указание на то, что если фирма есть имя купца, то она или вовсе не
подлежит отчуждению, или, если уже признавать это правом отчуждаемым, то совершенно безразлично с предприятием или же
без предприятия. Заметим, однако, что допущением такой альтернативы проф. Шершеневич ослабляет значение и этого аргумента. В
самом деле, если автор признает возможным отчуждение права на
свое обозначение как собственника предприятия, то, казалось бы,
даже и независимо от вопроса об охране интересов третьих лиц,
необходимо признать, что нельзя отчуждать свое название в качестве собственника предприятия, не отчуждая одновременно и самого предприятия. Но, во всяком случае, указание на противоречие
между признанием, что фирма есть обозначение собственника предприятия, и допущением права отчуждения фирмы не лишено оснований. Но это все же не может заставить нас признать фирму названием предприятия, так как такое признание с необходимостью привело бы нас к запрету переносить фирму на другое предприятие
того же лица или вести под одной и той же фирмой несколько
1
различных предприятий
. Между тем ни в теории, ни в практике по
этому поводу не возникает никаких сомнений. Точно так же не
возникает никаких сомнений по вопросу о том, что лицо, под известной фирмой ведущее торговые дела, может в числе этих дел иметь
предприятие со своим особым обозначением. Так, торговый дом
«Братья Ивановы» может иметь магазин под названием «Забава и
дело». Защищая свое определение, проф. Шершеневич совершенно
не останавливается на этих противоречиях между практикой делового оборота, покоящейся частью на законодательстве, частью на
судебной практике, и определением, им защищаемым.
Нам кажется, что ошибка, в которую впадает большинство исследователей вопроса о фирменном праве, заключается в односторонности, проявляемой ими в этом вопросе. Доля истины в обеих теориях, но сторонники каждой из них не хотят видеть недостатков того взгляда, к которому сами примыкают, a потому видят одни
недостатки во мнении своих противников. Между тем задача заключается не столько в том, чтобы выяснить, какая из двух точек
зрения абсолютно правильная, a в том, чтобы выяснить преимуще-
1
Ñð., íàïð., Haab. Beitrag zur Geschichte und Dogmatik der Handelsfirma. Ñ. 26
ñë.
128

ства и недостатки каждой из них. В этом вопросе сталкиваются
весьма противоречивые интересы, которые надо как-нибудь между
собой примирить, и примирение это не может быть достигнуто
путем чисто внешнего логического построения.
Почти исключительно в области обычного права остался вопрос о торговых фирмах в Англии, где господствует в этом вопросе
полная свобода, нет требования истинности фирм и только с прямой недобросовестностью возможна борьба, согласно общим нача-
1
лам права
.
Наиболее старое законодательное регулирование мы находим
во французском Торговом кодексе. Это система (если можно
говорить о системе по отношению к немногочисленным его поста-
2
новлениям) строгой истинности торговой фирмы
3
той же почве стоит и бельгийское право
4
гового уложения иная
. Оно проводит различие между фирмой пер-
. Система немецкого Тор-
. Совершенно на
воначальной и приобретенной. Относительно первой оно придерживается принципа истинности фирмы. Наоборот, при приобретении уже существующей фирмы законодатель допускает сохранение
старой фирмы, несмотря на то что она, таким образом, перестает
отвечать принципу истинности. Швейцарское обязательственное
5
, реципировав все технические достоинства постановлений
право
германского Торгового уложения о фирмах, выделив их в особый
отдел, независимый от постановлений о торговых товариществах,
провело до конца принцип истинности, не допуская сохранения
фирмы при отчуждении торгового предприятия.
С точки зрения французского и примыкающих к нему законодательств, вопрос о том, что такое торговая фирма, не может представлять никаких сомнений. Это, безусловно, наименование собственника торгового предприятия, a не самого предприятия. Сложнее вопрос по отношению к тем законодательствам, которые
допускают свободу отчуждения торговой фирмы. После такого отчуждения фирмы она действительно как бы перестает обозначать
имя собственника предприятия, но обозначает самое предприятие.
Вопрос поэтому должен быть расчленен. Во-первых, можем ли мы
1
Burchardt. Die Handelsgesetze des Erdballs. England. Ñ. 89 ñë.
2
Code de com., livre 1, titre III.
3
Code de com. Belge, titre IX.
4
Handelsgesetzb. III. Abs. § 17 ñë.
5
Schweizer. Obligationenrecht. Art. 865876.
'

признать такое положение вещей, при котором фирма неправильно
обозначает собственника предприятия, нормальным. Во-вторых, если
мы признаем это нормальным, то можно ли после этого говорить о
том, что фирма есть обозначение лица как собственника предприятия. Конечно, центр тяжести в ответе на первый вопрос.
Для того чтобы на него ответить, необходимо обратиться к
существу экономических отношений, обнимаемых понятием торговой фирмы. Они сводятся к тому, что лица, постоянно ведущие
известные, более или менее однородные дела, образующие в своей
совокупности их торговое предприятие, желают, чтобы в памяти их
клиентуры и вообще публики запечатлелось представление о них
как собственниках определенного торгового предприятия. В торговле, более нежели где-либо, имеет значение доверие. Пользующееся доверием имя собственника, естественно, привлекает публику к
его предприятию, обеспечивая ему, таким образом, успех. Доверие
к лицу переносится на предприятие. Но вместе с тем и предприятие,
существующее более или менее продолжительное время, эмансипируется от личности хозяина, как бы пользуется само по себе известной репутацией. Эта сложившаяся репутация торговой фирмы продолжает держаться, несмотря на перемены в лице хозяина. И это
доверие сохраняется до тех пор, пока перемены в способах ведения
дела или появление новых, более опытных конкурентов не заставят
публику изменить свое мнение о фирме. Фирма приобретает значение совершенно самостоятельной и весьмa значительной ценности,
как это неоднократно признавалось судебной практикой. Мы поэтому совершенно не можем согласиться с мнением Эренберга, будто
фирма является только удобным интерпретационным средством для
разъяснения смысла разного рода торговых сделок, для выяснения
того, что приобретается и отчуждается при сделках с торговым
предприятием. Сущность отношений в явлениях совершенно иного порядка. Лицо, вложившее не только свои средства, но и огромный запас своей энергии, своих трудов в известное предприятие,
добившееся превосходной репутации для этого предприятия, име-
конечно, полное право на спокойное пользование плодами своей
ет,
деятельности. И это важно не только в частных интересах отдельных лиц, это не менее важно в интересах общественных. На эту
именно сторону дела обратил внимание в своей работе, посвященной вопросу о фирмах, Гааб. Общество заинтересовано в том, чтобы приемы торговли отличались возможной честностью и добросо-
130

вестностью, чтобы предприниматели вносили в свои предприятия
возможно более труда, возможно лучше обставляли их во всех отношениях. A это возможно в том только случае, если предпринимателю обеспечена возможность пользования результатами своей деятельности, направленной на то, чтобы создать хорошую репутацию
фирме. Это возможно, если лицу этому предоставлено не только
спокойное и исключительное пользование этой фирмой, но если,
кроме того, и пользование это не находится в полной зависимости
от того, может ли это лицо продолжать оставаться собственником
предприятия. Перемена фирмы, несомненно, уничтожает значительную, иногда большую часть ценности предприятия, и поэтому был
бы несправедлив и не соответствовал бы интересам торгового оборота безусловный запрет перехода фирмы в другие руки. Именно в
этих соображениях ключ для объяснения того, на первый взгляд
непонятного, явления, что законодательство германское, признавая
фирму названием собственника предприятия, в то же время допускает возможность отчуждения фирмы. Жизненные интересы не должны быть ни в коем случае приносимы в жертву интересам стройности юридического построения. И так как мы должны признать
более соответствующим интересам торгового оборота право отчуждения фирмы (мы не касаемся пока вопроса с соблюдением каких гарантий), то, естественно, законодатель обязан санкционировать возможность такой передачи.
Допущением отчуждения фирмы не предрешается другой вопрос: если фирма может быть отчуждаема, то не правильнее ли представляется мнение тех, которые полагают, что фирма это обозначение не предпринимателя, но самого предприятия? И несомненно,
что главным основанием для такого вывода является именно это
право отчуждения фирмы. Мы думаем, однако, что это еще не решает вопроса. Возможность создавать особое обозначение для самого предприятия, независимо от личности его собственника, не
подлежит ни малейшему сомнению. Практика таких особых обозначений весьма широка. Мы на каждом шагу, помимо и рядом с
фирмами, встречаем особые обозначения самих предприятий. Так,
напр., известное «Международное общество спальных вагонов» содержит во многих городах гостиницы, из которых каждая имеет
свое особое обозначение. Таким образом, интересы торгового оборота несомненно выдвигают, рядом с необходимостью употребления торговых фирм, еще и необходимость совершенно самостоя-
!

тельного обозначения отдельных предприятий, причем одна фирма
может иметь надобность в пользовании для разных своих более или
менее выделенных предприятий особыми названиями. Нам кажется, что именно в деловом обороте, где доверие играет такую громадную роль, необходимо поощрять всевозможные способы запечатлевания в памяти публики деятелей торговли, практикуемые ими
приемы ее ведения, привлекающие особое доверие публики. Как
мы уже указывали, фирма, по самой идее своей, служит для того,
чтобы индивидуализировать лицо в роли предпринимателя. Германское Торговое уложение считает это делом в такой мере важным, что предписывает и всем единоличным купцам вносить в торговый регистр тот способ своего обозначения, под которым они
имеют в виду выступать в торговом обороте, и гарантирует им в
известных пределах беспрепятственное и исключительное пользование этим способом обозначения. И так как, затем, этот способ
обозначения становится известным публике, приобретает, как мы
выше указывали, самостоятельную ценность, то законодатель допускает возможность его перехода, путем наследования или специального соглашения, к третьим лицам. Но рядом с этим закон признает полную возможность фиксирования в памяти публики особенностей каждого внешне обособленного предприятия, заведения,
хотя бы и составляющего лишь часть предприятия хозяина. Возьмем
пример, отмеченный проф. Шершеневичем, гостиницы. Лицо,
занимающееся ведением этого промысла, может иметь несколько
гостиниц в пределах даже одного и того же города. При этом лицо
это может быть в равной мере заинтересовано в том, чтобы, вопервых, эти гостиницы строго различались: одна может быть предназначена для самой богатой публики, не жалеющей денег для того,
чтобы иметь возможность пользоваться наибольшей роскошью, другая для людей среднего достатка; во-вторых, в том, чтобы все же
было известно, что и та и другая гостиница эксплуатируются теми
же хозяевами, стяжавшими себе известность в качестве умелых и
добросовестных содержателей гостиниц. Оба эти интереса в равной
мере являются справедливыми и подлежат поэтому охране со стороны законодателя. И, далее, лицо это, содержащее гостиницы, может пожелать приобрести уже существующую гостиницу, пользующуюся известной репутацией, имеющую известную клиентуру, с
тем чтобы сохранить это ее обозначение, причем фирма, под которой лицо это выступает в торговом обороте, может оставаться без
перемены.
132

Мне кажется, что эти совершенно справедливые интересы делового оборота, отнюдь не одних только купцов, требуют того,
чтобы рядом с фирмой существовала еще возможность обозначения
каждого отдельного предприятия. Отсюда мы неизбежно приходим
к выводу, что под фирмой мы можем понимать только обозначение
собственника торгового предприятия, a не обозначение самого предприятия. И далее, несмотря на такое определение понятия фирмы,
мы в интересах делового оборота, большой публики должны признать право ее отчуждения, как это и сделал германский закон.
Внимательный анализ наших судебных решений приводит к
тому заключению, что в общем наш суд разделяет этот взгляд, хотя
он и обнаруживает при этом некоторые колебания, вполне естественные в тех случаях, когда на помощь судебной практике не
приходит теория с вполне установившимися взглядами.
В какой мере интересы делового оборота требуют возможности передачи своим правопреемникам права пользования фирмой,
свидетельствует Швейцария. Практика допускает в самой фирме
указание на ее происхождение. Таким образом, возможна фирма
«Сергеев, преемник бр. Степановых». Требование таковой прибавки в конце собственной фирмы ничего существенного, с нашей
1
точки зрения, в себе не заключает
. В допущении таких вставок в
торговую фирму мы видим то же стремление к установлению какого-либо компромисса между противоположными интересами.
Но, конечно, признанием права отчуждения фирмы далеко не
исчерпываются задачи законодателя. Наоборот, именно таковое признание выдвигает перед ним весьма сложную задачу установления
границ этого права. Возможность передачи была признана подлежащей охране ввиду интересов публичного свойства, и в этих интересах та естественная граница, которая должна быть при этом
соблюдена.
Законодатель должен принять все возможные меры к тому,
чтобы пользование фирмами никого не вводило в заблуждение, чтобы передача их была допускаема только в тех пределах, в которых
это вызывается совершенно закономерными интересами делового
оборота. Поэтому германское Торговое уложение, безусловно, последовательно воспрещает отчуждение фирмы без самого предприятия. Допущение такого отчуждения вызывается, быть может, серь-
1
Curti. Schweiz. Handelsrecht. Ñ. 197.
!!

езными интересами владельцев фирм, но это противоречит самой
идее фирмы, интересам третьих лиц. Ведь отчуждение фирмы только потому и допускается, что она признается тесно связанной с
самым предприятием, что предприятие может потерять значительную часть своей вполне заслуженной ценности при продаже без
права пользоваться старой фирмой. Но отсюда никак нельзя вывес-
1
ти права продать фирму без самого предприятия
. Точно так же
невозможна передача фирмы, если владелец ее сам не вел никакого
2
торгового предприятия
. Далее, если приобретатель фирмы не про-
должает торгового дела, которое он вместе с фирмой приобрел, то
3
он теряет право пользоваться фирмой
.
Рядом с этим необходимо отметить еще одно постановление
германского права, которое представляется весьма рациональным.
Gewerbeordnung принимает меры к тому, чтобы и большая публика,
которая лишена возможности справляться с торговым регистром, с
которой торговые дома не сносятся и не могут сноситься с помощью циркуляров, не вводилась в заблуждение при переходе фирмы.
Именно, все содержатели гостиниц и лавок, открытых для публики,
обязаны на внешней стороне лавки или при входе в нее помещать
свои фамилию и имя. Они могут на этих местах помещать и обозначение фирмы, но в тех случаях, когда фирма не совпадает с их
4
именем, сверх фирмы должна быть обозначена и их фамилия
. Мы
видим, таким образом, что, несмотря на все принципиальное различие между постановлениями швейцарского и германского права,
пункты сближения гораздо более значительны, нежели это может
показаться с первого взгляда. Именно, путем таких отступлений от
прямолинейного проведения основного принципа достигается то
примирение сталкивающихся между собой жизненных интересов,
без которого законодатель не может удовлетворительно разрешать
лежащих на нем задач. Даже такой смелый в логических выводах
юрист, не слишком боящийся столкновений с новыми интересами,
1
Это прямо воспрещено § 23 герм. Торгового улож.
2
Ср. судебную практику, напр., в комментариях к Торг. улож. Stauba. § 22,
Anm. 3.
3
Staub. § 22. Anm. 7. Вопрос o том, когда предприятие должно считаться
перешедшим, может часто представляться спорным, как и вопрос, когда можно
признавать предприятие продолжающимся, но это не представляет теоретического
интереса. См.: Staub. § 22. Anm. 4, 79.
4
Gewerbeordnung. § 153.
134

выдвигаемыми все осложняющейся жизнью, как Тель, останавливается как бы в нерешительности пред этим столкновением интересов
в вопросах о фирмах. «Желательно, говорит он, чтобы фирма
была истинна и полна... но желательное только в незначительной
степени достижимо...» A в примечании мы читаем: «Предоставлять
1
другим свою фирму опасно»
. Еще и в другом направлении право
пользования фирмами нуждается в нормировке, именно в отношении пространственном. Нельзя, в самом деле, предпринимателю
предоставить исключительное право пользования своей фирмой на
пространстве всей страны, совершенно безотносительно к действительным размерам значения фирмы. Главное содержание фирмы
составляет имя собственника. С другой стороны, как этого совершенно правильно требует германское Торговое уложение, как этого
требуют все законодательства, a там, где законы молчат, как того
требует судебная практика, каждая фирма должна отличаться от
других уже существующих фирм. И если мы допустим исключительность права пользования фирмой на пространстве всей страны,
то мы этим создадим огромные затруднения для делового оборота.
Какие трудности возникнут, например, в России для отличия всех
Ивановых! Германский закон совершенно формально разрешает этот
вопрос. Он ограничивает исключительность права пользования фирмой пределами округа торгового регистра, границами административной единицы, в пределах которой действует данный регистро-
2
вый судья
. Конечно, для большей части торговых предприятий
границ этих совершенно достаточно. Для торговца сукнами в Петербурге довольно безразлично, имеется ли, например, в Одессе
торговый дом под той же фирмой, хотя бы действующий в той же
области торговли сукнами. Но имеются все же многочисленные
торговые дома, рассчитанные отнюдь не на один какой-либо город,
порой даже менее всего рассчитанные на тот город, в котором они
зарегистрированы. Возьмем, например, виноделие. Фирма винодела может быть рассчитана на всю страну, причем сбыт его обыкновенно менее всего рассчитан на место его производства. Таким образом, постановление этой статьи представляется часто весьма недостаточным. Германское право достигает задачу защиты фирмы
другим путем. Именно, согласно закону о недобросовестной конку-
1
Handelsrecht. I. Ñ. 163.
2
HGB. § 30. Ср. комментарии к этой статье y Stauba.
!#

ренции, запрещается пользование фирмой и в тех случаях, когда
само по себе пользование это представлялось бы законным, но когда способ пользования рассчитан на то, чтобы вводить публику в
заблуждение. Сюда подойдет, следовательно, и тот случай, когда
лицо пользуется фирмой, не существующей в месте его зарегистрирования, но когда это пользование рассчитано на то, чтобы конкурировать с фирмой, в другом районе зарегистрированной, но с которой эта фирма конкурирует, вводя, таким образом, публику в
1
заблуждение
. Того же принципа держится и французская судебная
практика.
Конечно, такая постановка вопроса о торговых фирмах возможна при соблюдении одного основного условия, именно существования не только подробной нормировки в законе, но, кроме
того, и существования торгового регистра, который один может
надлежащим образом закреплять пользование торговыми фирмами
и который, с другой стороны, в целом ряде случаев один может
бороться со злоупотреблениями в этой области. Так, во всех тех
случаях, когда нет частного лица, владельца фирмы, заинтересованного или, точнее, страдающего от злоупотреблений фирменным правом, в случае, напр., злоупотребления фирмой лица умершего и не
оставившего вовсе наследников или же оставившего таких, которые не желают продолжать предприятие своего наследодателя. A
между тем заинтересованные в правильном пользовании фирмой
имеются и в таких случаях, это вся публика. И так как в этом
вопросе нигде не создался так называемый actio popularis, то единственное средство для борьбы со злоупотреблениями в этих случаях это предоставление права борьбы регистровому судье, для
чего германское Торговое уложение и снабжает его надлежащими
средствами.
Сравнивая системы французского и немецкого права по этому
вопросу, мы видим в каждой из них известные достоинства, хотя и
отдаем преимущества системе немецкой. Нормировка этого вопроса y нас сложилась особенно неблагоприятно, так как нам пришлось
тут сесть между двух стульев. С одной стороны, y нас постановления, заимствованные из французского Торгового уложения, предполагающего фирменное право только для товариществ, без права
1
Reichsgesetz gegen den unlauteren Wettbewerb. § 16. Cp. об этом в следующем
очерке.
136
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
