Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Очерки торгового права
.pdf
кой дефект, создавая искусственные субъекты прав. Мало того, даже
прекращение такого искусственно созданного государственною властью субъекта не может произойти исключительно по воле членов
союза необходимо разрешение правительства. Далее, ввиду своего искусственного характера, юридическое лицо не может иметь
естественной дееспособности; в этом отношении оно представляет
полную аналогию с малолетними и сумасшедшими. Поэтому и выход тот же: необходимо искусственно создать представительство.
Как для недееспособных физических лиц оно выражается в опеке,
так y юридических лиц той же цели служит организация.
Представительство юридического лица осуществляется благодаря определенной его организации (Verfassung). Ввиду чрезвычайного разнообразия юридических лиц невозможно установить общие
правила организации управления, которые были бы применимы ко
всем юридическим лицам. Так, Савиньи решительно восстает против мнения тех, кто утверждает, что воля большинства должна быть
признаваема волей юридического лица. Не отрицая, что единственно возможный способ совместного действия в корпорациях решение вопросов большинством голосов, он обращает внимание, что
этот принцип может иметь применение только там, где собрание
1
членов союза само имеет право распоряжения
.
Конструкция Савиньи отличается подкупающей простотой, a
всякие теоретические затруднения легко устраняются с помощью
двух могущественных средств: чего нельзя объяснить существом
отношений, то легко объясняется теорией фикции; пусть это и не
так, но мы воображаем, что это так, и это вернейшее средство для
устранения затруднений. Второе не менее просто: конструкция не
дает выхода, она находится в прямом противоречии с требованиями
жизни и взглядами практики (так, напр., конструкция Савиньи по
вопросу о праве юридического лица изменять свой устав или имущественное свое положение); в таком случае пускается в ход второе
средство всемогущество государства.
Именно эта сторона конструкции Савиньи, как более общедоступная, привлекла к себе в гораздо большей степени внимание,
нежели значительно более глубокая часть его теории юридического
лица, в которой он выясняет вопросы организации управления и
которая заслуживает самого внимательного отношения.
1
System. II. Ñ. 312, 331.
&%

Конструкция юридического лица Савиньи последовательно применена к акционерным компаниям немецким цивилистом, посвятившим обширную научную монографию разработке этого института во всей его совокупности, Ахиллом Рено.
Рено считает невозможным признание акционерной компании
товариществом, так как она не является обязательственным отношением; отдельные акционеры не связаны между собой ни правами, ни обязанностями, a потому личность отдельных акционеров не
имеет никакого значения. He будучи товариществом, она не может
1
быть признана и модифицированным товариществом
. Она является юридическим лицом по самому существу своему, ибо, как целое,
она находится в правовых отношениях одинаково и к третьим лицам, и к своим членам, с которыми она может вступать в договорные отношения как с посторонними ему третьими лицами. Органы
акционерной компании, осуществляя ее задачи, выступают не как
2
уполномоченные акционеров, но именно как органы компании
.
Проводя последовательно конструкцию юридической личности союза в том его виде, в каком его раскрыл в римском праве и
развил Савиньи, Рено энергично возражает против мнения, высказанного Ауэрбахом, будто акционерная компания представляет собою юридическое лицо, которое по самой своей природе проникнуто товарищескими элементами, проистекающими из общности ин-
3, 4
тересов товарищей
. Он признает эту мысль Ауэрбаха ересью,
подрывающею в самом корне учение о противоположении товари-
5
ществ, с одной стороны, и юридических лиц с другой
. В русской
литературе конструкцию Савиньи юридического лица применил к
акционерным компаниям проф. Пахман в чрезвычайно интересной,
живо написанной актовой речи, произнесенной в Харьковском университете в 1861 г.
6
Конструкции Рено не суждено было стать communis opinio
doctorum, она даже не могла предупредить целый ряд дальнейших
контроверз и самых разнообразных попыток иного конструирования этой ассоциации. Причиной этого должно быть, по-видимому,
признано раньше всего то обстоятельство, что все учение Савиньи,
1
D. Recht d. Aktienges. 2. Aufl. Ñ. 138, 139, 143.
2
Ibid. Ñ. 153.
3, 4
Das Gesellschaftswesen. Ñ. 274.
5
D. Recht d. Aktienges. Ñ. 168.
6
О задачах предстоящей реформы акционерного законодательства. С. 49.
288

a за ним и Рено, не только построено было по тому образцу, который имеется в памятниках римского права (в этом мы видим его
достоинство), но в значительной мере и в том объеме, в тех пределах, в которых это учение было разработано y римлян. Между тем
римские юристы занимались почти исключительно вопросом о положении союза, как такового, в имущественном обороте. Но внутренние отношения корпорации к ее членам не исчерпываются тем,
что имущество союза не есть их имущество, что союз действует
через посредство своих органов и что эти действия союза не суть
действия представителей участников союза. Корпорация, подобная
акционерной компании, не есть и нормально не может быть самодовлеющей величиной, она не только создается в интересах участников, но и в течение всего своего существования служит источником доходов (или убытков) для товарищей, и это является в такой
мере характерной чертой союза, что она не может лишить своих
участников этого права. Интересы участников являются решающим
фактором даже и для вопроса о дальнейшем существовании ассоциации. Таким образом, во все время существования союза остается
несомненной чрезвычайная близость интересов членов союза, их
прав по отношению к самому союзу. Эта близость, правда, нисколько не подрывает юридического характера прав союза, как самостоятельного носителя таковых, но она не находит себе и полного объяснения в этой конструкции самостоятельного субъекта прав. Далее,
вопрос еще значительно осложняется благодаря тому, что здесь
возможны бесконечные переходные ступени, многочисленные градации.
Такова одна из причин недовольства конструкцией Рено. Другие ученые подходят к критике этой конструкции с совершенно
иной стороны. Они находят, что капитал имеет такое преобладающее значение в акционерных компаниях, что именно здесь надо
искать центр тяжести для конструкции.
Но кроме этих, так сказать, специальных причин, которые должны были вызвать чувство неудовлетворенности конструкцией Рено
и, как следствие этого, ряд попыток замены ее иной конструкцией,
существовала и одна общая причина, a именно разочарование в
римском праве в связи со значительным подъемом чувства национального самосознания. Политические события оказали и не могли
не оказать в этом отношении значительное влияние и на цивилистическую разработку вопросов права. С этой точки зрения, теория
&'

Рено, являющаяся лишь последовательным проведением общего учения Савиньи о юридическом лице, должна была вызвать против
себя сильное движение. Герман, посвятивший очень талантливую
небольшую работу вопросу выяснения юридической природы акционерной компании, признал ее юридическим лицом и отверг необходимость модификации римского понятия societas. И при этом, однако, он спешит извиниться в том, что он отверг теорию, признающую акционерные компании чисто немецким правовым институтом,
оригинальным продуктом немецкого гения. Автор сам разделяет
мнение тех, которые полагают, что германист, сравнивая отечественные институты с римскими, должен со скептицизмом отнестись
к их тождественности (Uebereinstimmung), даже и при несомненной
аналогии. Автор утверждает, что он отдал дань этому скептицизму,
но оказался бессильным и должен был признать несомненное
1
.
Ввиду таких общих умственных течений новые конструктивные попытки сообразно этим разнообразным причинам недовольства точкой зрения на акционерные компании как на юридическое
лицо должны были развиться в трех совершенно различных направлениях.
К первому мы относим тех, кто выдвигает во главу угла капитал компании.
Второе направление усматривает своеобразную природу акционерной компании в более тесном единении союза и его членов.
Именно на этом был создан целый ряд попыток конструировать
акционерную компанию как правообразование, среднее между
societas и universitas.
Наконец, последняя группа попыток конструирования акционерной компании исходит в своей критике из противопоставления
акционерной компании, как современного, с точки зрения большинства, специально германского правообразования, конструкции
universitas римского права.
Итак, первое направление заключалось в том, что выдвигалось
значение капитала как главного элемента конструкции.
Самая последовательная попытка конструирования акционерных компаний в этом направлении принадлежит Марбаху
2
.
Его взгляд на структуру акционерных компаний тесно связан
со взглядом на разделение союзов на союзы публичного и частного
1
Der Rechtscharakter der Aktiengesellschaften. Ñ. 80.
2
Ein Wort über den Rechtscharakter der Aktiengesellschaften. 1844 ã.
290

права. Общим субстратом для первого рода союзов является народ,
das organisch lebendige Volksganze, откуда каждая, хотя бы и самая
малая часть, получает питание и жизнь. Это происхождение совершенно чуждо союзам частного права, состоящим из отдельных ин-
1
дивидуумов (einzeln dastehenden Individuen)
. Поэтому союзы публичного права возникают органически, в силу высшей необходимости; наоборот, совершенно произвольно избирается цель для союзов
частного права, и на произволе основано самое их возникновение.
Вот почему первого рода ассоциации являются, в своей совокупности, субъектами прав, тогда как вторые остаются простой множественностью, в которых носителями прав являются отдельные участники, a не их совокупность. Это положение, по мнению Марбаха,
нисколько не подрывается тем несомненным фактом, что такие же
атрибуты искусственно сообщались и акционерным компаниям, которые, таким образом, получали вовне положение, вполне равное с
положением самых могущественных корпораций публичного пра-
2
. Ho и эти акционерные компании могли быть признаваемы юри-
ва
дическими лицами только вследствие неумения отличать внешние
атрибуты от существа отношений. Вполне соглашаясь, что особенности акционерной компании делают ее по преимуществу пригодной, чтобы к ней прилагать атрибуты юридического лица, автор
приходит к выводу, что противоположение societas и universitas не
является исчерпывающим для характеристики всевозможных союз-
3
íûõ ôîðì
. Природа этой особой союзной формы, именуемой акционерной компанией, заключается в вещно-правовом характере этого товарищества (sachenrechtliche Gesellschaft), совершенно чуждом
римскому праву, но очень распространенном в праве германском,
так как первое знает лишь communie incidens, которому чужда товарищеская цель, установленная юридически обязательным соглашением. Только через посредство акций создаются отношения к акционерному фонду, и акции являются обособленными имуществами
(подобно имениям), с которыми связаны все права акционеров наподобие реальных прав. С другой стороны, этот фонд является единственным источником гарантии для кредиторов компании, и за пределами его уже нет более средств для удовлетворения их притяза-
1
Ein Wort über d. Rechtscharakter der Aktiengesellschaften.Ñ. 15.
2
Ibid. Ñ. 17 ñë.
3
Ibid. Ñ. 30, 32.
'

ний. Такую ограниченную ответственность, выводимую Марбахом
не из своеобразных особенностей комбинации предпринимательского, трудового и капиталистического элементов, a непосредственно
из особенностей германского предпринимательского духа, дает ему
случай высказать свои германские симпатии.
Теория Марбаха не получила широкого распространения. Германистический дух, которым была проникнута эта конструкция,
был в юриспруденции в 1844 г. несколько преждевремен и не мог
доставить ей успеха. Далее, как совершенно правильно указал Рено
чтобы сделать возможным усвоение конструкции ассоциации в духе
марбаховской, с имуществом в центре вместо личного союза, было
необходимо, чтобы в общем учении о субъектах прав обнаружились течения, благоприятные такого рода конструктивным попыткам. Это течение заключалось раньше всего в борьбе с рассмотренным нами выше романистическим учением о юридическом лице
как о воображаемом, персонифицированном субъекте права. Нам
кажется, что это течение, стремящееся устранить самую необходимость находить субъектов прав для всех юридических отношений,
это стремление к миру реальных явлений в области юридических
понятий может быть охарактеризовано простым рассуждением Демелиуса, решительно выступившего против теории фикций. Отрицая их необходимость, «упрощая» юридическое конструирование,
он говорит: «Богоугодные заведения могут иметь требования, хотя
они и нe суть лица; следовательно, требования, права могут принад-
2
лежать и не лицам»
. Вот путь, по которому должна двигаться юриспруденция, имеющая своей задачей формальные конструкции
конструкции римского права: заменить полными жизненности описаниями современного правопорядка. Такое научное обоснование
бессубъектных прав дает Виндшейд, a затем Бринц. Применить теорию бессубъектного имущества к акционерным компаниям взялся
Беккер, смелый последователь этой теории, так эмансипировавшийся от рутинных взглядов, что, порвав связь между юридическим
субъектом и волеспособностью, он не останавливается перед крайними последствиями своего новаторства и готов признать иски от
имени животных, для коих предназначены какие-либо суммы, и
иски к таким животным. А следовательно, возможны и взаимные
1
,
1
D. Rechtschar. d. Aktienges. Ñ. 149.
2
Ñì.: Суворов. O юридических лицах по римскому праву. С. 56.
292

иски между такого рода животными
1
. Юридическую природу акционерных компаний Беккер признает за нечто, имеющее лишь некоторую аналогию с личным началом, a в действительности заключающееся в таком отношении к целевому имуществу, в каком индивидуум находится к своему индивидуальному имуществу. Отсюда
2
ögen)
термин «целевое имущество» (Zweckverm
. В существе дела
мы видим опять структуру, уже известную нам из работы Марбаха,
но более философски обоснованную, так сказать, введенную в научную систему гражданского права благодаря общему понятию бессубъектных прав.
Мы целиком присоединяемся к тем возражениям, которые были
сделаны против этой фигуры бессубъектных прав проф. Дювернуа
«To обстоятельство, говорит он, что отдельные имущества
или целые массы предназначаются для определенных специально
целей, не устраняет вопроса: как существуют они в смысле цивильной их позиции, самобытно, с той же способностью к самостоятельным, себя ради цивильным функциям, как и имущества отдельных
граждан, т. е. с той же способностью владеть, приобретать, обязываться, требовать, искать, отвечать, или иначе? И ответ несомненен,
что эти имущества цели существуют так же лично, как и всякие
другие. Указание на цель их установления важно для вопросов их
управления, но оно недостаточно для определения их позиции в
цивильном быте... A между тем именно это и составляет все содержание вопроса о личности и о цивильной правоспособности...»
Мысль о применении к ассоциации понятия собственности,
хотя бы и модифицированной сравнительно с римской собственностью, является особенно неудачной. Нет оснований придавать решающую роль имуществу, которое образуется учредителями предприятия в размере, этими лицами определенном, в зависимости от
тех целей, которые они себе ставят. Для этих лиц имущество является элементом служебным, дающим им возможность с наибольшим, по их мнению, успехом достигнуть намеченной цели, a по
конструкции Марбаха и Беккера имущество оказывается единственным центром всего предприятия. Но и помимо этого теория Беккера
страдает еще другим существенным недостатком: она, в сущности,
3
.
1
System des heutigen Pandektenrechts. § 5969.
2
Zeitschr. f. d. ges. Handelsr. T. IV (1861). Ñ. 566, è ò. XVII (1872). Ñ. 392.
3
Чтения. I. С. 264.
'!

не дает достаточно элементов для юридической конструкции. В
самом деле, «имущество цели» само по себе не многое предопределяет. Ведь имущество каждого предприятия посвящается той цели,
ради которой предприятие учреждается. В этом смысле и имущество полного товарищества, и приданое есть целевое имущество, но
разве это одинаковые юридические явления?.. Правда, Беккер и
признает все торговые товарищества имуществом цели, но это лишь
доказывает несостоятельность всей конструкции. И если недостаток конструкции universitas римского права мы видим в том, что
сама по себе она не дает ответа на вопросы внутренних отношений
в этого рода союзах, разрешая лишь вопросы о принадлежности
прав, о положении союза в гражданском обороте, то теория целевого имущества, оставляя без ответа этот последний вопрос, в сущности, отнюдь не устраняет и первый, ибо нельзя назвать ответом
такую формулу, которая в равной мере оказывается пригодной и
для акционерной компании, и для полного товарищества, и для
приданого, и вообще для всякого имущественного комплекса, выделенного, в видах управления им, в каких-либо определенных целях.
Отмечая этот недостаток конструкции «имущества цели», мы
вместе с тем считаем необходимым отметить и ту сторону этой
конструкции, которая является ее достоинством. Она выдвигает капиталистический элемент и ту цель, которой должен служить капитал компании, ради которой он собирается. Эта конструкция, таким
образом, оттеняет особенность института, остающуюся в тени благодаря формализму римской universitas.
И рядом с этим коррективом необходимо отметить еще и другой. Остается еще одно возражение противников применения фигуры universitas к акционерным компаниям. Это возражение, которое
хотя и не противоречит признанию акционерных компаний юридическими лицами, но как бы свидетельствует, что это не совсем
классическая universitas, a некоторая ее разновидность. Это возражение и приводит проф. Дювернуа: «Все, что можно отметить здесь
в отличие от латинского типического представления корпорации,
это материальную близость интересов акционеров к интересам компании, которая делает более затруднительным представление чужого имущества в том имуществе компании, которое не есть только
орудие для операций подлинных дестинатеров всей игры, т. е. акционеров. Эта материальная близость их к интересам компанейского
294

предприятия остается, конечно, не без влияния на разные стороны
конструкции, на способы возникновения, управления, прекращения
этого союза, на судьбу его имущества после ликвидации дел...»
Действительно, именно в этой имущественной близости акционеров к компании, вообще членов корпорации к корпорации, скрывается главный источник недовольства романистической теорией корпорации. В ней, как нам кажется, главное основание наделавшей в
последнее время столько шума Genossenschaftstheorie. Именно потому Гирке и признает акционерные компании видом Genossenschaft,
1
т. е. корпорации, но не римской, a современной, германской
. Мы и
остановимся теперь на кратком изложении основных черт этой германской корпорации, каковой Гирке признает акционерные компании. Эта теория, несмотря на все ее конструктивные недочеты, освещает более ярко, чем это было до сих пор, одну из сторон корпораций частного права, и притом важнейшую близость участников
к корпорации, несмотря на то что она является самостоятельным
носителем прав и обязанностей.
Гирке поэтому глубоко убежден, что римские конструкции являются совершенно непригодными в условиях нашего подвижного
оборота с богатством разнообразных форм соединения, с совершенно иными этическими принципами, что надо создать вместо римского противоположения universitas и societas такую эластичную,
всеобъединяющую формулу, которая, будучи в равной мере пригодной для всего этого разнообразия союзных форм, с большей или
меньшей центростремительной силой, служила бы наглядным примером проявления специфически германского духа в праве. Задачи
этой новой теории не в осторожном изучении до тех пор мало
понятого явления и исправлении допущенных ошибок, a в полной
переработке (totaler Neubau) всего учения о юридической природе
союзов. Ее цель замена господствующей романистической корпоративной теории современной, почерпнутой из германского пра-
2
восознания, корпоративной теорией
. Этой смелой, ясно и резко
поставленной задаче Гирке посвятил четыре (работа еще не закончена) огромных тома, на пространстве которых он ведет открытую
и беспрерывную войну с господствующими учениями, с формализмом и рутиной воспитанной на римском праве юриспруденции.
1
Ср., напр., ст. Гирке в Holtzendorffs Rechtslexikon Aktiengesellschaft. С. 65.
2
Institutionen des deutsches Privatrechts. Ñ. 262305.
'#

В чем центр этого нового движения, долженствующего в гражданском праве создать совершенно новую, пока еще неизвестную
область «социального права»? Сам Гирке дает нам ответ на этот
1
вопрос. «Ядро теории германской корпорации, говорит он
,
образует взгляд на нее как на живое совокупное лицо (realer
Gesammtperson) в противоположность фантому».
Хотя право дает критерии для разрешения вопроса, есть ли
возникшее нечто субъект прав или нет, но оно при этом не может
создать субстрат этого нечто, признаваемого им субъектом права;
носителя правоспособности право получает извне. Поэтому, совершенно независимо от признания личности данного юридического
лица, необходим творческий (constitutiver) акт, создающий обособ-
2
ленного от индивидуума носителя человеческой воли
. И совершенно так же, как в тех только случаях, когда имеется такой особый
носитель воли (Willensmacht), такая совокупность, обнимающая со-
3
бой отдельные лица как своих членов
, право может признавать
существование юридической личности, так точно там, где такого
субстрата нет, право не должно даровать прав юридической личности. Акты, предшествующие ее возникновению, подготовляющие
это возникновение, тоже относятся к области не индивидуального,
a социального права, они имеют юридическое значение подобно
4
существованию эмбриона
. Конечно, до момента своего возникновения никакой союз не может иметь ни прав, ни обязанностей, но
таковые могут быть для него налицо, так сказать, в выжидательном
состоянии (Schwebe), и, как только корпорация возникает, она ео
ipso приобретает права и обязанности согласно принципам догово-
5
ров в пользу третьих лиц
. Все эти акты, подготовляющие юридическое лицо, носят, правда, характер договоров, но к ним они относятся лишь одной своей стороной, существенно отличаясь тем, что
они в то же время элементы творческого акта, вызывающего к жизни социального носителя воли. Учредительская деятельность является, таким образом, не договорным отношением, a односторонним
совместным актом, не имеющим себе подобного в области индиви-
1
Die Genossenschaftsth. Ñ. 5.
2
«Das Wesen desselben besteht in der Hervorbringung eines von den
Individuengesonderten Tr
3
Ein die Einzelwesen als Glieder enthaltendes Gemeinwesen. Ñ. 57.
4
Die Genossenschaftsth. Ñ. 120.
5
Ibid. Ñ. 124.
ägersmenschlicher Willensmacht». Ibid. Ñ. 24.
296
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
